Прогулка на холм в сторону поля плюс большая кружка крепкого кофе не смогли справиться с похмельем. Эмма спускается в сад, пытаясь решить, поможет ли ей сэндвич с беконом. Она встречается с Бетти, Лесом и Тамасом в час дня и хочет к этому времени чувствовать себя лучше, чем сейчас.

А как она себя чувствует? Одновременно с головной болью в виски стучится назойливая мысль – вопрос, возникавший и прежде, причем не имевший никакого отношения к количеству выпитых вчера коктейлей.

Головная боль накатывает волнами, и Эмма опасается, что она, «не дай господи, может заболеть». Она прокручивает эту фразу в голове с интонациями бабули Марии; успокаивающий тон позволяет отмахнуться от неприятных мыслей, а именно от опасений насчет подтачивающей ее организм серьезной болезни. После смерти Уилла подобные приступы стали частыми гостями. Впрочем, она старается не впадать в панику. Ведь недаром говорят, что горе изнуряет человека.

В любом случае сейчас не время думать о головной боли. Светит солнце, и ее сад, честно говоря, выглядит замечательно. Жимолость начинает обвивать зелеными ветвями арку возле задней двери, а посаженная по бокам от нее мальва горделиво тянется вверх; цветов в саду еще нет, но зато в зеленых листьях вишневых и персиковых деревьев уже прячутся бутоны. Эмма направляется к задней двери; кусты лаванды, окаймляющие дорожку, словно набегающие волны, омывают ее нежным ароматом.

Сэндвича с беконом и двух таблеток парацетамола после оказалось достаточно для того, чтобы Эмма могла облегченно вздохнуть и открыть в ноутбуке свои записи. На ее рабочем столе имеется специальная папка под названием «Исследования для садового центра». В папке описание успешных начинаний по всей стране и новых подходов к бизнесу. Эмма изучила последние тренды в других производствах, а также посты английских флористов в Instagram и Facebook[9]. По крайней мере, к этому исследованию она подошла как настоящий ученый, коим когда-то являлась. Остается надеяться, что Бетти с Лесом не станут возражать против ее предложений и не решат, что она сует нос не в свое дело.

Бетти и Лес сидят за столиком возле распахнутой на улицу двустворчатой двери. Тамаса нигде не видно.

– Звонил Тамас. Сказал, что, к сожалению, не сможет прийти, – сообщила Бетти, когда Эмма села за стол. – Они с Бертой хотят отправиться на прогулку.

Лес взволнованно подается вперед:

– Мы думаем, это, возможно, хороший знак. – Он несколько раз кивает. – Но так или иначе, расскажи нам о своей поездке. Что тебе удалось выяснить?

Она видит надежду, написанную на их лицах, и снова начинает нервничать. Ужасно не хочется подвести этих людей. Заметив на Бетти парадные очки и новую блузку со стрекозами, Эмма чувствует, что у нее потеют ладони.

Но прежде чем она успевает открыть рот, в разговор вмешивается Бетти:

– Хочу сказать, моя дорогая, мне нравится твой топ. Этот цвет тебе реально очень идет. Ты должна чаще носить бирюзовый цвет.

– Ах да, я… Я думала, смена стиля… Спасибо. – Эмма делает глубокий вдох и после паузы добавляет: – Мне нужно столько всего вам рассказать, что я просто… Я просто не хочу вас разочаровывать.

– Ой, не думаю, что тебе стоит из-за этого волноваться, моя дорогая! – говорит Бетти. – Не стесняйся, выкладывай.

– Вы не слишком расстроитесь, если выяснится, что на «Титанике» не было штатной флористки? Или по крайней мере одной главной флористки? Просто разные люди, умевшие обращаться с цветами, вносили свою лепту. – И Эмма начинает объяснять про Алистера и его теорию о том, что «Титаник» можно представить как целый ряд стран в пределах одного судна. Она заканчивает рассказ и, не удержавшись, добавляет: – Мне ужасно неприятно, что я вас так подвела. Ведь вы столько сделали, чтобы мне помочь.

– Дорогая, а теперь послушай меня, – начинает Бетти. – Мы с тобой в этом вместе участвуем, и половина удовольствия – это именно поиски. Поженившись, мы с Лесом охотились за сокровищами. Мы втискивались в наш старый автомобиль «моррис-майнор» и отправлялись в путь. Как-то раз мы даже победили и были на седьмом небе от счастья. – Бетти улыбается мужу. – Но для меня самым счастливым вечером стал тот, когда мы проезжали мимо ресторана, который, как Лес знал, мне очень нравился – жутко дорогой, – и он забронировал столик. А еще положил в багажник мое любимое платье.

Лес берет жену за руку:

– Бледно-зеленое… Никогда не забуду.

– Но зато ты забыл туфли и колготки, так? – смеется Бетти и, увидев вытянувшееся лицо мужа, ободряюще добавляет: – Впрочем, это не имело абсолютно никакого значения. Я надела то самое платье, и мы чудесно провели время. И никто не заметил мои затрапезные туфли под столом. – Бетти поворачивается к Эмме. – Дорогая, так или иначе, я пытаюсь тебе сказать, что в тот вечер мы не нашли ни единого ключа, но это была лучшая охота за сокровищами из всех, в которых мы когда-либо участвовали.

Лес хлопает жену по руке, после чего поворачивается к официанту, подошедшему к ним принять заказ. Эмма чувствует, что, как ни пытайся, она не в состоянии представить Леса панком.

За ланчем она рассказывает им о Вайолет Джессоп. Сейчас не время для тайн, и на секунду Эмма задумывается: а говорила ли Бетти мужу об интрижке Уилла? Что было бы даже к лучшему.

Когда она показывает им фото Вайолет, Бетти с Лесом пристально вглядываются в фотографию.

– Красивая девушка, – произносит Бетти. – В ней определенно что-то есть. А знаешь, она мне кого-то напоминает… Возможно, мою учительницу математики в школе. Нужно было видеть, как папаши выстраивались в очередь, чтобы поболтать с ней на родительском собрании.

– Эмма, так ты ее узнала? – потирая бороду, спрашивает Лес. – Думаешь, ты можешь быть как-то с ней связана?

– Лес, если честно, я уже не знаю, что и думать. Но не могу избавиться от чувства, что она имеет какое-то отношение к моей семье. Так или иначе, Алистер пообещал покопаться в ее биографии для меня. А точнее, для нас, – поспешно уточняет Эмма. – Вайолет пережила три кораблекрушения, о чем все в основном и пишут, поэтому на самом деле я не знаю, сумеет ли Алистер отыскать хоть что-нибудь, что могло связывать ее с цветами. Или со мной. – Она пожимает плечами. – Тем не менее будет стыдно все бросить на полдороге. Я также изучила свое генеалогическое древо. Но пока не обнаружила какой-либо связи с кем-то, кто был на «Титанике», или наличия в нашем роду ирландской крови. Семья Вайолет была родом из Ирландии. Хотя никогда не знаешь…

Лес интересуется, какие сайты использовала Эмма. Похоже, бóльшая часть членов исторического общества увлекалась изучением своих родословных. Некоторые даже дошли до времен нормандского завоевания. Семья Леса, как оказалось, изначально происходила из корнуоллских рыбаков. Что гораздо проще представить, чем самого Леса в роли панка.

Когда они уже собираются уходить, Бетти роется в сумке в поисках телефона.

– Дорогая, я хочу кое-что тебе показать. – Она начинает прокручивать фотографии. – Ага, вот и она. – Бетти поворачивает телефон экраном к Эмме. – Я рассказала нашему сыну Бену о твоей подушечной почте, и он попробовал эту штуку с нашим внуком Заком. Похоже, мальчика не слишком порадовало рождение младшей сестры, но Бен сказал, письма реально помогают. Думаю, они позволяют Заку ощущать, что он делает что-то такое, чего не может его сестренка. Вот фото рисунка, который он в последний раз положил под отцовскую подушку.

На экране фото листка бледно-голубой бумаги. По краям нарисованы… динозавры? Птицы? Эмма не совсем уверена. В центре листка более крупно изображены две фигурки на доске для серфинга, одна фигурка побольше, другая поменьше. Вокруг высокие волны, над головой ярко-желтое солнце. От доски для серфинга отходит стрелочка, указывающая на имя автора рисунка.

Посмотрев, как Эмма внимательно изучает рисунок, Бетти объясняет:

– Думаю, это нечто вроде подсказки. Зак хочет получить настоящую доску. – Бетти улыбается. – А теперь присмотрись получше. Неужели не видишь? – (Эмма старательно изображает смущение.) – Рядом с ним на доске его сестренка.

– А-а-а… – улыбается Эмма.

– Так вот, рисунок показывает, что это работает, – с довольным видом говорит Бетти. – Обычно Зак рисует, как сестру пожирает акула.

Уже покинув бистро, Эмма вспоминает, что забыла показать Бетти и Лесу то, что принесла специально для них. Документ под названием «Идеи для садового центра».

Ну что ж, это вполне может подождать до следующей встречи.