На рубеже XIX–XX веков историк и художник племени оглала-лакота Эймос Жестокосердный Бык (умер в 1913 году) решил составить набросок карты хребта Блэк-Хилс в Южной Дакоте. Почти в центре страницы он нарисовал бугры и гребни холмов, заштриховал их и обвел все желтым овалом. Это место называлось Ki Inyanka Ocanku («Священный круг») – там обитала небесная раса, которая основала Блэк-Хилс. На оставшейся части страницы не было ничего примечательного: лишь несколько линий, символизирующих водоемы, и несколько слов, обозначающих реки или поселения, – кроме одного места к северо-востоку от холмов, где Эймос нарисовал голову медведя, который будто смотрит прямо на вас[553]. В 1940-х годах художник племени лакота по имени Стрекоза на листе упаковочной бумаги нарисовал вторую карту Блэк-Хилс, также со священным кругом (на этот раз с существами, описанными в связанной с ним легенде) и холмом в форме спящего бурого медведя[554]. Это был Мато Паха, или Беар-Бьютт, – один из четырех столпов вокруг Блэк-Хилс, который объединяет землю и небо, и одно из важнейших мест паломничества для североамериканских племен шайеннов и лакота[555].
Тысячелетиями паломники могли беспрепятственно посещать Беар-Бьютт, чтобы помолиться и совершить религиозные ритуалы, однако в XIX веке появились белые колонизаторы, и за это место началась более чем столетняя борьба, поскольку за сам холм и доступ к нему боролись и в судах, и на поле боя. История Беар-Бьютта отражает историю религии коренных американцев в США, ибо Первая поправка к Конституции страны должна была гарантировать свободу вероисповедания, но право людей на выбор религии было признано лишь на словах. А паломничество к этому месту отражает переменчивую судьбу индейцев, почитающих этот холм.
Священный ландшафт
Беар-Бьютт – большой изолированный холм к северо-западу от той части Блэк-Хилс, которая находится в Южной Дакоте. Это выступ на местности, образованный расплавленной породой, пробивающейся сквозь земную кору. Лакота утверждают, что их историческая связь с этой территорией насчитывает 11 000 лет, хотя их региональная гегемония – явление сравнительно недавнее[556], а в устной истории племени оглала-лакота Беар-Бьютт известен под названием «Рычащий медведь». Возможно, так холм назывался, когда еще был лакколитом – массой расплавленной породы, издающей звуки[557]. Если смотреть с правильного ракурса, форма холма также напоминает спящего медведя, что и объясняет его название.
Беар-Бьютт является священным для многих индейских народов Америки с территории современных США и Канады – арапахо, кайова, манданы, арикара, хотя наиболее важным холм является для лакота и шайеннов[558]. Некоторые племена получили на горе свои самые священные предметы: арапахо – семь священных свертков, или сумок с амулетами; кайова – почку медведя (религиозный предмет, связанный с Пляской Солнца)[559]. Для племени манданов Беар-Бьютт сродни горе Арарат, где остановился Ноев ковчег после библейского Потопа: именно к этому холму причалило их Большое каноэ после их Великого потопа[560]. В честь этого события манданы должны были совершать паломничество каждый год, чтобы предотвратить опасность нового затопления местности[561].
В религии племени лакота Беар-Бьютт занимает центральное место, и у них есть много историй и священных предметов, связанных с холмом. Они поклоняются ему, потому что Создатель там говорил со своим пророком, и сравнивают его с горой Синай, где Бог дал Моисею Десять заповедей, чтобы тот поведал об их важности христианам и иудеям[562]. Также это уникальное место, где можно найти семь священных элементов, к которым среди прочего относятся камни, необходимые для проведения очищающих ритуалов в индейских парильнях лакота[563]. На склонах холма растут несколько растений, которые используются в духовных и лечебных целях. Именно на Беар-Бьютт Создатель подарил племени лакота священную трубку. Это главный для их культурной и духовной жизни предмет, их главная святыня. Молиться с этой трубкой индейцев лакота научила местная святая, Белая Бизониха, а обладать ей и использовать ее было важно для их благополучия. Лакота также верят, что души ушедших соплеменников собираются на Беар-Бьютт, и поэтому паломничество к нему может быть связано с трауром или утратой[564].
Говорят, что холм Беар-Бьютт напоминает спящего медведя. Он доминирует в районе к востоку от хребта Блэк-Хилс в Южной Дакоте. С XIX века доступу индейских паломников к нему угрожали правовые ограничения, белые колонизаторы и туризм
Современные лакота – перемещенные лица, поэтому для них паломничество на Беар-Бьютт сродни возвращению домой. Паломничество – это возможность встретиться с родственниками, обсудить законы племени, заключить брак. Активистка Шарлотта Черная Лосиха заявила: «Быть лакота для меня подразумевает многое. Во-первых, сохранение религиозных мест… Беар-Бьютт способствует тому, что я становлюсь лакота»[565]. Вне зависимости от конкретной причины паломничества лакота верят, что гора притягивает людей своей духовной силой, и это делает паломничество обязанностью, а не свободным выбором. Целитель лакота Ричард Две Собаки объясняет: «Религия – корень земли. Не может быть религии без земли… Мы не можем совершать ритуалы без священных мест, ведь мы именно оттуда черпаем свою религию»[566].
Примерно до 1850 года в Блэк-Хилс преобладали шайенны (иначе они себя называли Тситсистас). Для них Беар-Бьютт – это Nowah’wus (буквально «Добрая Гора» или «Святая Гора»). Предание гласит, что между 2000 годом до н. э. и 1000 годом н. э. изгнанный подросток-шайенн по имени Сладкое Снадобье четыре года провел в пещере на холме, получил за это время четыре стрелы (две давали власть над людьми, а еще две – над буйволами), духовные знания, информацию о законах и о том, как нужно править. Старейшина шайеннов Уолтер Р. Хэмилтон объясняет: «Четыре священные стрелы с Беар-Бьютт… как завет со Всевышним… [гора, следовательно] является самым святым местом для… людей, которые используют ее для паломничества и думают о ней каждый день, упоминая ее в своих молитвах»[567].
Также стрелы символизировали четыре запрещенные для шайеннов вещи: инцест, прелюбодеяние, воровство и убийство. Спускаясь с Беар-Бьютт, Сладкое Снадобье передал свои новые знания соплеменникам, позволив тем составить правила их общества, которых они придерживаются до сих пор. Стрелы остаются священными для шайеннов, а их хранитель является святейшим человеком племени. В 1945 году в рамках паломничества их перевезли из Оклахомы обратно, на Беар-Бьютт, чтобы «духовно перезарядить» их. Это повторилось в 1948 году[568].
Вожди шайеннов ежегодно совершают паломничество на холм, чтобы получить совет о том, как управлять своими народами, проживающими сейчас в Оклахоме и Монтане; также, чтобы сохранять связь между шайеннами и Беар-Бьютт, каждый мужчина племени носит на шее небольшой мешочек с красной краской из минерального пигмента с холма[569]. Для их культуры это настолько важное место, что шайенны ориентируют на Беар-Бьютт начало своего лагерного круга во время сборов на священную церемонию массаум – пятидневный акт создания вселенной, который впервые на холме провел Сладкое Снадобье[570]. Все племенные постройки в резервации Лэйм-Дир в Монтане (около 300 километров к северо-западу от Беар-Бьютт) были построены лицом к холму[571]. Некоторые шайенны таким же образом строят свои дома[572].
Для лакота Беар-Бьютт является местом для поиска видений. Эти ритуалы, во время которых раскрывается будущее, должны быть завершены до участия в Пляске Солнца, проходящей в долине под Беар-Бьютт[573]. Поиск видений может проходить в другом месте, однако если Беар-Бьютт выбирает либо святой старец, либо почувствовавший зов человек, то лакота должны будут отправиться туда[574]. Согласно одному из преданий, спящий у подножия холма великий медведь хранит сны народа сиу (лакота является одним из его родов), и именно поэтому поиск видений предпочтительнее всего осуществлять на Беар-Бьютт[575]. После многолетней подготовки участники ритуала обращаются к тишине и спокойствию холма, чтобы пообщаться с Создателем. В течение нескольких дней и ночей они соблюдают пост и молятся в одиночестве на холме. Также Беар-Бьютт важен для ряда других ключевых для лакота ритуалов, которые необходимо проводить во избежание катастрофы[576]. Первый этнограф лакота Джордж Бушоттер писал, что они разбивали лагерь на плоской вершине холма: возможно, имелись в виду как раз ловцы видений[577]. Шайенны проводят похожие ритуалы: так они ищут помощи через видения в моменты неопределенности.
Для всех коренных американцев, ищущих ответы или почитающих своих предков, Беар-Бьютт является неотъемлемой частью их верований, тесно связанных с определенными местами[578]. Эта земля – часть культуры индейцев. Создатель выбрал священным местом Беар-Бьютт, и альтернативы, куда, к примеру, можно перенести реликвии, просто недопустимы. Для лакота Беар-Бьютт – место, где живет святой дух и где можно наиболее эффективно проводить священные ритуалы[579].
Беар-Бьютт и белый человек
Паломничество коренных американцев на Беар-Бьютт и проведение там духовных обрядов беспрепятственно продолжалось несколько тысячелетий до прибытия в Южную Дакоту белых поселенцев. В начале XIX века США купили этот штат у французов (тогда это была часть территории Луизианы). Они его исследовали и частично заселили торговцами мехом. В 1850-е годы у армии США появилась военная база «Форт Рэндалл»[580], а европейцев становилось все больше.
Лидер племени оглала Старый Неистовый Конь (ок. 1818–1881) совершил паломничество на Беар-Бьютт летом 1839 года в поиске видений. Достигнув вершины холма, он расстелил на земле шкуру бизона на листьях шалфея и начал свое бдение. Через три дня его посетило видение, что грядет война между индейцами и белыми людьми и что его народ будет подвержен лишениям и нищете. Помимо этого, Старый Неистовый Конь предвидел появление машин и самолетов, а также две мировые войны, после которых его народ наконец обретет мир и духовно пробудится[581].
Его сын, Кудрявый Волос, получил имя отца, когда достиг совершеннолетия по меркам племени и обрел силу воина. Тогда же ему рассказали и о видениях Старого Неистового Коня. Последний утверждал, что ему медведь «дал силу покорить всех земных существ, включая белых людей, приходящих на нашу землю»[582]. Переход состоялся на совете племени, который прошел на Беар-Бьютт в августе 1857 года. Совет изначально созвали в ответ на рост недовольства из-за посягательств на индейские земли, поскольку за год до этого был подписан договор с полковником Уильямом С. Харни, согласно которому передвижение белых людей по индейским землям должно было быть ограничено. Неудивительно, что этого не произошло. И несомненно, что место для совета было выбрано, чтобы в каком-то смысле сформировать общее видение ситуации.
Угроза их земле была вполне реальной. Появился шанс найти месторождения золота в Блэк-Хилс, и поэтому в отчете одного из офицеров армии США было сказано, что из-за этого война с индейцами становится почти неизбежной. Вероятнее всего, лишь начало гражданской войны в США в апреле 1861 года предотвратило конфликт[583]. Однако совет племени стал важным моментом для Беар-Бьютт. Тысячи индейцев на лошадях посетили этот район. Вожди лакота Сидящий Бык и Красное Облако выступали за силовое противостояние с белым человеком. Никаких чужаков на Блэк-Хилс и Беар-Бьютт быть не должно. Иначе лакота нанесут ответный удар.
Однако чужеземцев долго ждать не пришлось[584]. Согласно положениям Гомстед-акта 1862 года, участки земли в Южной Дакоте перешли правительству США, которое перераспределило их среди приезжих. На протяжении 1860-х годов возникали отдельные конфликты, одним из которых была война Красного Облака (1866–1868), в которой победили индейцы. Это привело к заключению договора в форте Ларами, согласно которому у индейцев должен был сохраниться доступ к Беар-Бьютт, однако важнейшее устное соглашение о защите Блэк-Хилс в письменном договоре отражено не было[585]. Переселенцы продолжали прибывать, и доступ к Беар-Бьютт для коренных паломников оказался под угрозой. Возможно, вдохновившись видением своего отца, младший Неистовый Конь вместе с вождем племени лакота Сидящим Быком заключили союз с другими индейцами, чтобы противостоять экспансии. Вступив в битву при Литл-Бигхорне (1876) на юге Монтаны против 700 человек из 7-го кавалерийского полка армии США под руководством полковника Джорджа А. Кастера, союз индейских племен убил более трети сил врага, включая самого Кастера. Согласно одной из легенд, Кастер оскорбил духов Беар-Бьютт, поднявшись на холм перед битвой. Это и привело к его поражению[586].
Паломничество и притеснение
Возможно, «Последний рубеж Кастера» был победой для коренных американцев, но доступ на Беар-Бьютт для паломников она не смогла обеспечить. В Блэк-Хилс за два года до этой битвы обнаружили золото, и в 1877 года правительство США конфисковало землю неподалеку от Беар-Бьютт. Туда быстро начали съезжаться шахтеры со всем необходимым оборудованием, и поселенцев становилось все больше[587]. В 30 километрах к западу от холма находился поселок Дедвуд, незаконно основанный на землях лакота. Со временем он разросся, прославившись 72 лицензированными салунами[588].
Чтобы подорвать связи коренных народов с Блэк-Хилс и в частности с Беар-Бьютт, писатели Эдвин Дениг и Ричард И. Додж утверждали, что индейцы не заинтересованы в этом регионе. Додж был полковником армии США и сопровождал геологическую экспедицию в Блэк-Хилс в 1875 году, а Дениг был этнографом и торговцем мехом, чьи труды (в которых он яростно осуждал моральные принципы индейцев или, по его мнению, их отсутствие) в значительной степени вдохновил иезуит, святой отец Пьер-Жан Де Смет. Впрочем, ханжеское осуждение не помешало Денигу по меньшей мере трижды вступить в «деревенские браки» с индейскими женщинами. Однако как только его экономические интересы оказались под угрозой со стороны индейцев, он начал демонстрировать свое моральное превосходство.
С конца 1870-х годов дела пошли еще хуже. Первоначально принятая в 1868 году мирная политика правительства США была направлена на то, чтобы сделать индейцев более европеизированными, переселить их с исконных земель в резервации и устроить их детей в школы-интернаты, чтобы оградить от влияния родителей и превратить в «цивилизованных» американцев[589]. Также правительство поддерживало усилия христианских миссионеров и порочило религиозные обряды коренных племен, якобы считая их отсталыми. Чиновники также стремились искоренить ритуалы с помощью Кодекса правонарушений индейцев (1883)[590]. Паломничество на Беар-Бьютт теперь было сопряжено с опасностью: паломников могли арестовать и посадить в тюрьму на 30 дней[591]. Движения сопротивления коренных американцев протестовали против колонистов, стремившихся лишить их собственности. Они использовали такие ритуалы, как Пляска Духа, во время которой обращались к своим предкам и пытались остановить экспансию белого человека, и Пляска Солнца, проводимая для исцеления. Но делать это становилось все сложнее[592].
В 1887 году был принят Акт Дауэса. Он поставил точку в попытках интегрировать индейцев в общество белых людей: согласно положениям акта, земли племен коренных американцев должны были быть разделены на небольшие участки (наделы) для проживания, а суверенитету племен был положен конец. В то же десятилетие было принято несколько законов, направленных на подавление религиозных практик коренных народов. Пляска Духа и Пляска Солнца были остановлены военными. В 1890 году сенатор Джонс из штата Арканзас заявил, что «попытки образования индейцев без религии совершенно невозможны. Я не верю, что можно создать какую-либо цивилизацию, которая не будет основана преимущественно на христианской религии»[593]. Годом спустя состоялось последнее великое паломничество, совершенное всеми шайеннами.
Одним из главных препятствий для паломничества на Беар-Бьютт был запрет на поездки индейцев за пределы их новых резерваций. Особенно это ударило по шайеннам, ведь возможность получить духовный совет на холме подкрепляла их племенное самоуправление[594]. Шайенны были вынуждены совершать свои паломничества тайно или под другим предлогом. Внук Пятнистого Хвоста, вождя племени лакота, отправился в паломничество в 1913 году, чтобы держать там пост[595]. Свистящий Вапити совершил паломничество в 1920 году, где получил послание от Создателя, предвещавшее создание атомной бомбы, которая была «чем-то небольшим, но очень мощным»[596]. Четверо шайеннов перед отправкой в Европу на Первую мировую войну тоже предприняли паломничество, чтобы соблюдать пост на холме. Служба в армии освободила их от запрета на передвижение, поэтому они могли совершать паломничество без ведома властей[597]. Группа из примерно 80 лакота, представлявших все семь племенных родов, отправилась в паломничество, чтобы помочь пережить засуху 1935 года. Они добились успеха и вернулись на следующий год в рамках паломничества благодарности[598]. Этим лакота повезло, поскольку многие трудности, выпавшие на долю коренных американцев в те годы, они часто объясняли тем, что они не могли проводить свои религиозные ритуалы или получать советы о действиях в будущем. Кроме того, Глупый Ворон из племени оглала-лакота смог совершить паломничество на Беар-Бьютт и помолиться там о переменах: о лучшем урожае, прекращении пьянства среди своих соплеменников и о возвращении молодежи к обычаям шайеннов[599].
В 1934 году президент США Франклин Рузвельт назначил на должность комиссара по делам индейцев Джона Кольера, и дела стали налаживаться. Последовали распоряжения: «Впредь не допускается любое вмешательство в религиозную жизнь или самовыражение индейцев через проведение ритуалов. Культурная свобода индейцев во всех отношениях приравнивается к свободе любой неиндейской группы». Кольер постановил, что в религиозную жизнь и культурное самовыражение коренных американцев никто не должен вмешиваться, а принятый в том же году Закон о реорганизации индейцев защитил их земли и дал Кольеру полномочия пересматривать границы резерваций, дополнять и защищать их[600]. Однако на практике Конгресс работал над тем, чтобы положить конец той степени самоуправления, которой достигли коренные народы Америки. В так называемую эпоху освобождения индейцев (ок. 1945 – ок. 1968) правительство США стремилось прекратить исполнение своих договорных обязательств перед племенными общинами под предлогом ассимиляции индейцев в более широкое американское общество[601].
Угроза туризма
Верования индейцев стали более надежно защищены лишь несколько десятилетий спустя, однако в это время посещавших Беар-Бьютт паломников стало больше. Первое существенное паломничество шайеннов состоялось в конце сентября 1939 года: его организовали четыре «старых воина», проживавших в резервации реки Тонг: Нельсон Птица-Лекарь, Джон Черный Волк, Чарльз Пятнистый Вапити и 92-летий Роберт Желтый Нос, который более чем за 60 лет до этого сражался в битве с Кастером[602]. По словам одного из паломников, председателя племенного совета северных шайеннов, паломничество было направлено на помощь жителям, живущим неподалеку от Беар-Бьютт (вне зависимости от этнической принадлежности), в изучении истории священного холма. Старейшины надеялись, что Беар-Бьютт признают национальным памятником и, следовательно, защитят его от дальнейших внешних угроз и коммерческой застройки[603].
Очевидно, паломники и члены племенного совета хотели защитить Беар-Бьютт, чтобы сохранить его религиозный характер, но другие думали о его туристическом потенциале. Учитель и историк Томас Оделл написал несколько статей в местные газеты, в которых предлагал сделать гору национальным памятником. Через год после паломничества четырех старейшин была основана компания Bear Butte Company. Ее учредили две местные семьи, Бови и Холлис Деверы, чтобы разрекламировать Беар-Бьютт среди туристов[604]. Члены семьи Бови предлагали поездки на холм на ослах[605]. Эзра Бови начал скупать земли на восточном склоне холма в конце XIX века, а в последующие годы приобрел и другие, включая и сам Беар-Бьютт.
Летом 1944 года, во время Второй мировой войны молодой шайенн по имени Дэвид Дифи увидел во сне четырех мужчин без одежды, выкрашенных в желтый цвет. Будучи не в силах истолковать свое видение, он пошел за советом к священнику, Свистящему Вапити. И получил ответ: его сон означает, что четыре человека должны совершить паломничество на Беар-Бьютт, «чтобы найти способ положить конец войне»[606]. Он собрался в путь, но ему помешало нормирование топлива. Однако в июне 1945 года он в компании еще 20 человек совершил паломничество. На холме Дифи посетило видение, которое было истолковано так, что война закончится победой американцев над японцами. После окончания войны состоялись паломничества с благодарностями за мир[607].
В 1962 году штат Южная Дакота выкупил холм и прилегающую территорию, которая стала государственным парком Беар-Бьютт. Из-за строительства изменилась как физическая форма этого места, так и его атмосфера: были перемещены или построены автомобильные и пешеходные дорожки, а также парковки и информационный центр. Количество туристов неуклонно росло. Для индейских паломников это было сродни проклятию, ведь они посещали Беар-Бьютт только с религиозными целями: они там не охотились, не жили и не строили на холме никаких постоянных сооружений. С конца 1970-х годов туристы наблюдали за ритуалами со смотровых площадок и фотографировали их, несмотря на просьбы не делать этого. Активист и режиссер Крис Пятнистый Орел в 1984 году жаловался: «Представьте, если бы было наоборот, и индейцев было бы на порядок больше в христианских церквях. А в проходах висели бы таблички с надписью «НЕ ФОТОГРАФИРУЙТЕ ХРИСТИАН». И мы, индейцы, заходили бы туда с попкорном и смотрели, как вы исповедуете свою религию»[608]. В чем-то он был прав. Еще в 1927 году к племени сиу обратились с просьбой исполнить Пляску Солнца «неоскорбительно» для туристов, чтобы она была своего рода «представлением без присущих ритуалу священных аспектов». Глупый Ворон совершил паломничество на Беар-Бьютт, чтобы спросить, когда дела у его племени пошли «не так» и как они дожили до того, что их начали просить о подобном. Он получил такой ответ: дело в Первой мировой войне (а не прибытии европейцев) и пенсиях, выдаваемых индейцам-ветеранам, которых интересовала только возможность работать за выпивку[609].
Свобода?
После века запретов, стагнации, преследований и туризма положение коренных американцев и их духовная практика наконец улучшились. В июле 1972 года демократ Моррис Юдалл выступил в Палате представителей США в Вашингтоне, объясняя своим слушателям важность святынь в таком месте, как Беар-Бьютт:
Эта земля полна физических объектов религиозного поклонения для многих племен. Разве мы неспособны понять это? У наших религий есть свои Иерусалимы, Голгофы, Ватиканы и Мекки. Для нас священны Вифлеем, Назарет, Елеонская гора и Стена Плача. Из-за этих религиозных объектов велись кровопролитные войны[610].
Принятие закона о свободе вероисповедания американских индейцев в 1978 году означало, что снова стало законно исповедовать религии коренных народов, хотя новый закон не всегда применялся справедливо и не обходился без проблем. Например, коренным гавайцам на Гавайях «не разрешалось совершать паломничества к священным местам, поскольку они находятся на закрытых землях – землях, принадлежащих военным, государству, частным компаниям или частным лицам»[611]. Однако на Беар-Бьютт произошли кардинальные перемены. Шайеннам предложили преимущественное право покупки частной земли у холма. По сути, это было молчаливым признанием того, что у них были на эту землю какие-то права. Шайенны не могли позволить себе такую цену, однако министр внутренних дел выкупил эту землю от имени всех коренных американцев[612]. Затем в 1980 году Верховный суд США постановил, что Блэк-Хилс и Беар-Бьютт были незаконно захвачены в XIX веке из-за одного из самых «постыдных» законов в истории страны[613]. Судьи заключили, что по договору, заключенному в форте Ларами в 1868 году, племя лакота получило право собственности чуть более чем на 24 миллиона гектаров земли (включая Беар-Бьютт). Однако это не означало, что индейцы получали свои земли обратно. Вместо этого по решению сюда им выплатили 102 миллиона долларов в качестве возмещения ущерба[614].
Два года спустя лакота и шайенны подали в суд на штат Южная Дакота, что привело к открытию знаменитого дела «Глупый Ворон против Гуллета»[615]. Фрэнк Глупый Ворон, которому на момент подачи иска было около 90 лет, был вождем племени оглала-лакота и ярым защитником прав индейцев в Блэк-Хилс. Вместе со своими сторонниками он утверждал, что любое будущее строительство у Беар-Бьютт должно быть запрещено, а также что к холму должен быть гарантирован непрерывный доступ в религиозных целях. В течение долгих лет доступ к месту паломничества был затруднен, но недавно были введены ограничения на посещения по времени, согласно которым индейские паломники могли находиться там только по пять, и лишь в редких случаях – по десять дней. Это прерывало их ритуалы. А еще они должны были платить за размещение, то есть с ними обращались как с туристами, не говоря уж о том, что многие не могли позволить себе такие деньги. Также истцы потребовали устранить все уже сделанные к тому моменту физические изменения (дороги, смотровые площадки, парковки, мосты) и миллион долларов за моральный ущерб. Они проиграли.
Даже у ограниченной религиозной свободы есть своя цена. В последние годы Беар-Бьютт стал центром альтернативного паломничества: коренные паломники должны были делить холм с другими верующими. Теперь люди со всего мира ехали туда на Гармоническую Конвергенцию – веру в то, что вселенная сосредоточивает на Земле мощные силы. И это происходит только в определенных местах. В 6 часов утра 15 августа 1987 года этим местом был Беар-Бьютт. Для местных верующих эти паломники – лишь очередные туристы[616].