2 сентября, понедельник

Сразу после полудня Джон Олдридж решил связаться с детективом-инспектором, дежурившим в полицейском участке Брайтона.

В противоположность Энди Энакину, после общения с которым констебли чувствовали себя почти полными идиотами, Брайс Робинсон был спокоен и с интересом подключился к делу. До поступления на службу он работал школьным учителем, а потому умел слушать.

– Правильно сделали, что позвонили, – сказал он. – Есть предположения насчет произошедшего?

– Да, сэр, – ответил Олдридж. – Предположения у нас имеются.

Он услышал щелчки клавиатуры; стало быть, детектив-инспектор делал пометки.

– Для начала, после ссоры Иден Патерностер могла кого-то встретить и покинуть магазин вместе с этим человеком, поскольку испугалась, что муж причинит ей вред. Или, того проще, побоялась возвращаться в машину и просто сбежала к кому-то из друзей или родственников. Муж говорит, что обзвонил всех, к кому она могла отправиться, но, если он ее поколачивал, нельзя исключать, что ее хотят защитить, а потому скрывают правду.

– Вполне возможно, – согласился Робинсон. – Но я только что проверил имя и адрес: ни жалоб, ни случаев домашнего насилия. Полицию туда не вызывали. Следующая версия?

– У миссис Патерностер есть любовник. Исчез ее паспорт. Быть может, они вместе сбежали за границу.

– У вас имеется ее недавнее фото?

– Да, сэр. Даже два. Последнее сделано вчера, и оно в цифровом виде.

– Хорошо. Пришлите, как только мы закончим, и я разошлю его остальным.

– В-третьих, нельзя исключать, что женщина отправилась домой своим ходом и с ней что-то стряслось. Допустим, произошел несчастный случай и она не может ни с кем связаться. Но муж говорит, что звонил во все местные больницы, так что этот вариант маловероятен. И следующая гипотеза: у миссис Патерностер помутился рассудок. Она потерялась и не понимает, где находится.

– Исходя из собранной информации, как бы вы оценили эту версию по шкале от одного до десяти? – спросил детектив-инспектор.

Олдридж посмотрел на Литтл, поднял палец, и коллега кивнула.

– Один, – сказал он.

– Следующий вариант?

– Ее удерживают против воли.

– Муж богат?

– Нет, сэр. Сказал, что потерял бизнес и теперь таксует на машине приятеля.

– То есть похищение ради финансовой выгоды можно исключить?

– Думаю, да, сэр. Определенно.

Некоторое время Робинсон молчал.

– Помимо этих версий, нет ли у вас с констеблем Литтл каких-нибудь соображений насчет происходящего?

– Мы оба обратили внимание, что кухонный плинтус недавно вымыли начисто и от него пахнет отбеливателем, – ответил Олдридж.

– Сэр, – добавила Холли Литтл, – нам обоим не понравился муж миссис Патерностер. По нашему мнению, он что-то скрывает.

– Например?

– Ну, он утверждает, что жена вышла из автомобиля и отправилась в магазин, но хотелось бы, чтобы кто-то просмотрел запись системы видеонаблюдения и убедился, что это так.

Несколько секунд Робинсон молчал.

– Ее не видели с воскресенья, с пятнадцати минут четвертого. Если верить мужу, она не связалась ни с кем из знакомых, а также не вышла на работу, хотя ее ждали на важном собрании.

– Верно, – согласился Олдридж.

– И хотя отсутствие паспорта намекает, что женщина выехала из страны – или планирует ее покинуть, – вы не исключаете, что все это подстроено мужем?

– Не исключаем, сэр, – подтвердила Литтл.

– О'кей. Если судить по вашему рассказу, приятного в этой ситуации мало, – сказал детектив-инспектор, – вы беспокоитесь не без причины. Передам информацию в отдел особо тяжких преступлений и послушаю, что скажут. А вас хвалю за службу.