Два с половиной часа тянулись долго. Евгений успел освежиться, приняв прохладный душ, затем просмотреть в телефоне последние новости. Даже после этих занятий времени оставалось, как говорится, вагон и маленькая тележка.
Ничегонеделание угнетало. Чтобы как-то скоротать время, он сидел в кресле и размышлял о полученном предложении. Интуиция подсказывала, что необходимо тактично отказаться. Вся эта странная история ему жутко не нравилась: какой-то странный дон Уго, смахивающий на криминального авторитета. Непонятно откуда всплывший кубинец Франциско. Он либо «засланный казачок» под прикрытием, либо обыкновенный предатель, клюнувший на огромные барыши нового хозяина. Кроме того, сверхмалая подводная лодка «Пиранья» вызывала сильные подозрения опытного подводника. Насколько Евгений помнил, специалистов для данного проекта лодок подбирали из числа молодых офицеров-выпускников военно-морских училищ. Их дополнительно готовили, потому как СМПЛ имели свои особенности и специфику. Вот если бы ему предложили его любимую «Акулу»!
Малинин даже ощутил приятную волну небольшого озноба, прокатившуюся по спине. Тяжелый атомный подводный крейсер стратегического назначения «Тайфун» (проект 941) – самая большая в мире подводная лодка. Когда корпус головной лодки серии находился еще на стапелях судостроительной верфи Северодвинска, на его носу, ниже ватерлинии, виднелась нарисованная оскалившаяся акула, которая обвивала трезубец. И хотя после спуска на воду, акула с трезубцем скрылась из вида, в народе крейсер уже окрестили «Акулой». Все последующие пять лодок этого класса продолжали именовать так же, а для их экипажей была введена особая нарукавная нашивка с изображением акулы.
Для каждого подводного крейсера предполагалось иметь три экипажа: два боевых – для автономных действий в море и один технический – для устранения в базе неисправностей и подготовки к новому походу.
Режим работы экипажей должен был быть таким. Первый боевой экипаж находится два-три месяца в море на боевом дежурстве, во время которого на борту неизбежно накапливаются какие-то неисправности. По приходе в базу корабль передавался техническому экипажу, а боевой убывал в долгожданный отпуск. Тем временем второй боевой экипаж, загорелый, отдохнувший и уставший от семейного уюта, слетался со всех концов страны в подмосковный Обнинск. Здесь подводников для освежения памяти и навыков – гоняли по всем тренажерам, они сдавали зачеты и, подтвердив свою высокую боеспособность, летели на Север. После этого они принимали лодку у технического экипажа и уходили на боевую службу. Точно таким же образом весь процесс повторяется снова и снова.
Размеры «Акулы» огромны. Длина – 170 м, ширина – 25 м. На палубе «Акулы» был способен развернуться КАМаз. Водоизмещение 27 тысяч тонн. Высота от киля до верха ограждения рубки – 25 м, что соответствует семиэтажному дому. При поднятых выдвижных устройствах дом получался уже девятиэтажным…
«Акула» была создана специально для плавания подо льдами. Её конструкция отличалась от всех субмарин мира. Крейсер имел не один, а целых два прочных корпуса. Такого еще никто и никогда не делал. Два параллельно расположенных сигарообразных цилиндра диаметром по 10 метров каждый с тремя переходами через промежуточные отсеки: в носу, в центре и в корме. Таким образом, получается, что в одном общем легком корпусе размещены как бы две лодки. Их обычно именовали «левый борт» и «правый борт», подразумевая при этом левую и правую цилиндрическую сигару целиком. В этих прочных бортах все дублировано: реакторы, турбины, все механизмы и даже каюты, так что в ракетоносце всего имелось по два. И если в одной половине все откажет, то другая позволит полностью выполнить боевую задачу и вернуться в базу. Кстати говоря, и специалистов в команде также имелось по паре, и называли их специалистами правого и левого бортов.
Несмотря на огромные размеры «Акула» была малошумной лодкой. Острословы из числа ветеранов подплава рассказывали, что однажды где-то в районе Шпицбергена самка синего кита приняла подводный крейсер за кита-самца и в течение нескольких часов кружила вокруг, предположительно, пытаясь с ним спариться. Она издавала рев, переходящий в свист, и акустикам даже удалось записать эту любовную серенаду на магнитную ленту.
Китов Малинин не наблюдал, но сам слышал, как иногда грациозные касатки трутся о корпус корабля, при этом трещат и свистят, как птички, на весь океан. За кого они принимают крейсер, до конца не ясно, но явно за кого-то своего. Так что шумовые характеристики «Акулы» морских обитателей не отпугивали, а даже наоборот.
– А какие там были замечательные бытовые условия! За небывалый комфорт «Акулы» прозвали «плавучей гостиницей» – частично из зависти, частично с долей пренебрежения, – вспомнил Малинин.
При проектировании этой лодки, по всей видимости, особенно не стремились к экономии веса и габаритов. Команда здесь размещалась в обшитых пластиком под дерево 2-, 4- и 6-местных каютах, с письменными столиками, книжными полками, шкафчиками для одежды, умывальниками и телевизорами. На «Акуле» был и специальный комплекс для отдыха: спортивный зал со шведской стенкой, перекладиной, боксерской грушей, вело- и гребными тренажерами, беговыми дорожками, четыре душевые, а также целых девять гальюнов, что тоже весьма существенно.
На этом подводном крейсере были предусмотрены две кают-компании: одна – для офицеров, другая – для мичманов и матросов. Питание – четырехразовое. Меню – самое изысканное при советском строе и довольно сносное в условиях современного финансирования флота. Стандартный завтрак, обед и ужин обязательно содержал что-нибудь мясное. А один раз в сутки положен и маленький стаканчик сухого вина, всего 50 граммов – не для пьянства, а для нормального пищеварения и борьбы с авитаминозом.
Воздух на лодке контролировался весьма тщательно, фиксируя и регулируя более десяти параметров. Он постоянно проходил очистку от вредных примесей и углекислого газа, для чего использовались целые системы фильтров и поглотителей. Кислород вырабатывали две специальные установки, расщепляющие посредством электролиза пресную воду на водород и кислород. Количество его поддерживалось на одном уровне – 21%. Очень тщательно очищали воздух от пыли: на земле такого чистого воздуха даже не бывает.
Главный и уникальный козырь «Акулы» – её умение всплывать во льдах для ракетной атаки. Сначала искали подходящую полынью, но таких мест в Арктике мало. Зимой 90% акватории покрыто дрейфующими льдами, летом – около 50%. Лед очень толстый, бывают поля с толщиной льда до 35 метров. Поэтому на Севере полыньей именуют место, где толщина льда не превышает трех метров. Отыскивают его при помощи специальных приборов наподобие эхолота. Затем убирались носовые горизонтальные рули и медленно и очень осторожно лодка «приледнялась», то есть притыкалась снизу к поверхности льда. А поверхность эта была покрыта многочисленными наростами вроде сосулек или сталагмитов весьма значительных размеров. Прижавшись к ледяному потолку специально приспособленным для этого носом и рубкой, резко продували цистерны главного балласта, и в этот момент по всей лодке помимо воздушного свиста продуваемых цистерн раздавался треск и скрежет. Это ломался лед, льдины наползали друг на друга, громоздились на палубу. На «Акуле» ракеты располагались спереди перед рубкой – для того, чтобы крышки шахт оказались после всплытия максимально свободными от льдин. После этого открывающиеся крышки шахт сталкивали остатки льда за борт, и можно было производить ракетные стрельбы.
Держись, супостат! Главное вооружение на «Акуле» – это 20 межконтинентальных баллистических ракет РСМ-52 с 10 ядерными боеголовками каждая. Одна лодка могла поразить 200 целей на территории противника, потому как каждая голова могла наводиться самостоятельно. Кстати, ракета весила почти 100 тонн, имела длину 16 и диаметр 2,5 метра. Так что хватало всем, кто опрометчиво посчитает твою Родину целью. Никто не скроется, каждый получит то, что заслужил.
Иное дело, что никто не даст любой лодке спокойно отстреляться и уйти на глубину. Противник ведь тоже не дурак, и потому после нескольких залпов сумеет точно определить координаты стреляющей субмарины и нанести по ней сокрушительный удар.
Но любимые «Акулы» Малинина – уже история. Последнюю «Акулу» – ТК-208 «Дмитрий Донской» вывели из состава ВМФ РФ. На борту только технический экипаж. Сегодня на вооружении ВМФ более современные подводные корабли, в конструкциях которых учтены недостатки старшего поколения субмарин. Они могут стрелять залпом и почти не слышны под водой.
Малинин снова вспомнил о заманчивом предложении гостей. Нет, он не готов залезть в прочный корпус маленькой «Пираньи» и искать затонувшие лодки наркомафии. Это не трусость, а реальная оценка собственных возможностей. Он не знает конструкции СМПЛ, её боевые возможности, хотя интуитивно чувствует, что по сравнению с «Акулой» «Пиранья» – это велосипед. В эту минуту Малинин вспомнил кинофильм «Особенности национальной рыбалки». В одном из эпизодов действие происходит на такой сверхмалой подводной лодке.
Все это, безусловно, так, но горят и тонут все подводные корабли. Причем горят и большие и маленькие А пожар на лодке – это неимоверно страшно. Даже при небольшом возгорании очень быстро задымляется аварийный отсек. В дыму становится трудно разглядеть и предпринять хоть что-то. А деваться дыму некуда: пространство замкнутое и очень ограниченное. Чуть проворонили начало пожара, и температура повышается до невыносимой, как внутри мартеновской печи. В лодке почему-то горит все, даже то, что гореть не может и не должно. Пламя распространяется очень быстро, причем не по полу, а по потолку. Для ликвидации пожара в самом начале на лодке имеются датчики температуры и специальные системы пожаротушения. Но если это начальное время упущено, если огонь разгорелся вовсю, остается лишь загерметизировать аварийный отсек и ждать полного его выгорания. Да еще следить за тем, чтобы продукты горения и огонь не проникли в соседние отсеки. В крайнем случае, можно даже затопить отсек. Для борьбы с водой существуют специальные заглушки, раздвижные упоры и водоотливные средства. Но уже на глубине 30 метров напор воды так силен, что пробоину невозможно заткнуть никакими человеческими усилиями. А если глубина еще больше, то бесполезно даже пытаться что-то сделать. Кроме того, морская вода прекрасно проводит электрический ток, и потому затапливаемое электрооборудование искрит, «коротит» и может вызвать пожар. Не исключен на лодке и разрыв трубопровода: вырвавшийся перегретый пар может запросто сварить подводника живьем, а прорвавшийся воздух высокого давления – оторвать какую-нибудь часть тела. Ну, а что может произойти при утечке радиации – это известно всем. Чтобы закрыть отверстие в трубопроводе, на борту есть целые наборы специальных бандажей разного диаметра. Есть средства и для предотвращения утечки радиации и борьбы с ней. Все эти средства обуздания разгулявшейся стихии называются средствами борьбы за живучесть.
В этот момент за окном раздалось два звуковых сигнала автомобиля.
– Марина приехала! – догадался и радостно расценил эти звуки Евгений.