От своих привычек отказаться непросто. Порой данный процесс настолько сложен, устойчив, глубоко и основательно сформировал сущность конкретного человека, что речь может идти об изменении характера. Не зря же говорят: привычка – вторая натура.

Адам Адамович Синявский по прозвищу Вральман исключением не являлся. Главная его привычка ежедневно и ежечасно проявлялась в неистребимой тяге к представительницам противоположного пола. Он сотни раз давал себе обещания не заглядываться на миловидных девушек и женщин, но словосочетания «Вральман» и «Бабник» являлись тождественными и вечными.

Из-за этого у него в семье частенько случались скандалы и конфликты. Мощная, но некрасивая и немолодая Тамара Витольдовна Синявская бешено ревновала своего суженного ко всем остальным женщинам планеты. Просидев в девках до 34 лет, она поняла, что ждать у моря погоды бесполезно. От отца – журналиста по образованию и чиновника министерства информации по реальному положению дел, ей досталось издательство, которым она худо-бедно руководила несколько лет. Это творческое занятие ей не нравилось и она в тайне мечтала, что при случае спихнет его на мужа, который будет трудиться в режиме исполнительного директора. Но вот беда: желающих связать свою жизнь с Тамарой Витольдовной было не просто мало, их просто в округе не наблюдалось. И тут на работу в издательство стал оформляться Адам Синявский – человек, заочно закончивший журфак, дважды разведенный, ничем в творческом плане особо не примечательный, но бабник от макушки до пяток. При первом собеседовании он так игриво поглядывал на Тамару, что она испытала целую гамму чувств, прежде ей неведомых. Уже в конце недели Тамара Витольдовна с радостью приняла приглашение нового сотрудника провести с ним вечер в ресторане, а затем бесцеремонно затащила Вральмана к себе домой, после чего шансы остаться холостым у него были равны нулю. Вместе со штампом в паспорте Вральман получил высокую должность и любовь третьей по счету супруги.

Поскольку Тамара по натуре была женщиной резкой и решительной, то при малейшем подозрении в любовных похождениях супруга, как говорится, до двух не считала, а сразу же, как заправский последователь таланта боксера Майка Тайсона, применяла сокрушительный правый хук. Рука у неё была тяжелая и потому Вральман частенько не только оказывался в нокауте, но и периодически носил на работе темные очки, под которыми пытался скрыть очередной внушительный синяк под глазом.

Но, как когда-то утверждал древнегреческий философ Гераклит из Эфеса: «Всё течёт, все меняется». После внезапного визита в издательство двух представителей силовых структур страны, многое изменилось. Во-первых, грозную Тамару Витольдовну, словно подменили. Она стала более терпимой, ласковой и покладистой в отношениях с мужем. Однажды и вовсе произошло невероятное. Не выдержав обуревавших её чувств, Тамара Витольдовна пустила мимоходом скупую слезу и эмоционально проговорилась, мол, она гордиться Адамом, которому предстоит вскоре выполнять важное и секретное задание Родины. Вральман мог лишь догадываться о своем потенциальном героизме, но переубеждать супругу не стал, а лишь изобразил на лице полнейшую готовность пожертвовать собой ради спокойствия страны. Чувствовалось, что с Тамарой поработал крутой специалист из соответствующей структуры. Во-вторых, вскоре после визита непрошеных гостей в кабинет Адама Адамовича, якобы на собеседование, явилась журналистка Аня, которую, как выяснилось позже, те же силовые структуры настоятельно рекомендовали Вральману, как потенциального автора будущей книги о мадам де Сегюр. Аня была яркой молодой особой, с отличной фигурой и правильными чертами лица. Проведя краткую беседу, Вральман понял: девушка в меру эрудирована, как говорится, не путает Гоголя с Гегелем, а Бабеля с Бебелем, но самостоятельно написать книгу она, скорее всего, не сможет. Бабнику Вральману Аня понравилась, он готов был ей помочь, но что-то его сдерживало. Опытный ловелас сразу определил, что хотя в литературе Аня разбиралась поверхностно, но её цепкий взгляд не оставлял сомнения: при случае эта тростиночка запросто ликвидирует любого противника, ставшего у неё на пути.

***

На второй день своего появления в издательстве Аня вежливым, но повелительным тоном, озадачила Вральмана.

– Сегодня после обеда необходимо позвонить вашей мадам. Постарайтесь быть убедительным и непринужденным. Говорите с ней подольше и по этому мобильнику, – Анна протянула Вральману самый обычный телефон. – Скажите ей, что нашли автора и готовы к работе. Сообщите, что по предварительным расчетам книга о соотечественниках, добившихся высокого положения за рубежом, станет популярной и раскупаемой. Предложите ей 40 процентов дохода от реализации и яркую презентацию книги в Москве. Постарайтесь узнать: не виделась ли она с вашим другом Евгением и, наконец, если она скажет, что сейчас находится в Латинской Америке, скажите, что мы с вами на днях вылетаем на Кубу, где постараемся собрать материал о её юности.

При всех своих многочисленных недостатках и пороках, Адам Адамович Синявский был человеком коммуникабельным, неглупым и умеющим навешать немалую порцию свежеприготовленной лапши на чувствительные женские ушки. Он откашлялся, принял удобную позу в кресле и набрал номер, указанный в визитке мадам де Сегюр.

Мадам ответила лишь после десятка гудков. Она сразу же узнала Вральмана и, судя по голосу, была рада с ним поболтать. Адам Адамович был превосходным собеседником. Он не только исполнил все рекомендации Анны, но и болтал с мадам не минуту, а целых полчаса. За это время он выяснил почти все, о чем его просила Анна. Лишь когда разговор зашел об Малинине, мадам сообщила, что давно его не видела, хотя, возможно, он где-то здесь, помогает дону Уго в одном щекотливом деле.

– Если увидите Евгения, то передайте ему, что после того, как он завершит свои дела, я его жду в издательстве. Тут у нас поступил заказ издать книгу о командующих фронтами и флотами Великой Отечественной войны. Сами понимаете, без военного эксперта, кем Женя у меня работал, нам не обойтись. Передайте ему: я согласен на любые его условия.

Мадам пообещала и тут же перевела тему разговора. Но от Вральмана так просто невозможно было отделаться. В завершении милой беседы он настоятельно попросил мадам заранее изложить на бумаге свою биографию, которую будущий автор книги досконально должен изучить.

– А кто автор? – наконец поинтересовалась мадам. – Он известен в литературных кругах?

– Эта молодая женщина, но жутко талантливая! – заверил Вральман.

Когда разговор был завершен, а мобильник отключен, Анна улыбнулась и искренне похвалила Вральмана.

– Адам Адамович, вы молодец! Вы так искусно вели разговор, добыли столько важной информации! Я даже не знаю, как вас отблагодарить!

Вральман еле сдержался, чтобы не ляпнуть: «Знаете-знаете! А если не знаете, то могу подсказать!», но вовремя решил попридержать свой кобелиный темперамент до лучших времен.

А то, что эти времена вскоре наступят, Адам Адамович ни на секунду не сомневался.

– Эта Анька, хоть и принадлежит к силовым структурам, но по натуре девка она шаловливая, сладострастная, знающая толк в общении с мужиками, – безошибочно определил Вральман. – Одним словом – шалава. А изменять своим привычкам данная категория женщин не привыкла.

Вральман даже романтично закатил свои нахальные глазки, представляя интим с этой молодой женщиной.