Фонтаны включались еще четыре раза, а мы все не уходили оттуда. Мы целовались, разговаривали, ловили счастье в каждом мгновении и наслаждались им. А потом в меня врезался мальчишка в наушниках. Я сначала чертыхнулась, обругала его, а потом кинулась догонять, чтобы извиниться и вручить ему буклет. И только тогда мы вспомнили, для чего пришли на площадь к фонтанам. Следующие полчаса мы с таким остервенением впихивали всем буклеты, что один мужчина пообещал дать мне пять долларов, если мы отстанем от людей.

– Я должен кое в чем признаться, – сказал Дакс, когда вокруг нас снова вздыбились струи воды.

– В чем именно?

– Ты была права. Похоже, я полюбил Вегас. Конечно, надо будет еще посетить «Белладжио», чтобы в этом удостовериться. Но фонтаны уже в моем списке «Топ-5».

– А что перед ними?

– Пончиковая на Восточной улице, где такие аппетитные булочки с корицей. Но фонтаны Белладжио с моей подружкой-кошечкой в одном ряду с ней.

Около одиннадцати я разослала друзьям сообщения с просьбой встретиться в понедельник (выяснить, кто победил в раздаче буклетов). Мой комендантский час действовал с полуночи, а утром следующего дня мне уже надо быть в часовне.

– Будем считать эту прогулку нашим свиданием в преддверии Дня святого Валентина? – спросил Дакс. – Раз уж завтра нам обоим работать по десять часов.

– Мне – одиннадцать, – уточнила я.

– Ты и в этом стараешься превзойти меня, девочка-счетовод? – Дакс взял меня за руку, и мы пошли к валет-паркингу.

– Я уже тебя превзошла. Раздала в тысячу раз больше буклетов.

– Ты смогла всучить только десять.

– А ты ни одного.

Дакс нащупал пачку листовок в заднем кармане брюк:

– Я раздам их сейчас все до единой, если только ты не будешь меня отвлекать.

Мои губы снова устремились к губам Дакса. Это был поцелуй, от которого захотелось забыть о завтрашней работе и проскользнуть с ним в свою комнату. Но на парковке уже стоял Сэм, а машины за его спиной яростно сигналили. Сэм то ли махал мне, призывая ускорить шаг, то ли отмахивался от меня – я толком не поняла. И еще больше удивилась, сев к нему в тачку, когда он, дав по газам, на скорости вырулил с парковки.

Мне удалось держать себя в руках, хотя хотелось одновременно запеть, расплакаться и спросить у Сэма: «Это и есть любовь? Как долго продлится такая феерия чувств?» Я наблюдала за Даксом в окошко, пока мы отъезжали от парковки. Мне стал понятен смысл всех песен, всех фильмов, всех книг о любви, уже созданных или сложенных в моем воображении. Думаю, вы теперь поймете, почему в таком шквале эмоций я не сразу прочувствовала атмосферу в салоне автомобиля – точнее, напряжение между Камиллой и Сэмом. Я наклонилась вперед:

– Ну, как дела? Вам сегодня повезло? У фонтанов клева не было.

Сэм уставился на дорогу. Камилла стала теребить ожерелье с подвеской в виде подковы, которое она носила почти не снимая. Никто мне не ответил.

– Эй, ребята? Все в порядке?

Камилла повернулась так, чтобы я смогла увидеть ее красные глаза и припухшую кожу. Она не плакала, не всхлипывала. Но, взглянув на Сэма, я поняла, что и он в дурном настроении.

– Нет, – прохрипел парень, – не в порядке.

Я откинулась на спинку сиденья. Как мне поступить? Начать расспрашивать? Посоветовать что-то? Или смолчать? Ребята поссорились, это очевидно. Я не знаю причины их ссоры, да и не мое это дело. Но нам ехать еще минут двадцать, Сэм мой лучший друг, и к Камилле я в последнее время изменила отношение: она нравится мне все больше и больше. Так нужно ли мне вмешиваться? Или лучше сохранить нейтралитет?

– Мы расстались, – заявила Камилла, как только Сэм вырулил на шоссе И-95.

– Это ты решила порвать со мной, – возразил Сэм.

Камилла бросила на него испепеляющий взгляд:

– Не пытайся выкручиваться. Ты не имеешь на это права.

– Я не хотел расставаться с тобой, – сказал Сэм.

Камилла повернулась ко мне так резко, что ремень безопасности впился в ее воротник-стойку а-ля Элвис.

– Сэм хочет жениться. Скажи ему, что он спятил.

– Сэм любит тебя. Может, вы и правда однажды поженитесь.

– Никаких «однажды», – буркнула Камилла.

– Сэм?

Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида:

– С чего вдруг такая реакция? Почему нам не пожениться? Я не сказал «завтра же». Я думал, что мы поженимся, когда Камилла окончит школу.

– А почему у вас зашел об этом разговор?

Оставив в покое подкову, Камилла взялась за расклешенный рукав:

– Сэм… он сделал мне предложение. В аэропорту. У стоянки такси.

– Я всего лишь подарил тебе кольцо обета. Это еще не предложение. Я хотел показать тебе свою преданность и привязанность.

Ох, Сэм! А может, ты хотел привязать Камиллу к себе? Я хорошо его знаю: надеть кольцо на руку девушке – для него своеобразный способ защитить свою территорию.

– Но Камилле учиться еще полтора года, – привела я веский аргумент.

– Камилла в таком темпе осваивает школьную программу, что закончит свое надомное обучение раньше. – Сэм снова устремил взгляд на дорогу. – Она может получить диплом уже весной. А на этой неделе Камилла сказала, что, возможно, уедет поступать в колледж. А это противоречит нашим планам.

– Сэм, – в тоне Камиллы слышалась мольба, – давай поговорим об этом летом. То, что я подаю документы в разные учебные заведения, еще не значит, что я уеду.

Сэм ударил рукой по рулю:

– Это так же не значит и что ты не уедешь. Мы же все спланировали. Ты оканчиваешь школу, мы ставим в известность твоих родителей, снимаем квартиру и поступаем в Невадский университет в Лас-Вегасе.

Камилла принялась рассматривать свои пальцы:

– Это ты спланировал. А потом посвятил меня в свои планы. Это не было нашим совместным решением.

– Ты никогда не возражала. Всякий раз, когда я заводил об этом разговор, ты соглашалась.

– Я имею в виду… Я же говорила об этом. И у нас не было железобетонной договоренности. Я выдвигала разные идеи. И тебе прекрасно известно, что мне всегда хотелось продолжить учебу в Вашингтоне. Там вся папина родня. И я не понимаю, почему я должна идти на компромиссы, почему все крутится только вокруг тебя.

– Ты никогда не говорила мне этого раньше, – пробормотал Сэм.

Камилла закусила губу:

– Ну вот, говорю тебе это сейчас.

Хуже ссоры только молчание. Сэм несся по бесплатной автостраде со скоростью больше восьмидесяти пяти миль в час, его старый грузовик кряхтел, дребезжал и кренился из стороны в сторону. И если мне не грозит смерть от его езды, то от неловкости, повисшей в салоне, было очень некомфортно.

Поссорься я с кем-нибудь, я бы ожидала, что Сэм примет мою сторону. Но в этом споре я считала абсолютно правой Камиллу. Сэм слишком давил на нее. Ни одной девушке в ее возрасте не понравился бы подобный натиск. У Сэма доброе сердце, он верит в родство душ и первую любовь на всю жизнь. И хотя я тоже начала допускать, что такие вещи возможны, это не значит, что у Сэма есть ответы на все вопросы.

Он свернул с автострады и, замедлив скорость, поехал по переулкам моего района. Когда мы доехали до магазина 7-Eleven в трех минутах езды от моего дома, я прокашлялась и решила снова продолжить разговор, который лучше бы никогда не начинался.

– Ребята, послушайте. Вопрос очень серьезный. Но может, вам подождать до лета, а там посмотрите? Как знать – вдруг вы еще раз десять передумаете и измените свои планы.

Камилла кивнула:

– Вот я ему так и сказала. Не стоит бежать впереди паровоза.

Сэм заглушил мотор. Зря я дала ему понять, что не согласна. Теперь он, наверное, думает, что я на стороне Камиллы, которая до недавнего времени раздражала и даже бесила меня. А для меня Сэм все равно остается лучшим другом.

– Лето ничего не изменит, – тихо сказал он. – Получается, у нас с Камиллой разные желания. Я не могу изменить свои.

– А я не могу заставить себя захотеть того же, – фыркнула Камилла. – Во всяком случае, сейчас не могу. И с твоей стороны несправедливо просить меня загадывать так далеко наперед.

– Возможно, и так, – пожал плечами Сэм. – Просто я люблю тебя больше, чем ты меня, и поэтому думаю о нашем будущем. Я пою тебе песни Рэнди Трэвиса – а тебе ближе Блейк Шелтон.

– Что?! – вскричала Камилла. – РЕЧЬ ИДЕТ НЕ О КАНТРИ!

– «Во веки веков, Аминь» – это не то что «Один этот вечер»… Не загоняйся.

Они вновь уставились друг на друга с такой свирепостью, что мне захотелось убраться подальше.

– Дойду до дома пешком, – пробормотала я и выскользнула из машины. До комендантского часа оставались считаные минуты, но я все-таки остановилась на своем месте у озера, легла в высокую траву и стала считать посверкивающие в воде огоньки. Досчитав до двадцати трех, я почувствовала, что вот-вот засну, добрела до дома и отправила Даксу сообщение, потому что слишком устала, чтобы звонить. Написала Сэму с просьбой позвонить мне, даже если он жутко устал. И заснула в гнездышке из простыней и одеял в своей кровати.

Было около шести утра, когда мой мобильник зажужжал, сообщив о пришедшем сообщении.

Сэм: Все кончено. Со мной покончено.

Я: Ты в порядке?

Сэм: Нет.

Я: Но ты жив и постарайся остаться в этом статусе до прихода на работу и разговора со мной.

Сэм: Я не выйду на работу.

Я: Но сегодня День святого Валентина.

Сэм: Не береди мне рану.

Я: Серьезно, Сэм. Я волнуюсь за тебя и должна быть уверена, что с тобой все будет в порядке.

Сэм: Я не собираюсь делать глупости, если ты об этом, Холлз.

Я: Смотри, проверю. Сегодня же вечером. Мыслями с тобой.

Сэм: …