Пока не приземлились в Ираклионе, Малинин минимум трижды пожалел, что согласился отправиться на Крит вместе с неугомонным Вральманом. Сначала все складывалось весьма пристойно. Адама Адамовича провожала его Тамара – высокая, крепкая и волевая женщина. Увидев этого гренадера в юбке рядом с казавшимся мелковатым Вральманом, Малинин сразу же вспомнил где-то услышанное высказывание: «Её обидеть может каждый. Не каждый сможет убежать!» Перед самым расставанием, с полными слез глазами, она так крепко прижала мужа к огромной груди, что послышался странный звук, напоминающий не то процесс вырывания «с мясом» пуговиц от рубашки, не то хруст ломающихся ребер любимого супруга.

– Адик, веди себя прилично! Мир не без добрых людей Мне все-равно расскажут о твоих проделках. Тогда, сам понимаешь, я тебя лишу всего, чем ты дорожишь: от гениталий до возможности быть замдиректора нашего издательства! – ласково, но твердо предупредила Тамара своего шустрого супруга.

Все это время Вральман был сама покорность, верность, грусть и благолепие. Лишь пройдя таможенный и паспортный контроль и нырнув в рукав телескопического трапа, ведущего в воздушный лайнер, Вральман преобразился: принялся внимательно разглядывать женщин-попутчиц и щедро раздавать им свои хищные улыбки.

Малинин понял, что Вральман наплевал на пожелания супруги и решил оторваться в этой заграничной поездке даже не на сто, а на триста процентов. Его многозначительные шутки и заигрывание с молодыми стюардессами сошли на нет, как только рядом с ним заняла место у иллюминатора блондинка средних лет, явно летевшая на отдых в одиночестве.

Вральмана понесло. К концу полета он, представившись неженатым бизнесменом, чуть ли не обещал попутчице, которую звали Эмилией, руку и сердце. Но блондинка оказалась довольно неглупой.

– А что это была за женщина, которая вас провожала? – вдруг поинтересовалась глазастая Эмилия. – Я обратила на вас внимание. Она так трогательно и искренне расстраивалась, что вы улетаете.

– Это моя сестра, – не моргнув глазом, принялся нахально брехать Вральман. – Бедняжка одинока и всегда сильно переживает, когда мне приходится улетать в командировку.

Малинин в их разговоре участия не принимал, но Вральман принялся доставать и его.

– Женечка, Эмилия спрашивает, почему на карте водная поверхность окрашена в разные цвета? – принялся тыкать пальцем в экран компьютера, вмонтированного в кресло впередисидящего пассажира Вральман. – Здесь голубой, а здесь – темно синий?

Малинин многозначительно взглянул в глаза уже принявшего на грудь грамм 200 вискаря товарища и, едва сдерживаясь, пояснил.

– Голубой цвет – глубина менее 50 метров. Синий – около пяти километров.

Представив, что они пролетают над такой бездной, Вральман и Эмилия заметно поутихли, но потом снова принялись хихикать и о чем-то болтать.

– Слушай, Женя, а Эмилия, как оказалась – твоя соседка. Ты проживаешь на проспекте Пушкина, а она на Бельского, – снова лез с разговорами неугомонный Вральман. – Пути господни неисповедимы!

Евгений что-то буркнул в ответ болтливому Вральману и принялся рассматривать какой-то журнал, предложенный стюардессами пассажирам. Тем не менее, квартирная тема вновь навеяла определенные воспоминания. Связаны они были со словоблудством и правовым обманом военных людей. Он столкнулся с этим на завершающем этапе службы, решив получить квартиру в средней полосе страны. Ведь в руководящих документах черным по белому прописано: «лица офицерского состава, прослужившие 20 и более лет, имеют право на получение жилья». Оказалось, все это очередная туфта. Юристы объяснили, что иметь право вовсе не означает гарантированное получение жилплощади при увольнении. Вот если бы было написано: «обязаны предоставить» – тогда совершенно другое дело. Малинин плюнул и оставил эту затею. Даже нацепив погоны, чиновник чиновником и останется. На том стояла и стоять будет бюрократическая власть в России.

***

В аэропорту их встретил Крис. Он сразу же обрисовал обстановку. Гость из Колумбии прилетает ночью, а встреча с ним состоится в полдень следующих суток. Для прилетевших Евгения Малинина и Адама Синявского сегодня, по словам Криса, программа предусмотрена самая простая. Мадам де Сегюр заказала для них ужин в ресторане отеля «Бали-Стар» на 19 .00. Сейчас он отвезет их на Бали, где заказан отель.

– Куда вы нас отвезете? – не совсем понял Криса Малинин. – Всегда считал, что Бали – это остров в Малайском архипелаге, в группе Малых Зондских островов, в составе одноимённой провинции Индонезии. Омывается с юга Индийским океаном, с севера – Тихим.

– Нет! – замахал руками Крис. – Здесь другой Бали – поселок в северной части острова. До него полтора часа езды на машине. Прошу вас, автомобиль на стоянке.

– А мы можем захватить с собой нашу знакомую? – нахально принялся лоббировать личные корыстные цели Вральман. – Госпожа Эмилия прилетела с нами и хотела бы остановиться в одном отеле.

Крис на несколько секунд задумался, но затем быстро ответил.

– В отношении госпожи Эмилии указаний я не получал, но, уверен, она сможет остановиться в том же отеле, что и вы.

Через минуту радостная женщина уже сидела в машине вместе с остальными и благодарно бросала многообещающие взгляды на Адама Адамовича.

Пока ехали, Крис немного рассказал об острове. Как следовало из его слов, Крит – самый большой греческий остров, пятый по величине остров в Средиземном море. По легенде здесь родился Зевс и обитал Минотавр. На этом острове находится самый большой в Европе горный каньон. Крит расположен в 110 км от Европы, в 175 км от Азии и в 300 км от Африки. Географически относится к Европе. Крит омывается тремя морями – Критским на севере, Ливийским на юге и Ионическим на западе. Административный центр – город Ираклион.

Озвучив данную информацию, Крис умолк.

Отель был неплохой, по звездному рейтингу – на твердую четверку. Каждому гостю предоставили по номеру. В предвкушении скорого сладострастия за Эмилию заплатил Вральман. До ужина оставалось еще несколько часов и Евгений, захватив полотенце, успел побывать на пляже, который был совсем рядом. Минут сорок он наслаждался теплой и прозрачной водой. Вральман и Эмилия на пляже не появлялись. Эту парочку Малинин увидел лишь перед самым ужином, когда по просьбе Криса гости собрались на рецепшине. По помятой и пьяненькой физиономии Вральмана, Малинин определил, что его товарищ все это время находился в обществе Эмилии, которая хотя и держалась молодцом, мало чем отличалась по состоянию от Адама Адамовича. По её вечернему наряду легко можно было определить цель приезда на Крит.

Малинин испытал чувство стыда за товарища. Говорят, что содержание определяет форму. Это верно, но верно и противоположное, что от формы зависит содержание. Умение сохранять достоинство, не навязываться другим со своими проблемами, не портить им настроение, быть всегда ровным в обращении с людьми, приветливым и веселым – это большое и настоящее искусство, которое помогает жить в обществе и самому обществу. Но каким веселым надо быть? Шумное и навязчивое веселье утомительно для окружающих. Вечно сыплющий остротами человек перестает восприниматься как достойно ведущий себя. Он становится шутом.

Малинин уже собирался подойти к Вральману, взять его за локоть и тихонько постараться объяснить, что, безусловно, необходимо быть веселым, но при этом не быть смешным. Но передумал. Да и какое он имеет право вмешиваться в чужую жизнь со своими рекомендациями и пожеланиями? Недопустимо было допускать, чтобы Вральман полетел с ним на Крит, но теперь уже ничего не поделаешь. Как говорится в народе: «Нравится, не нравится – терпи, моя красавица»!

В это время у главного входа остановился автомобиль. Из него первым выскочил Крис, предусмотрительно распахнув заднюю дверь перед мадам Марин де Сегюр. Малинин даже залюбовался Маринкой, такой обаятельной и эффектной она ему показалась в этот раз. Француженка подошла к ним и с улыбкой на чисто русском языке, поздоровалась.

– Господа, рада приветствовать вас на этом острове и благодарю, что вы приняли мое приглашение. Я по рождению русская, поэтому предлагаю впредь нам с вами общаться только на родном языке. Если нам удастся завтра прийти к соглашению, то нам предстоит взаимодействовать и в дальнейшем.

– Это замечательно! – восхитился Вральман – Мадам, разрешите представить вам мою подругу – госпожу Эмилию.

Марина все сразу поняла и удостоила подругу подвыпившего Вральмана лишь кивком головы.

За ужином, который был накрыт на террасе, велись светские беседы: о греческом виноделии, сборе оливок и иные дежурные темы. Марина вела себя так, словно не было той дурманящий ночи в квартире Малинина. Евгений старался подыграть любимой женщине, и изо всех сил сдерживал себя, чтобы не назвать мадам Маринкой или иным образом не выдать себя.

В паузах между беседами мадам де Сегюр что-то сказала по-французски Крису. Тот тотчас вышел из-за стола и куда-то ушел. Мадам взяла на себя роль радушной хозяйки и сообщила гостям, что Крит поделен на четыре главных курортный района. Завтра, после встречи с нашим гостем из Колумбии, я организую вам поездки в две из них. Адама Адамовича с госпожой Эмилией Крис отвезет на экскурсию в Ретимно, а я с Евгением Сергеевичем отправлюсь в Ханья. Поверьте, вы не пожалеете, там сказочно прекрасно, это туристический рай.

В этот момент Малинин встретился взглядом с мадам де Сегюр и по её глазам сразу понял, что все эти экскурсии она организовала именно для него, для того, чтобы они могли пусть не надолго, но остаться вдвоем.

Тут снова появился Крис, который нес в руках три пакета.

– Я не могла оставить своих гостей без подарков, – снова заговорила мадам. – очаровательная Эмилия получит от меня набор местной косметики, основанной на оливках. Это очень полезно для кожи.

Крис передал подруге Вральмана пакет и она принялась демонстративно восхищаться, перебирая кремы, разноцветные упаковки с мылом, лосьоны и шампуни. Вральман и Малинин получили в подарок по бутылке «Метаксы» и знаменитому критскому ножу в ножнах. При этом уже Крис пояснил.

– Каждый критский нож, выполненный вручную, по-своему уникален. По традиции, на лезвие ножа наносится двустишие или четверостишие – так называемая, мандинада. Кстати, текст зависит от того, кому предназначается этот нож в подарок. Для критян критский нож – это оружие чести и мужества, а также память о чистой и искренней дружбе. Поэтому, когда кто-то из жителей Крита преподносит вам в качестве подарка традиционный критский нож, это говорит о том, что он вас высоко ценит и глубоко уважает.

После этого мадам де Сегюр сообщила, что покидает гостей до завтра и в сопровождении Криса они удалились.

– Я, пожалуй, тоже пойду, вежливо объявил Евгений.

– А мы еще побудем! – загоготал уже подвыпивший Вральман и принялся бесцеремонно тискать спутницу.