– Вам надо подойти, господин комиссар, – позвала меня Зейнеп.

Голос ее звучал взволнованно, и я даже испугался, не случилось ли чего.

Но с Зейнеп все было в порядке. Стоя на коленках, она внимательно рассматривала пол.

– Смотрите, здесь опять эти следы, господин главный комиссар… – указала она на красноватые пятнышки.

Я вспомнил, что рядом с трупом Зекаи, а потом и в его лодке тоже нашли что-то подобное. И снова подумал: вряд ли это наведет нас на след, в Стамбуле почва из-за содержащегося в ней железа во многих местах имеет красноватый оттенок.

Но девушка уже сделала вывод:

– Одна и та же грязь в разных местах… Видимо, тот человек, который напал на меня, убил и комиссара Зекаи.

По спине пробежал холодок.

– Подожди, по нашей предварительной версии, его убил Слепой Кот. Думаешь, он был здесь?

Зейнеп встала и огляделась, будто боялась, что маньяк до сих пор где-то прячется.

– Думаю, да… Если, конечно, мы не ошиблись с версией.

– Как-то неосмотрительно с его стороны… Заявиться в дом человека, которого убил. Прежде он таких промашек не допускал.

Зейнеп нахмурилась.

– Возможно, он запаниковал, и наверняка он был уверен, что доберется сюда прежде нас. В конце концов, убийца тоже человек, господин комиссар. Мог и просчитаться. А мы… мы все ждали от него промашки, разве не так?

Так-то так, но что-то в версии Зейнеп меня смущало. Я сел на корточки, чтобы рассмотреть грязь. Красные частицы были хорошо видны на коричневом полу.

– А они не могут быть подкрашены? – предположил я. – Какой-то уж слишком насыщенный красный цвет для живой природы.

– Да, я тоже так подумала, господин старший инспектор, но нужна лабораторная проверка. Тут что угодно может быть… Краска, промышленная пыль, искусственное покрытие… На глазок не определишь.

– Так за чем дело стало? Собирай, отправим в лабораторию. Эксперты определят состав, и, может быть, это к чему-то приведет.

Я уже собирался выйти из комнаты, как Зейнеп окликнула меня:

– Господин комиссар, я еще хотела показать вам газету. – Она кивнула на «Хюрриет», лежавшую на стеллаже. – Номер трехдневной давности, и есть еще один, вышедший пять дней назад. То есть получается, что последние три дня Кансу в доме не появлялся. В холодильнике свежей еды тоже нет.

Я вспомнил запах, исходивший от трупа.

– Скорее всего, три дня назад он был убит. Но где его держал Слепой Кот и зачем держал?

Здесь было над чем подумать, но сейчас важнее было заняться другими делами.

– Зейнеп, ты собирай образцы, а я пойду посмотрю, что там с дверью. Непонятно, как напавший на тебя человек попал сюда. Ты внимательно осмотрела квартиру, когда вошла сюда? Скорее всего, преступник где-то прятался.

Другого объяснения у меня не было.

Стальная входная дверь выглядела внушительно. Вышибить такую невозможно, но над замком, похоже, кто-то поработал.

– Да, господин старший инспектор, замок был вскрыт.

Я обернулся и увидел Али. В руках у него был желтый DVD-диск.

– Я, когда выходил, посмотрел. Видите царапины?

Царапины я видел, и с этим тоже должны разобраться криминалисты. А вот диск…

Перехватив мой взгляд, Али заулыбался.

– Охрана отдала. Тут все свежие записи. Теперь мы точно поймаем Слепого Кота!

– Только свежие?

– Не только. Камеры зафиксировали, как Кансу вышел из дома три дня назад. И больше он сюда не возвращался.

Это уже было серьезно.

– Пойдем в квартиру, – поторопил я помощника. – Посмотрим, что там на записях.

Ввалившись в комнату, Али потряс в воздухе диском.

– Сейчас ты увидишь человека, который на тебя напал! – радостно сообщил он Зейнеп.

Девушка тут же включила компьютер и вставила диск. Ее пальчики быстро забегали по клавишам. Картинка постепенно приобрела четкость.

– Камера охватывает въезд во двор, – пояснил Али. – Смотрите, сейчас он появится.

У будки охранников остановилось такси, из него вышел человек в рабочем комбинезоне – так обычно одеваются уборщики. Он был высокого роста, примерно метр восемьдесят, плечистый, но бейсболка на голове мешала разглядеть его лицо.

– Сейчас он подойдет поближе, господин старший инспектор, будет лучше видно.

В руках мужчины была небольшая сумка. Да, он выглядел точь-в-точь как уборщик. Уверенной походкой он направлялся к входу в небоскреб.

– Охране он сказал, что его направила клининговая компания, – прокомментировал Али. – Мол, ему поручили проверить работу других сотрудников. Эти олухи ничего не заподозрили, потому что клининг обычно каждый месяц присылает контролера.

Зейнеп опередила меня:

– А раньше тоже он приходил?

Али пожал плечами.

– Я у них спросил, но они не знают.

– А сегодняшний контролер им ничем особенным не запомнился? – с надеждой спросил я.

– Не-а. Да что с них взять, полные идиоты. Вы уж простите, но у них трусы сопрут, они и не заметят. Охрана, мать твою. Могли бы сопровождение дать. – Али наклонился и ткнул пальцем в экран. – Смотрите, господин комиссар, сейчас будет видно его лицо.

И действительно, подходя к двери, мужчина оказался совсем близко к камере.

– Останови, – попросил я Зейнеп. – Останови на этом кадре.

Девушка тут же нажала на паузу. На бейсболке была надпись «Тюркуаз-клининг». Собственно, на этом определенность заканчивалась. На мужчине были очки в толстой черной оправе, а нижнюю половину лица скрывала густая борода. Конечно, наши эксперты попробуют составить фоторобот, но опыт подсказывал мне, что никого мы по такому портрету не найдем. Теперь я окончательно убедился, что Слепой Кот, если это был он, очень хорошо разбирался в том, как водить за нос полицию.

– Скажи, Али, а охранники хоть как-то смогли охарактеризовать его?

– По их словам, говорил он как-то странно, с трудом, будто во рту что-то мешает шевелиться языку. Но ничего подозрительного они не заметили.

– Да… – протянул я. – Полезного мало.

Али помрачнел.

– Но разве по записи нельзя сделать какие-то выводы?

Зейнеп была настроена более оптимистично, чем я.

– Думаю, к чему-то можно прийти. Конечно, нужно еще копать и копать, но то, что Слепой Кот пошел на риск и появился в доме убитого, ясно показывает, что он загнан в угол. Он чем-то напуган, а страх заставляет человека совершать ошибки. У нас на руках есть две хорошие улики: вот это видео и частицы красной грязи.

Мне стало стыдно – моя помощница была абсолютно права, а я разнюнился. Видимо, смерть Зекаи так на меня повлияла. Нужно собраться.

– Что, по-твоему, могло заставить его занервничать? – спросил я. – Почему он действует так, как никогда прежде? Если это действительно Слепой Кот.

Зейнеп слегка нахмурилась – она так всегда делала, когда не могла с ходу ответить на вопрос.

– Не знаю, господин главный комиссар. Не могу этого внятно объяснить. Но если он рискнул прийти сюда…

– Это не самый большой риск! – встрял Али. – Самый большой – это убийство Зекаи-бея. Для него это рубеж. Почему он решил нарушить свой ритуал и убить полицейского? Сначала нам надо ответить на этот вопрос.

«Браво, ребятки! – подумал я. – Вы оба очень правильно размышляете. Есть на кого оставить ремесло, когда уйду на пенсию».

– Скорее всего, – продолжила Зейнеп, – Зекаи-бей наткнулся на какую-то важную информацию, связанную со Слепым Котом. Думаю, он понял, кто это.

Я вспомнил про папку Альпера.

– Прежде всего нужно изучить материалы, переданные нам бывшим помощником Зекаи. Наверняка там что-то есть. Зейнеп, ты умеешь читать между строк. Все догадки Зекаи должны быть там.

– Конечно, господин комиссар! Уверена, самое позднее к завтрашнему вечеру у нас будет все что нужно.

– Мы вместе разберемся, господин комиссар, – с легкой обидой произнес Али. – Не волнуйтесь, не пропустим ни единой мелочи.

– Хорошо, Али, – улыбнулся я. – Но прямо сейчас тебе нужно найди такси, на котором приехал подозреваемый. Выясни, где он сел, о чем разговаривал с таксистом – все, что только можно. Есть вероятность, что водитель запомнил что-то действительно важное. А потом присоединяйся к Зейнеп. А я поговорю с Краснолицым. Интересно, что он расскажет о нашей жертве?