Через две недели весь бизнес в Бисби закрылся на выходной. Кроме супермаркета, естественно. У них другие порядки. И, честно признаться, никого оттуда не пригласили. Даже шериф Свон сменил официальную форму на единственный приличный штатский костюм. На самом деле этого потребовала Мелисса. Топнула ногой и заявила, что к ее роскошному платью застиранная, хоть и столь приличная, форма не подходит. А с Мелиссой Джейкоб спорить не любил. Ему же боком такие дела всегда и выходили. Но на всякий случай предупредил патрульного, где его искать и с какой скоростью бежать, если что-то случится.

Народ начал собираться у церкви за час до праздника. Первыми приехала чета Блэквудов. Сэм ворчал на жену, потому что не успел как следует позавтракать, а Джуди смотрела на мужа исподлобья, потрясая блокнотом перед носом.

– Как я сделаю хороший репортаж, если приду позже всех? – ворчала она, поправляя сбившуюся от ветра шляпку. – Так и напишу: к моему приходу молодые успели обвенчаться, потому что мой муженек доедал?

– Господи, да кто это вообще будет читать? – В сердцах Сэм Блэквуд допустил роковую ошибку: наступил грязным ботинком на сокровенное.

Глаза Джуди налились кровью. Сэм вдавил плечи и защебетал, как подстреленный цыпленок. Не это, мол, хотел сказать. В другой день Джуди бы устроила сцену, но сегодня этого никак нельзя было допустить. Во-первых, ей нужен был хороший репортаж. А во-вторых, она страшно боялась опозориться.

Однако натура взяла верх, и Джуди Блэквуд зашипела:

– Ты хочешь сказать, нет, ты только что сказал, что моя работа ничего не стоит? Моя газета, в которую я вложила душу, ерунда, да, Сэм?

– Вовсе я этого не говорил. И какую душу ты имеешь в виду, если вышел всего один выпуск? Твоя душа намного больше, моя дорогая.

Комплимент не удался. Сэм в очередной раз опростоволосился. За это он получил наказание – до конца вечера Джуди с ним не разговаривала. Он делал вид, что страдает, но на деле таскался с бокалом в руке, вел светские беседы и наслаждался жизнью.

Следом приехали Марта с Бобо и Рут с Четом. Никогда прежде никому и в голову не могло прийти, что сестры Лью когда-нибудь найдут свое счастье. Но оно по счастливой случайности само приплыло им в руки. Сестры только проявили настойчивость и не упустили шанс.

С тех пор как Бобо и Чет переехали в Бисби, жизнь Марты и Рут изменилась. Стали другими и их, прежде прескверные, характеры. Они чаще улыбались, не скупились на комплименты и были приветливы даже с врагами, которыми обзавелись за долгую жизнь.

Увидев Джуди Блэквуд, Марта кинулась к ней навстречу и заключила в объятия.

– Ты прекрасно выглядишь! – сказала она нараспев. – Новая работа оставила свой отпечаток.

– Ты тоже, Марта, – ответила любезностью на любезность Джуди. – Всем нам идет новое.

Джуди подмигнула и посмотрела в сторону Бобо, который отвесил поклон вместо приветствия.

Марта хихикнула, как юная девушка, покраснев до самой шляпки.

– Расскажи про репортаж, который выйдет в газете. Надеюсь, ты напишешь про всех гостей? – Марта мечтала попасть на первую полосу, а свадьба Грейс – отличный для этого повод.

– Да-да, – подключилась к беседе Рут, провожая взглядом Бобо и Чета, которые направились к Сэму Блэквуду. – Напиши, что две четы Мареш посетили мероприятие.

– Но вы же не женаты! – Джуди возмутилась. – Если в моей газете будет неправда, никто не станет мне доверять.

– Милая… – Марта заботливо взяла Джуди под руку и повела к церкви. Рут пристроилась с другой стороны. – Где ты встречала газету, в которой пишут правду?

– В конце концов, наши свадьбы – дело времени, – Рут закивала. – Наоборот, это станет сенсацией!

– Сомневаюсь. – Джуди хотела высвободиться, но хватка сестер только усилилась.

– Ну, Джуди, – принялась уговаривать Рут, – представь, как Чет и Бобо увидят статью и решат, что пора действовать. Сожительство – это грех.

Она перекрестилась для пущей убедительности.

– Так это вы живете во грехе. – Джуди удалось высвободить одну руку, чтобы тоже перекреститься. – И Господь все понимает, я уверена, учитывая ваш… возраст.

При других обстоятельствах такое замечание не осталось бы без ответа, но теперь у Джуди в руках была власть – тонкий блокнот и четверговая газета.

– Мы проявили гостеприимство и великодушие, как и подобает истинным христианкам, – ответила Рут. – Ну что, напишешь?

– Ой, смотрите, Старки прибыли!

Джуди вырвалась и побежала по газону навстречу новым гостям. Но туфли подвели ее в самый неподходящий момент. Она упала, распластавшись на газоне. Теперь уже бежали к ней. Вивиен и Джонатан подхватили ее под руки и поставили на ноги.

– Ты цела? – Вивиен отряхнула платье Джуди и поправила задравшийся подол.

Малышка Сюзи заливалась от смеха, стоя рядом с матерью.

– Детка, миссис Блэквуд могла расшибиться, это не смешно, – строго сказал Джонатан.

– Она же толстая! – ответила Сюзи.

– Как хорошо ваша дочь научилась разговаривать, – пробурчала Джуди под нос, порадовавшись про себя, что этот казус точно не попадет в газету.

– Прости, Джуди, она еще маленькая. – Вивиен сложила ладони у груди. – Иди, побегай немного, – подтолкнув малышку в спину, Вивиен осмотрелась. – С погодой сегодня повезло.

В Бисби третий месяц стояла невыносимая жара. Ветер даже не собирался заглядывать в этот город: у него, видимо, нашлись дела поважнее.

– Да уж, – ответила Джуди, разглядывая платье на предмет зеленых травяных пятен.

– Хочу рассказать тебе один секрет, пока Джонатан отошел. – Вивиен готова была пойти на все, лишь бы загладить вину за дочкины слова.

Джуди навострила уши и убрала за спину блокнот.

– Только прошу, никому не слова!

– Дорогая, даже говорить не стоит, это само собой, – заверила миссис Блэквуд.

– Через месяц мы переезжаем в Нью-Йорк. – Вивиен произнесла эти слова шепотом, опасаясь, что кто-то может услышать, хотя поблизости не было ни души.

– В Нью-Йорк!? Это же даль какая! – Джуди опешила.

– Это Бисби – даль, а Нью-Йорк – центр мира, – ответила Вивиен. – Джонатану нужно повышать квалификацию, расти, да и для Сюзи мы хотим лучшего образования, понимаешь?

– А чем тебе наша школа не нравится?

– Мне нравится, не передергивай мои слова. Но мы приняли решение. Никому не скажешь? – Голос Вивиен Старк дрогнул. Она успела пожалеть, что раньше времени открыла рот.

– Не скажу, – без энтузиазма ответила миссис Блэквуд.

Она действительно никому не сказала, ведь написать и сказать – это же разные вещи, правда?

Следующие гости пожаловали большой компанией: Жульет Банколе держала под руку Олдоса, который нес коробку с праздничным тортом.

– Смотри под ноги, – то и дело просила она, опасаясь за собственное творение.

Лиза и Джек шли рядом, как отец и дочь, а завершали процессию Джейкоб и Мелисса.

Улыбка не сходила с губ Мелиссы, ведь на ее тоненьком длинном пальчике красовалось помолвочное кольцо. Свадьба Грейс – отличный повод не только повеселиться, но и как следует продумать собственный скорый праздник.

– У Кевина и Грейс белый шатер, – жужжала она на ухо жениху. – Может, нам сделать розовый?

– Розовый? – Джейкоб нахмурился. – На свадьбах всегда белый. Да и где мы возьмем розовый?

– Ну хорошо, тогда цветы выберем другие, ярче. Что думаешь?

– Дорогая, я еще не видел их цветы, потому что шатер за церковью. – Шериф нежно похлопал ее по ладони: угомонись, мол, мы не для этого пришли.

– Мне и не надо видеть, чтобы знать. Грейс давно все разболтала.

– Будет так, как ты захочешь, обещаю.

Этих слов Мелиссе оказалось достаточно, чтобы успокоиться. Будущий муж прошел главную проверку: он во всем согласен с будущей женой.

Едва Жульет шагнула на первую ступеньку церкви, дверь открылась и появился пастор Гэмбл, приглашая всех внутрь.

Церковь была украшена великолепно. Вдоль прохода стояли вазы с цветами: пышные композиции из нежнейших пионов с длинными листьями папоротника наполнили помещение восхитительным ароматом.

Слепой Сэм расставлял тубы со свечами вокруг алтаря. Пастор заставил его одеться поприличнее и настоятельно попросил не мешаться во время церемонии.

Олдос отнес торт в шатер, и семья Банколе вместе с остальными гостями заняли места на прохладных деревянных лавках. Джуди села в первом ряду рядом с Жульет, придержав место для Тильды.

– Неужели опоздает? – Джуди вертела головой по сторонам, рассматривая гостей.

– Не суетись, еще целый час, – одернула ее Жульет.

– Только не это, Спенсеры приперлись! – Возмущенный шепот получался у Джуди Блэквуд лучше, чем у кого-либо. – Идут сюда. Что им делать в первых рядах?

– Поверь, на твою свадьбу они бы носа не сунули. – Жульет не удержалась и тоже повернулась. – Грейс их пригласила, и лавки не подписаны, как я вижу.

Дакота шла с Джинджер, а Дик Спенсер плелся за ними, как раб на веревочке. Дакота выглядела шикарно: светлое платье до колен обтянуло изящную фигуру, волосы высоко зачесаны, туфли в тон платью сделали ноги еще длиннее. Никогда прежде она так не одевалась. «Серость» – вот что думали местные жители, стоило им пересечься с ней на улице. Значит, красота Джинджер не случайна, совершенно очевидно: дочь пошла в мать.

В Дакоте, несмотря на ее образ, чувствовалась скованность. Хорошие туфли не сделают женщину счастливой, как ни крути. И помятое лицо пропойцы Дика это лишний раз доказывало.

– Как она с ним спуталась? – задала вопрос Жульет.

– Забеременела, тут и гадать нечего, – ответила Джуди, закатив глаза под самый потолок.

– Может, они полюбили друг друга? – вмешалась Лиза. – Почему вы так скептически к ней относитесь?

– Потому что мы знаем, что она из себя представляет! – распалились Джуди. – Видишь, как вырядилась ее дочь? Платье едва пупок прикрывает. В церковь в таком наряде! – Джуди повернулась к мужу и проверила, куда направлен его взгляд.

После того случая с Джинджер Сэм Блэквуд научился смотреть сквозь эту семейку. Для собственной безопасности.

– Дакота – непутевая женщина, она нашла лопуха, который на ней женится. А как можно заарканить мужика? Правильно, только беременностью. – Джуди говорила сама с собой, пытаясь убедить в своей правоте всех остальных. – Представь, какая женская подлость? Знаешь, Лиззи, Дик в молодости был очень даже ничего. А сейчас взгляни на него? Пьяница и бездельник. С хорошей женой таким не станешь.

Лиза смутилась. И отчего-то прониклась к Дакоте Спенсер теплым чувством.

Интересно, про нее тоже станут когда-нибудь так говорить? Или Жульет не позволит?

Лиза не боялась общественного осуждения, она боялась осуждения одного единственного человека, на плече которого ей так хотелось найти защиту и спасение.

К счастью, Джуди отвлеклась на других гостей, которые потянулись в церковь.

Сюзанна Дэвис прибыла в компании мужа-изменника и пятерых дочерей.

За ними подоспела и семья Уизли: Шарлот с малышом на руках и Кристоф.

Тильда влетела, как фурия, пытаясь отдышаться. Она сощурилась, отыскивая местечко поинтереснее.

– Тильда! – закричала Джуди на всю церковь и замахала руками.

– Жених приехал, – плюхнувшись на место, защебетала она. – Я прошмыгнула у него перед носом. Наш шериф поправляет ему бабочку. Шериф-шафер, смешно, правда?

– Ничего смешного, – одернула Тильду Жульет. – Хватит болтать.

Кевин вошел в церковь, и все замолчали. Костюм смотрелся на нем, как на клоуне. Оказалось, что у Клейпа слишком массивные для мужчины бедра, которые он тщательно скрывал объемной курткой почтальона.

Встав у алтаря рядом с Джейкобом, он по очереди махал гостям.

– Волнуется, – шепнула Лиза Джеку и улыбнулась.

– А ты что думала, только женщины переживают в такой день? – ответил Джек. – Я заплакал, когда увидел Розалию перед алтарем. К счастью, кроме нее, этого никто не видел. Пастор не в счет.

– У вас что, не было гостей? – Лиза наклонилась к Джеку, но глаза ее смотрели на жениха.

– Не было.

Лиза хотела расспросить поподробнее, но не смогла. Она увидела глаза Джека, полные боли. То ли тоска по покойной жене им завладела, то ли печальные события его свадьбы вспомнились – она не знала.

Джек, несмотря на открытость и простоту, хранил внутри себя много секретов, как сундук, нашедший покой на дне океана.

Музыканты, приглашенные на торжество специально по случаю, заиграли. Две скрипки – «Вот идет невеста», и Грейс возникла на пороге церкви в сопровождении Бетси Смит.

На Грейс было пышное воздушное белое платье. Она – обычно такая яркая и дерзкая – предстала перед гостями нежной и мягкой принцессой. Грейс плыла между рядами, как облако, навстречу своему женскому счастью.

Жульет промокнула слезу и положила голову на плечо Олдоса. Он взял ее за руку. Их свадьба прошла вообще без свадебного платья. Именно поэтому Жульет так любит пышные наряды.

Пастор Гэмбл прогнал першинку, застрявшую в горле, и приступил к церемонии.

Новобрачные обменялись клятвами. Кевин пообещал поддерживать Грейс во всем, а Грейс – любить Кевина и заботиться о нем.

Под конец своей клятвы Грейс нашла глазами Жульет и кивнула. Затем повернулась к Кевину и сказала:

– Если Господь пошлет нам дитя, то мы вместе дадим ему лучшее, что есть в нас обоих.

Кевин расплакался. Жульет сжала ладонь Олдоса. В этот самый момент она испытала прилив счастья – не зря она живет на этом свете.

Обменявшись кольцами и поцеловавшись, молодожены пригласили гостей в свадебный шатер – праздновать.

– Прекрасная церемония. – Лиза взяла Жульет под руку.

– Да, согласна. – Жульет довольно кивнула. – Но я до сих пор удивляюсь, как эта парочка спелась. А ты что такая бледная? Куда румянец делся?

– Это от волнения, – выкрутилась Лиза, которую мутило от запаха свечей.

– Я слышала, ты письмо получила?

– Да. – Лизе стало неловко. – Исайя написал мне.

– С ума сойти. Вот не думала, что буду узнавать, как дела у моего сына, через тебя. Скажи мне, у вас все серьезно? Просто так письма строчить не станешь. Особенно если дело касается моего сына. Исайя никогда не влюблялся. Мне, по крайней мере, такие случаи неизвестны.

– Вас это расстраивает? – Лиза не ответила на вопрос.

– Меня этого пугает. Не хочу, чтобы близкие мне люди страдали. В разлуке трудно любить. Это неправильно. Мы с Олдосом никогда не расставались с тех пор, как встретились.

Лиза не знала, что сказать. Догнавшая их Мелисса помогла ей выкрутиться.

– Повеселимся? – Мелисса повисла у Лизы на плече и рассмеялась. – Начинается моя любимая часть: танцы, выпивка и еда! Жульет, вы покажете класс на танцполе?

– Я полюбуюсь на вас. – Жульет отмахнулась и тоже засмеялась. – Мои старые ноги вряд ли договорятся с молодой душой.

Столы были заставлены закусками – Жульет, Тильда и Лиза полночи провели у плиты.

Один общий стол вместо нескольких маленьких – желание жениха и невесты.

Первым слово взял Кевин.

– Дорогие друзья! Сегодня самый счастливый день в моей жизни: моя драгоценная Грейс сказала мне «да». Я благодарен каждому, кто пришел разделить нашу радость.

– Он нас как будто уже провожает, – пошутила Тильда, наполняя тарелку.

– Нет, он прекрасно знает, что так быстро мы не уйдем, – отозвалась Жульет.

Звон бокалов, лязганье вилок и поздравления сменились оживленной беседой и танцами. Музыканты выкладывались на полную. Джуди строчила в блокноте, только успевая переворачивать страницы.

Слепой Сэм уселся за стол, быстренько поел и скрылся в церкви – подальше от выпивки.

Лиза так наелась, что ей стало плохо. Кое-как отбившись от Мелиссы и Вивиен, она встала из-за стола и пошла в сторону туалета – одинокого домика на заднем дворе церкви.

Одна мысль крутилась у нее в голове: донести содержимое желудка.

И вот, когда домик был уже совсем близко, ноги ее подкосились, желудок встал колом и ее вывернуло прямо под дерево, до которого удалось дойти.

Шатер гудел, как пчелиный улей. Смех, крики, музыка остались в стороне.

Лиза вытерла рот и отдышалась. Голова шла кругом, но облегчение не пришло – значит, еще не все. Второй позыв снова согнул ее хрупкое тельце пополам.

Она села на траву и прислонила голову к стволу.

– Скажешь, что переела? – послышался знакомый голос за спиной.

Лиза в ужасе вскинула голову и увидела Жульет. Она держала в руках полотенце и стакан воды.

– Я… мне что-то… – лепетала Лиза, осознавая, что попалась.

– Поднимайся и пошли отсюда. А то и меня сейчас стошнит от запаха. – Жульет протянула ей руку и помогла подняться.

Лиза покорно подчинилась. Жульет довела ее до скамейки, усадила и дала воды.

– Неужели внутри тебя живет мой внук? – Волнение Жульет выдал голос, дрожащий на каждом сказанном слове.

– Не беспокойтесь, я не поступлю, как Дакота Спенсер. – Лиза заплакала.

– А разве я говорила, что Дакота плохо поступила? Это сказала Джуди – чтоб у нее язык отсох. Давно ты узнала?

– Две недели назад, – ответила Лиза.

– И не сказала? – Жульет взмахнула руками.

– Я боялась, что вы разозлитесь на меня. Я знаю, что вы хотели Исайе жену африканских кровей.

– Мало ли, что я хотела? – Мамаша Жу села с ней рядом. – Каждая мать хочет одного: чтобы ее ребенок был счастлив.

– Мать Тома никогда этого не хотела. – Лиза вспомнила Моди Гилмор и поморщилась. – Я думала, что у меня не может быть детей.

– Помнишь, я говорила, что это глупости? Просто Господь знает, где какое семя посадить.

– Значит, вы не против?

– Ох, Лиззи. Знала бы ты, как я мечтаю о внуках! Нужно сообщить Исайе. Обязательно.

– Я написала ему две недели назад. С тех пор он мне больше не пишет.

Молчание. Жульет уставилась в одну точку, пытаясь переварить Лизины слова.

– Засранец, – выдавила Жульет со всей злостью, которая мгновенно наполнила ее душу.

Она знала, что ничем хорошим это не закончится. И ничего не сделала. Она понимала, где ночует ее сын. Но не остановила его. Это она во всем виновата.

– Он мне ничего не обещал, – прошептала Лиза.

Джек, который в это самое время шел из туалета, все слышал. Он прижался к горячей каменной стене церкви и держался за сердце.