В театре «Парижанин» по бокам близко к сцене располагались цветасто украшенные ложи для богачей. На деревянных панелях, обрамляющих сцену, были вырезаны изображения цветов, чайных чашек, единорогов и лилий. На самой сцене тучный клоун мерил шагами воображаемый сад, склонялся над цветами, срывал их и глубоко вдыхал цветочный аромат.

Складывалось впечатление, что запах цветка пьянит клоуна, и на какой-то миг он застывает в неподвижности. Потом он грациозно и плавно движется в танце по сцене на пуантах в балетных туфлях, верхнюю часть которых прикрывают гамаши. Сняв куртку, он всем демонстрирует, что совсем не толстый, а впечатление полноты производит его жесткая балетная пачка. Он танцует под музыку «Весны священной» Стравинского.

Сорвав очередной цветок, он издает громкий, немного странный звук, напоминающий жужжание, как будто внутрь цветка забралась пчела. По мере того как его нос приближается к цветку, жужжание становится громче и громче, усилившись до пронзительного визга, и внезапно стихает, как будто пчела его все-таки кусает. Он закрывает лицо руками. Когда он их опускает, зрители видят большой и красный нос, какой обычно бывает у клоунов.

После представления клоун и Роза сидели на ступеньках черного входа и смотрели на пальцы его ног. Все они были перебинтованы.

– Готов поспорить, твое выступление замечательное, – сказал клоун Розе. – Тебе позволено быть нежной и любящей. Тебе можно ходить рядом со зрителями и говорить вещам и людям, как ты их любишь. Ты представить себе не можешь, как тебе повезло, что ты женщина.

Роза усмехнулась:

– Не стану спорить, в этом есть некоторые странные преимущества.

– Твой партнер красивый? – спросил клоун. – Я видел одного чертовски обаятельного клоуна в цирке «Загул». Сходи туда, посмотри на него, даже если он не твой парень.

В это время Пьеро зашел в центральную библиотеку. Стены из оранжевого кирпича там украшали горгульи в виде белок. Он помнил, что Роза всегда читала все, что попадалось под руку. Он описал Розу библиотекарше и спросил, не заходила ли к ним девушка, подходящая под такое определение.

Сбоку от здания библиотеки протянулась крытая галерея, которая вела к замечательной оранжерее. Пьеро пошел по ней к застекленному строению с выложенным белой плиткой полом и расставленными повсюду горшками с цветами. Он решил побеседовать с розами, которых там оказалось великое множество. Его всегда поражала их соблазнительность, как у белоснежного шелкового платочка, заложенного между грудей за корсаж женщины в опере. Где мне найти мою прекрасную Розу? Вы не видели ее?

Розам отчаянно хотелось, чтобы нарисовали их портреты. Они сетовали друг другу, что родились не в Нидерландах, где жили все еще не ушедшие в мир иной великие художники. Быть розой в Канаде – пустые хлопоты. На их лепестках после поливки оставались капельки воды, которые казались слезами.