Третий Волшебный мир, четверг, 22 декабря 1913 года
Скит братьев-отшельников
Было 4:43 утра, когда Хэндол, сияя от удовольствия, зашёл на кухню. Он давно не создавал новых зелий, и «Фестия Блу» могла стать для него серьёзным испытанием. Он окинул взглядом корзину с фруктами, доверху заполненную яблоками. Хэндол прекрасно помнил рецепт ведьм, так что Софии не пришлось перелистывать книгу ещё раз.
Лорд Бадди Батлер не сводил с отшельника зачарованных глаз. Медленные, но точные движения Хэндола говорили о большом умении дозировать ингредиенты и об огромном опыте приготовления алхимических зелий. Замерев от любопытства, София прижимала к груди «КОЛДОВНИК», надеясь, что у них всё получится.
Хэндол положил яблоки в вогнутый фратезий, очень странное устройство, которое София видела первый раз в жизни, и резким ударом опустил рычаг. Раздался скрипящий звук, как будто кто-то царапал мелом по доске, и через пару минут яблочный сок был готов.
– Хорошо, теперь надо измельчить сапфир. Это такой камень тёмно-синего цвета, ты не ошибёшься, – сказал отшельник, повернувшись к мышиному лорду и жестом приказав ему выйти из кухни. Мышиный лорд молча подчинился. Лорд Бадди Батлер знал, что друг хранит драгоценные камни в шкатулке на большом столе в комнате. Взяв драгоценный камень, Хэндол быстро соскоблил с него ровно два грамма.
– Теперь тебе надо всё это кипятить пятнадцать минут, – вставила София, сгорая от нетерпения.
– Я помню, помню, – спокойно сказал Хэндол. – Это очень простой рецепт. Шесть столовых ложек яблочного сока, два грамма измельчённого сапфира и ровно пятнадцать минут на огне. Лорду Бадди Батлеру надо будет выпить всего три капли. Будем надеяться, что ведьмы из Равенгласса не придумали какую-нибудь злую шутку.
Синее зелье закипело в медном котле, и по кухне распространился сильный и сладкий аромат.
– Пахнет вроде неплохо, – сказал мышиный лорд, втягивая носом воздух. – Но даже если это будет жуткое варево, я точно его не выплюну. София, ты полетишь со мной?
– Я? Вообще-то я думала, что ты возьмёшь с собой Хэндола, – ответила девочка, опустив голову.
На самом деле она прекрасно знала, что отшельник не может сопровождать сэра Бадди. Обитателям Волшебных миров разрешалось перемещаться со спитофорой только в случае крайней необходимости.
– Мисс София Харви, что ты говоришь? Ты ведь знаешь, что это невозможно. Только дорогой леди Маргарет, мисс Амабель Купер и тебе позволено появляться здесь, когда захочется, и уезжать обратно. Вы из мира, который живёт не по нашим правилам. Неужели я должен тебе об этом напоминать? – сурово отчеканил Хэндол и нахмурился.
– Да, да. Я знаю. Но мне нужно вернуться в Лондон. Мои родители ждут меня дома в сочельник. У меня всего два дня, а потом…
Лорд Бадди Батлер так сморщил мордочку, что очки чуть не упали у него с носа.
– Интересно, как ты собираешься вернуться в Лондон? Ты ведь сама не можешь воспользоваться песочными часами. С тобой должен буду полететь я! По-твоему, мне надо отказаться от встречи с Белой Дамой, чтобы сопровождать тебя домой?
– Нет, нет, что вы, но…
София пыталась что-то возразить, но побоялась расплакаться и замолчала, сдерживая слёзы. Ей очень не хотелось встречать Рождество без мамы с папой.
– Значит, ты не хочешь лететь со мной? – снова спросил лорд Бадди Батлер, с грозным видом наставив на девочку трость. – Тебе не интересно посмотреть, как я выгляжу? Я, конечно, не первый красавец, но ты всегда говорила, что дорожишь нашей дружбой, и вот теперь, когда мне отчаянно нужна твоя помощь, ты поворачиваешься ко мне спиной? Не ожидал от тебя!
София прижала к себе «КОЛДОВНИК» и, наклонив голову вправо, с нежностью посмотрела на мышиного лорда.
– Хорошо, хорошо, не сердитесь. Надеюсь, зелье подействует.
Хэндол сделал глубокий вдох и с помощью користретты окулаты, алхимической пипетки из голубоватого стекла, набрал несколько капель свежеприготовленной синей жидкости. И тут его отвлёк громкий шум, донёсшийся от дверей скита. Через несколько секунд в кухню вошли запыхавшиеся и замёрзшие Хисиол и Холдо. Они тащили за собой троих длинноухих, изо всех сил пытавшихся освободиться от верёвок, которыми они были связаны, как палки колбасы.
– Вот они, эти негодяи! Пытались напасть на нас с ножами, но мы оказались быстрее. Мы терпеть не можем насилие, но тут пришлось действовать решительно. Они не ранены, так, несколько синяков. Но эти неудачники только и делают, что стонут. Хорошо ещё, что они лишены дара речи! – гордо закончил свой отчёт Холдо.
Хэндол по-прежнему стоял с пипеткой в руках, а мышиный лорд уже широко открыл рот, чтобы проглотить волшебное зелье.
– Что… что происходит? – воскликнул лорд Бадди Батлер, чрезвычайно раздражённый тем, что им помешали.
Увидев троих связанных пленников, прижавших к полу длинные уши, мышиный лорд так и остался стоять с широко открытым ртом. Потом поднял лапы и зааплодировал двум братьям-отшельникам.
– Молодцы, молодцы. Опасность миновала. Я рад, что вы их поймали. А теперь мне надо выпить…
– Потерпите немного, – перебила София лорда Бадди Батлера. – Выпьете зелье позже. Эти три негодяя хотели завладеть спитофорой, и, если бы им это удалось, случилась бы настоящая катастрофа не только для вас, но и для всех остальных. – Девочка бросила суровый взгляд на длинноухих и продолжила: – Вы заслуживаете того, чтобы вас заперли в скиту на всю жизнь. Как вам только в голову такое пришло? Спитофора священна, и вы никогда её не получите!
В этот момент на кухню зашёл Элвин, а следом за ним Ила и Гролио, дрожащие от холода. Великан направился прямиком к одной из жаровен, уселся рядом с ней и закатил глаза, вздохнув с облегчением. А Ила легла на подушки и, стуча зубами, смогла выговорить лишь несколько слов:
– Миссия выполнена, теперь мне просто необходимо согреться и поспать. Я больше никогда в жизни не соглашусь лететь на воздушном шаре в метель!
Жалобы Илы не остановили мышиного лорда. Он с упорным видом настаивал на том, чтобы немедленно выпить «Фестию Блу»:
– Пожалуйста, подумайте обо мне тоже.
Элвин стряхнул снег, налипший на одежду, и присел на корточки рядом с Гролио, чтобы погреться у жаровни. София тут же бросилась к нему, и они стали по очереди ободрять друг друга: трое длинноухих найдены и остановлены, ничего страшного не произошло, леди Маргарет спокойна.
– Да, да, в письмах часто можно сказать больше, чем в любом разговоре. Я всё больше убеждаюсь, что орболла – лучший подарок, который могла преподнести мне Прима Стеланте, – призналась девочка.
– Письма заключают мысли в облако и могут предупредить об опасности или успокоить, – сказал Вечный Бродяга, погладив Софию по волосам. – Здесь, в Волшебных мирах, всегда есть чему поучиться. А эти три негодяя так ничего и не поняли. Созданная нами гармония оказалась для них чуждой. Я с нетерпением жду, когда земля снова качнётся, когда она задрожит, чтобы я мог пошатнуться и найти равновесие.
Эдвин перевёл взгляд на Хэндола, который продолжал нахваливать своих братьев, и добавил:
– Всё ведь снова закачается, да?
Хэндол показал пипетку, которую продолжал держать в руках:
– Если наш обычный дисбаланс был нарушен обстоятельствами, связанными с кошмарным сном лорда Бадди Батлера, то «Фестия Блу», безусловно, решит эту проблему.
– «Фестия Блу»? – неуверенно повторил Элвин под аккомпанемент невнятного бормотания Илы и Гролио, никогда не слышавших этого названия.
Было ровно шесть утра, когда мудрый Хэндол наклонился к сэру Бадди, чтобы дать ему, наконец, выпить три капли.
– «Фестия Блу», – пояснил он, – это зелье ведьм из Равенгласса. Оно позволит нашему беспокойному мышиному лорду снова стать юношей, чтобы Белая Дама могла узнать его. Но через двадцать четыре часа ты снова обратишься в мышиного лорда! Помни об этом! – строго добавил отшельник, обращаясь к лорду Бадди Батлеру.
Три сладкие голубые капли упали в рот мышиного лорда. Почувствовав, как они скользят по горлу, он широко открыл глаза, уставившись на Софию. Как только мышиный лорд закрыл рот, Хэндол вручил ему спитофору. На маленького зверька вдруг напала икота, да такая, что цилиндр у него на голове запрыгал, как пружина.
– Что-то происходит… что-то происходит! Я сейчас снова стану юношей! – радостно и испуганно повторял мышиный лорд.
София встала рядом с ним, а Хэндол вспомнил слова, которые следует произнести, чтобы завершить превращение:
– «Ремоссия инстанта»! Не забудь, ты должен сказать это сразу после того, как выкрикнешь «БАРХАТ, ВВЕРХ». Иначе заклинание не сработает.
Лорд Бадди Батлер так и сделал. Песочные часы засветились красноватым цветом, порошок внутри завертелся воронкой, в комнату ворвались зелёные искры, языки пламени и вспышки молний. Горячий ветер закружился сначала вокруг сэра Бадди, потом окутал Софию. Девочка закрыла глаза и перестала видеть, что происходит вокруг неё.
Пронзительный шум, сопровождаемый лёгкими хлопками, возвестил о том, что заклинание подействовало.
Тело мышиного лорда вытянулось, будто было сделано из резины, мордочка стала сначала круглой, потом овальной, шерсть исчезла, а вслед за ней исчезли усы и хвост. Все собравшиеся на кухне с изумлением наблюдали, как мышиный лорд из Волшебных миров принимает человеческий облик. Одежда на ней выросла по размеру, но незадолго до того, как спитофора начала свой полёт, синий туман окутал лорда Бадди Батлера и Софию. И они исчезли, оставив в воздухе горсть яркой пыли.
Гролио Вегарио резко вскрикнул, Ила Помпоза поднесла руку к сердцу и ахнула, а Элвин от изумления не мог даже пальцем пошевелить.
– Невероятно. Лорд Бадди Батлер действительно превратился в человека! – сказал Хисиол, ослабляя верёвку, связывавшую троих длинноухих, которые, глядя на поразительное превращение, судорожно задрожали.
Холдо и Хэндол обменялись довольными взглядами: магия ведьм сработала.
– Но я не разглядела лицо сэра Бадди, – пробормотала Ила, всё ещё очень взволнованная. – Интересно посмотреть, какой он.
– Сейчас главное, чтобы Мэри Брэгг приняла его. Нелегко будет рассказать всё, что с ним произошло за эти годы, и тем более объяснить, что Волшебные миры существуют, – сказал Гролио, пуская слюни хуже улитки.
Хэндол наконец присел у жаровни:
– Нам остаётся только дождаться их возвращения. «Фестия Блу» действует всего двадцать четыре часа. И если в книге действительно говорилось о хоре ведьм, то к нам сюда, в Волшебные миры, пожалует прекрасная дама-призрак.
– Дама-призрак… Интересно будет на неё взглянуть, – вставила Ила Помпоза.
В скиту повисла напряжённая тишина. Приключение мышиного лорда могло серьёзно пошатнуть устоявшийся порядок. Вся история лорда Бадди Батлера была очень необычна и нарушала издревле установленное в Волшебных мирах правило ничего не скрывать друг от друга. Молчание прерывали лишь судорожные стоны троих длинноухих, о которых все уже успели забыть. У братьев-отшельников не было никаких сомнений: предатели не заслуживали ни помилования, ни прощения.
И ровно в тот момент, когда они потащили длинноухих к коридору, ведущему в другую часть скита, все закачались от внезапного толчка.
– Да, да! Земля наконец потеряла равновесие, – ликовал Элвин, откатываясь к стене. – Значит, это всё-таки кошмарный сон лорда Бадди Батлера был причиной перемен в Волшебных мирах. Кто бы мог подумать! Ура, мы возвращаемся к аномальной реальности, которую так любим!
Толчки продолжались несколько минут, восстанавливая сбалансированное неравновесие Волшебных миров. Это внезапное движение давало обильную пищу для размышлений о нестабильности жизни. Той же нестабильности, которую испытывали лорд Бадди Батлер и София где-то там, наверху, среди искр и огненных вихрей. На этот раз никто не мог предвидеть, чем закончится их путешествие.
Спитофора так сильно подбросила Софию, что девочка перевернулась и ушла с головой в потрескивающие пурпурные облака. А лорд Бадди Батлер, закрыв глаза и затаив дыхание, наслаждался чудесными ощущениями, снова чувствуя ноги и руки на месте четырёх мохнатых лап. Мышиный лорд громко рассмеялся, и его смех перешёл в оглушительный крик, который он не смог сдержать, когда вихрь неудержимо потянул его вниз.
Удар оказался довольно сильным. Жёсткая посадка произошла прямо на землях замка Манкастер. Тёплое зимнее солнце смотрело сверху на двух путников, лежавших в холодной, мокрой от инея траве.
Лёгкий туман окутывал стены замка, подчёркивая очарование старины, которым так славятся величественные владения английской знати. Потерянная и немного оглушённая ударом София убрала прядь волос, упавшую на лицо. И только теперь заметила рядом элегантного молодого человека.
– Это вы?!
Лорд Бадди Батлер встал, надел цилиндр, поправил очки и положил спитофору обратно в карман. Потом властно воткнул кончик трости во влажную землю и, глядя на девочку, несколько надменно произнёс:
– Мисс София Харви, рад пожать вам руку.
Девочка ошеломлённо смотрела на стоявшего перед ней юношу: это и вправду был лорд Бадди Батлер! Только не мышиный лорд, а человек. Двубортный сюртук сидел на его тощем теле как влитой. У него было незнакомое исхудавшее лицо, а вот голос совершенно не изменился.
– Я не могу в это поверить! Вы снова стали таким, каким раньше! – воскликнула София и, быстро поднявшись, протянула лорду Бадди Батлеру руку.
Он нежно пожал её. София смутилась, но продолжила рассматривать юношу с головы до ног. Высокий, с узкими плечами, некрасивый, но с сияющей улыбкой на гладком лице.
– Вот теперь ты видишь, какой я на самом деле. Я далеко не красавец, знаю. А теперь следуй за мной и постарайся не задавать слишком много вопросов. Мне не терпится обнять мою Белую Даму.
Лорд Бадди Батлер развернулся на каблуках и, держа девочку за руку, пошёл к небольшой двери в стене замка. Он помнил, что когда-то этой дверью пользовались лакеи и экономки семьи Пеннингтон.
София подняла голову, любуясь замком Манкастер. В старинном парке высились побелевшие от снега многовековые деревья, а простирающийся вокруг луг казался нарисованным, как на картине.
– Ты правда здесь жил? – не скрывая удивления, спросила девочка.
– Я же тебе говорил, я тут родился. Необыкновенно красивое место, в котором я много страдал, – сказал лорд Бадди Батлер и, подняв трость, указал на старинную башню. – Вот туда меня заточили. Там я встретил Мэри Брэгг. Мы сейчас пойдём туда, и, должен тебе признаться, я очень волнуюсь. Странно возвращаться в место, где когда-то встретил любовь и боль.
София крепче сжала его руку:
– Странно чувствовать вашу кожу и пальцы. Это всё очень необычно. Простите, если мои слова кажутся вам неуместными.
Лорд Бадди Батлер шёл дальше, улыбаясь и ничего не говоря. Оказавшись перед дверью для слуг, он толкнул её, и дверь открылась.
– Я знал, что она не заперта. Её никогда не закрывали на замок.
– А что, если мы встретим кого-нибудь? Что мы скажем? – испуганно спросила девочка.
Прежде чем переступить порог, лорд Бадди Батлер на минуту остановился.
– В моём кошмарном сне моя милая Мэри Брэгг сказала, что в замке сейчас никто не живёт. Только она одна.
Призрак в замке. Софии показалось, что она попала в какой-то страшный рассказ, где духи бродят по комнатам старинных усадеб, не давая спокойно спать.
– Но как мы её найдём? Услышав наши шаги, она испугается и спрячется или… а вдруг она нападёт на нас?
– Нападёт? Ну что ты! Она очень добрая. Мухи не обидит, – без тени сомнения ответил сэр Бадди.
В замке стоял затхлый запах. Свет, проникающий через окна, освещал пыльную мебель, грязные стёкла были занавешены рваными шторами. Длинный коридор вёл в огромную кухню.
Лорд Бадди Батлер с грустью взглянул на печь, посуду и кастрюли, покрытые пылью и штукатуркой, упавшей с облупившегося потолка.
– Здесь работала моя мать. Как я уже говорил, я никогда её не видел, – сказал он, проводя костлявыми пальцами по длинному столу, заваленному тарелками со сколотыми краями.
София оглядывалась вокруг, пытаясь представить, что когда-то на кухне бурлила жизнь: в ней было жарко и шумно, а повара, официанты и слуги работали день и ночь, чтобы угодить изысканным вкусам семейства Пеннингтон.
– Нам нужно найти Мэри Брэгг, – сказал сэр Бадди, жестом приглашая Софию идти дальше. – Давай поднимемся в башню. Возможно, она так и не покинула то место, где мы встретились. Неприятно будет снова увидеть темницу, в которой меня запер Фердинанд Пеннингтон, – добавил он, вздохнув.
Они вышли из кухни. Лучи солнца скупо просачивались сквозь арочные окна замка, и в тусклом свете было трудно разглядеть картины, висевшие на стенах. На них были изображены многочисленные представители рода Пеннингтонов. Парадные портреты в золочёных рамах. Лорд Бадди Батлер показал Софии портрет своего коварного отца, его жены Мэрилин и дочери Хелвиз. Девочка с любопытством смотрела на них, удивляясь тому, как хорошо они были описаны в дневниковых записях: пышно разодетые люди, на строгих и властных лицах которых читалась вся спесь и надменность их натуры.
Лорд Бадди Батлер повернулся вправо и, двигаясь вдоль стены, наткнулся на какой-то предмет.
– Это, похоже, ящик для угля. А чуть дальше будет большой книжный шкаф.
– Ящик для угля? – переспросила София и широко открыла глаза, всматриваясь в полумрак, но различила только очертания незнакомого предмета.
– Ну да, ящик, в котором хранился уголь. Ничего особенного. Если уткнёмся в книжный шкаф, значит, мы на правильном пути. За ним будет первая лестница, ведущая на верхние этажи, – объяснил сэр Бадди, водя тростью влево и вправо.
Лестница из розового мрамора и вправду оказалась всего в нескольких метрах. Ступени были хорошо видны в тусклом свете, но София всё равно поднималась очень осторожно, внимательно глядя себе под ноги. На стенах вокруг неё висели мрачные картины, на лестнице тут и там попадались перевёрнутые серебряные вазы, с потолка одиноко свисали старинные кованые люстры без свечей. С каждым шагом запах пыли усиливался, а Софии становилось всё страшнее.
– Долго ещё подниматься? Нам точно нужно туда идти? Вы уверены, что Мэри Брэгг всё ещё там?
Раздражённый лорд Бадди Батлер ничего не ответил и, добравшись до конца первой лестницы, начал подниматься по второй. Она тоже была сделана из розового мрамора, но оказалась намного у́же первой.
– Молчи и следуй за мной. Да, и старайся не держаться за перила, они изъедены жуками, ты можешь занозить руку.
Лорд Бадди Батлер с несгибаемым видом двинулся дальше. Остановившись на последней ступеньке, он сделал глубокий вдох и прикрыл глаза. Он знал, что их ждёт ещё одна очень узкая винтовая лестница, ведущая в башню. Она была не из мрамора, а из полусгнившего дерева. Лорд попытался успокоить растущую тревогу и, выпятив грудь, трижды выкрикнул имя своей возлюбленной:
– Мэри!.. Мэри!.. Мэри!.. Я вернулся… где ты?!
Наверху раздался резкий хлопок, сопровождаемый звоном железных цепей. А потом послышался настороживший Софию скрип.
– Что происходит? – тихо спросила девочка.
По винтовой лестнице закружили порывы холодного ветра, во всех залах замка задрожали оконные стёкла, а воздух наполнился каркающим шипением. София вздрогнула от страха.
– Нет! Нет! Я дальше не пойду. Я вообще не хочу оставаться в полуразрушенном замке, – пробормотала девочка и повернулась, чтобы пуститься в обратный путь.
– Послушай меня, – сказал лорд Бадди Батлер, хватая её за руку, – неужели ты думаешь, что я стану подвергать тебя опасности без всякой причины? А теперь помолчи!
София поняла, что тяжёлый характер мышиного лорда остался с юношей. Превратившись в человека, лорд не утратил своей властности, и София поняла, что должна его слушаться.
Сверху вдруг отчётливо послышался всхлипывающий стон, за которым последовал второй порыв ледяного ветра, снёсший то, что оставалось от изорванных занавесок.
С винтовой лестницы доносились резкие скрипучие звуки, как будто кто-то спускался по деревянным ступенькам.
– Мэри? Это ты? – спросил лорд Бадди Батлер, двинувшись вперёд и оставив позади Софию, застывшую на месте.
– Бадди… Бадди… ты вернулся? – ответил ему чей-то едва слышный голос.
Ветер мгновенно прекратился, и на винтовой лестнице появилось голубоватое свечение. Бадди Батлер побежал наверх, радостно размахивая тростью.
– Моя Дама… любовь всей моей жизни.
Она явилась в белом газовом платье. Полупрозрачное тело изящно передвигалось по воздуху, длинные светлые волосы рассыпались по плечам, обрисовывая прозрачный контур её ускользающей фигуры.
София, затаив дыхание, смотрела на сотканную из воздуха тень, боясь пошевелиться. Перед ней стоял призрак!
Лорд Бадди Батлер подбежал ближе и, обняв туманную дымку, нежно поцеловал Мэри Брэгг.
– Какая ты красивая! Красивая, как всегда. Твоя красота вечна, – произнёс он, сжимая в руках прозрачную ткань и примешивая свои слёзы к её судорожному плачу. – Я здесь. Мы здесь. Вместе. Я всегда помнил о тебе и, когда ты явилась мне во сне, поверил, что мы можем снова найти друг друга. Я никогда не терял надежды.
– Сон! Я так молилась, чтобы он подействовал. Видишь, я всё же немного научилась магии.
– Ты молодец. Я здесь только благодаря этому сну. А иначе кто знает… – бормотал лорд Бадди Батлер, утонув в её голубых глазах.
– Прошло слишком много лет. Я перенесла слишком много боли. Это я во всём виновата, я знаю. Я осталась одна и в полном отчаянии искала средство вернуть тебя. Я не знала, где ты оказался, после того как воспользовался спитофорой. Как я могла найти тебя? Но если ты сейчас здесь, значит, у тебя есть копия «КОЛДОВНИКА», да?
– Да, книга у неё, у этой юной англичанки, – сказал сэр Бадди, обернувшись назад. – Её зовут София Харви, и ты можешь ей доверять.
– Юная англичанка? – переспросила Белая Дама, внимательно посмотрев на девочку. – Как странно она одета.
Бадди Батлер весело рассмеялся:
– Сейчас 1913 год, мода за полвека сильно изменилась. Это София помогла мне найти книгу. Она и ещё один человек, о котором я тебе потом расскажу. Нам так много надо рассказать друг другу. Мне нужно объяснить тебе, где я был все эти годы. Спитофора перенесла меня в очень далёкий мир.
– Далёкий мир? Как странно. Я всё, всё хочу знать о тебе. Удивительно, что ты совсем не изменился. Время не состарило тебя. Как такое возможно? – спросила Мэри Брэгг, касаясь его плеч и лица.
– О, я тебе всё расскажу. Это долгая история, – ответил лорд Бадди Батлер.
– Я тоже должна рассказать тебе, что мне пришлось пережить в этих стенах. После твоего исчезновения Фердинанд Пеннингтон совсем сошёл с ума. Он изводил всех подозрениями. А я так мучилась без тебя, что решила остаться в башне и ждать, когда ты вернёшься. Я искала «КОЛДОВНИК», но он исчез. Я просто не знала, что делать и как жить без тебя. Пойдём, поднимемся наверх, в твоей темнице теперь не так тесно. Я хочу, чтобы ты увидел, как я её обустроила. Дорогая девочка, прихвати с собой книгу. Я хочу наконец понять, где я ошиблась, – добавила Мэри Брэгг, жестом приглашая Софию следовать за ними.
В темнице действительно всё изменилось: она теперь не выглядела такой мрачной, как раньше. Большие зажжённые канделябры освещали стены, исписанные рисунками Мэри. Среди них был прекрасный портрет лорда Бадди Батлера, рядом с которым на самом видном месте был нарисован огромный календарь, отмечавший дни и годы, проведённые в ожидании любимого.
– Невероятно! Это ты сама всё сделала? И даже принесла сюда красивый мягкий бархатный диван! И дорогой ковёр! Ты превратила грязную и пыльную темницу в уютную гостиную, – рассыпался в похвалах ошарашенный Бадди Батлер, не сводя глаз с любимой.
– Смотри, что я нашла в Зале гобеленов, – вставила Мэри Брэгг, указывая на золочёную арфу в углу рядом с диваном. – Она настроена, представляешь? Одного моего жеста достаточно, чтобы заставить струны вибрировать.
Её прозрачные руки очертили в воздухе круг, и нежные звуки арфы разнеслись по башне. Мэри Брэгг подошла к сэру Бадди:
– Давай потанцуем, как раньше. Я так давно об этом мечтала, слушая музыку и думая о тебе.
Они, смеясь, закружили по комнате. И в каждом движении, в каждом взгляде чувствовалась радость, которую им приносило осознание того, что они снова вместе. Танцуя там, где лорд Бадди Батлер пережил столько горя, они словно стирали его трагическое прошлое.
София отошла в сторону и какое-то время растроганно смотрела на влюблённую пару. Но ей пришлось прервать идиллию, и она подала сэру Бадди тяжёлый «КОЛДОВНИК», который по-прежнему держала в руках.
– Простите, может, пора объяснить Мэри, что ей нужно делать? У нас мало времени.
– Мало времени? – начала Мэри Брэгг, широко раскрыв глаза и остановив музыку.
– Да, у меня чуть меньше двадцати четырёх часов, а потом… всё изменится, – ответил лорд Бадди Батлер, опустив голову.
– Что ты говоришь? Я не понимаю, ты снова уходишь? Ты оставишь меня одну?
Белая Дама оторвала ноги от пола и повисла в воздухе. Бадди Батлер поднял руки, пытаясь удержать край её платья.
– Пожалуйста, ты должна меня выслушать. Мне нелегко всё это объяснить… и я не знаю, поймёшь ли ты меня.
Недостаток времени и страх быть отвергнутым сковали его и без того спутанные и напряжённые мысли.
– В твоём сердце больше нет места для меня, – воскликнула Мэри Брэгг, перелетая из одного угла комнаты в другой. – Ты меня больше не любишь! Это так? Так?
– Нет! Речь не о моих чувствах к тебе. Речь обо мне. Сейчас ты меня видишь таким, каким я был раньше, но это только благодаря «Фестии Блу». Это зелье создали ведьмы из Равенгласса, а я выпил его перед тем, как воспользоваться спитофорой. Я не мог вернуться к тебе, не выпив его. Сейчас я всё объясню…
Услышав о песочных часах и ведьмах, Мэри Брэгг занервничала:
– Нет. Я даже слышать ничего не хочу о спитофоре. Она принесла нам несчастье. И потом, я не понимаю, зачем тебе пришлось пить колдовское зелье! В Равенглассе не осталось ведьм. Я никогда больше с ними не виделась. Многих сжёг на костре безжалостный Фердинанд Пеннингтон, а остальные ушли, опасаясь, что их постигнет та же участь.
У Софии похолодела кровь, когда она узнала, что в Равенглассе больше нет ведьм.
– Но тогда вы не сможете произнести волшебные слова, – вырвалось у девочки.
– Волшебные слова? Что вы двое замышляете?
Мэри Брэгг пристально посмотрела на Софию, а потом повернулась к лорду Бадди Батлеру, медленно спустившись вниз и снова коснувшись ногами пола. Юноша попытался обнять её, но она отошла назад.
– Прошу тебя, ты должна меня выслушать, – взмолился лорд, опустившись на колени. – Ты так долго меня ждала, и вот теперь я здесь и больше никогда не оставлю тебя. Но чтобы мы были вместе, я должен буду воспользоваться спитофорой. На этот раз ты произнесёшь правильные слова. Ты ведь знаешь, что нужны слова, которые позволят тебе уйти со мной без риска раствориться в огне.
Дама-призрак села на диван и, сложив руки на груди, решила наконец выслушать гостей.
– Хорошо, ты прав. Я долгие годы изводила себя вопросом, что за слова я должна была произнести.
– Дорогая моя, сейчас ты сама их прочитаешь.
Лорд Бадди Батлер подал знак Софии. Девочка положила толстую книгу на ковёр и слегка коснулась золочёной буквы «К», выгравированной на чёрной обложке.
– Они записаны на страницах 2346 и 2347, – объявила София.
Потом взглянула на Белую Даму и спокойно сказала, что копию «КОЛДОВНИКА» помог найти Хэндол, мудрый отшельник из Третьего Волшебного мира.
Мэри Брэгг соскочила с дивана и повисла в полуметре от пола, покачиваясь в воздухе:
– Кто это такой? Я никогда о нём не слышала. И что такое Третий Волшебный мир?
– Сядь, пожалуйста, – стал уговаривать её юноша. – Сейчас ты всё узнаешь.
Рассказать Мэри Брэгг о Волшебных мирах и объяснить ей их устройство оказалось совсем не просто. Логика равновесия и неустойчивости вызывала у дамы-призрака то смешки, то глубокие размышления, но слушала она очень внимательно. Лорд Бадди Батлер и София рассказали ей о Вечных Бродягах и о том, что им пришлось пережить при бароне Юкоре, о безумных выходках длинноухих, о прекрасной Иле Помпозе с её эссибри и драгоценными цветами, о гиганте Гролио Вегарио и его армии летающих деревьев, о ските и трёх братьях-отшельниках, умевших создавать волшебные предметы и инструменты.
– Отшельники – большие знатоки алхимии, особенно Хэндол. Это он создал зелье «Фестия Блу». Вот, можешь сама прочитать о нём, – сказал лорд Бадди, листая книгу и остановившись на странице 3988. – А на страницах 2346 и 2347 есть примечания, которые ведьмы добавили только в эту копию. Ты не могла знать правильное заклятие, чтобы уйти вместе со мной, потому что его не было в оригинале.
Мэри Брэгг встала с дивана и, присев на корточки, начала читать рецепт «Фестии Блу». Потом она перешла к двум другим страницам и, к своему великому удивлению, обнаружила, что равенгласские ведьмы придумали заклинание, способное превратить в зверя того, кто использует спитофору.
– Так из-за меня ты превратился в зверя?! Как такое возможно? Это я во всём виновата… – Потрясённая открывшейся ей истиной, Мэри Брэгг пришла в полное отчаяние и громко расплакалась.
– Да, моя милая Белая Дама, фраза «In igne muto figuram et speciem» изменила мою внешность, а не твою. Но ты ни в чём не виновата. Ведьмы описали действие заклятия только в этой копии «КОЛДОВНИКА» и заодно добавили заклинание, которое позволяет призракам путешествовать со спитофорой, не исчезая в огне.
Лорд Бадди Батлер говорил со страстью влюблённого человека. Он знал, что настал момент сказать, кем он стал.
– Какой ужас! Какие страшные обстоятельства разделили нас так надолго! Одна неверная фраза – и судьба отняла тебя у меня, а я не смогла последовать за тобой, – произнесла Мэри Брэгг, рыдая, и снова обняла любимого.
– Да, дорогая, это ужасно. Теперь ты понимаешь, что благодаря зелью я снова стал человеком, пусть и ненадолго. Я сделал это для того, чтобы ты могла узнать меня.
Лорд Бадди Батлер выпрямился и, высоко подняв голову, ждал рокового вопроса, который прозвучал через несколько секунд.
– А в какое животное ты превратился? – спросила Мэри Брэгг, в тревоге глядя на сэра Бадди.
– В мышиного лорда, – тихим голосом проговорил он.
– Мышиного лорда?! – пронзительно закричала дама-призрак и задрожала в воздухе.
– Да. А жил я в Волшебных мирах, куда меня забросила спитофора. В Мирах, о существовании которых я раньше не подозревал. И знаешь, меня там очень хорошо приняли, несмотря на то, кем я был. Я принёс спитофору, чем заслужил почёт и уважение. В Волшебных мирах меня все любят, хотя я долго скрывал тайну о том, кто я на самом деле. Я ничего не говорил, потому что боялся, что меня примут за колдуна, хвастуна или лжеца. Но, увидев тебя во сне, я понял, что должен рассказать правду и бросить вызов судьбе. В общем, как видишь, мне было нелегко вернуться сюда и рассказать обо всём, что со мной произошло.
У сэра Бадди перехватило дыхание. Сердце его отчаянно забилось, и он наконец выплеснул всю накопившуюся в душе тоску.
– Я и представить себе не могла, что ты превратился в мышиного лорда… – всё не могла успокоиться Мэри Брэгг.
– Да… да… Но Волшебные миры – удивительно запутанное место. Ты теряешь равновесие, падаешь и снова встаёшь. В жизни бывают тёмные и светлые минуты. И у нас они тоже были. Понимаешь? Это то, чему учат Волшебные миры. Равновесие можно найти, научившись падать.
Никогда ещё лорд Бадди Батлер не говорил так серьёзно.
– Равновесие, тёмные и светлые моменты, Волшебные миры. Я ничего не понимаю, – пробормотала Мэри Брэгг.
Она не могла усидеть на месте и принялась качаться в воздухе.
– Дорогая, это красочные миры, полные чудес и мудрости. Я был счастлив там, хотя и скучал по тебе, – продолжал лорд Бадди Батлер, так и не набравшись смелости посмотреть ей в глаза.
– Мышиный лорд! Какой ужас! – воскликнула Белая Дама, взмыв к потолку.
– Пожалуйста, постарайся понять. Я скоро снова стану им. Чуть не забыл тебе сказать, что «Фестия Блу» действует всего двадцать четыре часа. Впрочем, ты сама только что прочитала это в «КОЛДОВНИКЕ». А теперь ответь: ты по-прежнему хочешь быть моей возлюбленной? Хочешь, чтобы рядом с тобой был рыцарь – мышиный лорд? – спросил сэр Бадди, почти задыхаясь от страха получить отрицательный ответ.
Мэри Брэгг, отчаянно крича, сделала круг по комнате и наконец спустилась вниз, стала прямо перед лордом Бадди Батлером и с чувством произнесла слова, поразившие юношу:
– Что в имени? То, что зовём мы розой, и под другим названьем сохраняло б свой сладкий запах![9] Для меня ты всегда Бадди, мне всё равно, как ты выглядишь. Я всегда буду любить тебя.
Лорд Бадди Батлер был так тронут, что задрожал всем телом, и очки сползли у него с носа.
– Это же Шекспир! Ты процитировала одни из самых красивых строк из «Ромео и Джульетты». Любимая, значит, ты хочешь всегда быть со мной, несмотря ни на что?
– Я люблю тебя. Я не могу стереть из своего сердца то, что чувствую. Человек или мышиный лорд, это всё равно ты. Как мне жить без тебя? – ответила Белая Дама.
Они плакали и всхлипывали, улыбались и шептали нежные слова в той самой комнате, где много лет назад признались друг другу в любви. Судьба свела их снова, и ничто не могло этого изменить.
Лорд Бадди Батлер и дама-призрак были счастливы, потому что их любовь не знала преград. И в Волшебных мирах это приняли бы без всяких оговорок.
София, всё больше смущаясь, повернулась к ним спиной и улыбнулась. У этой странной пары хватило смелости и терпения ждать полвека, чтобы снова быть вместе.
– Простите меня, но время уходит, – сказала наконец девочка, извиняясь за то, что во второй раз вынуждена прервать их. – Если вы хотите вместе выбраться отсюда, Мэри Брэгг должна сделать одну очень важную вещь.
– Что? Я? – переспросила Белая Дама, повернувшись к Софии.
– Ну, вы же читали книгу? Вы должны произнести заклинание перед тем, как отправиться в путь со спитофорой. Те самые правильные слова, которые сэр Бадди так долго искал, – сказала София, тыча пальцем в примечание на странице 2347.
Белая Дама подошла к книге и спокойным голосом прочитала:
– «Скажи: “Нулли превиа”, вступит хор, зачаровывая огонь, и призрак будет спасён». Наконец-то я знаю нужные слова, но где мне найти хор?
Лорд Бадди и София переглянулись и промолчали.
– Вы тоже не знаете, да? – спросила Мэри Брэгг, снова забеспокоившись.
– Мы думаем, это хор ведьм. Вам надо позвать их… и спросить, может… – София остановилась, увидев погрустневшее лицо призрака.
– Ведьмы давно покинули эти места. И я не знаю, где они. Что нам делать? Без хора ведьм я не смогу уйти с вами! Я останусь здесь, в замке Манкастер, гнить от тоски и одиночества.
Мэри рухнула на диван, став почти невидимой.
– Неужели у вас нет никакой возможности связаться с ними? Может, есть какая-то магия, которая могла бы призвать их сюда?
Спонтанность и наивность Софии снова спасли положение! Дама-призрак вспорхнула с дивана и закричала:
– Тинтенна!
– Тинтенна? – переспросили София и лорд Бадди Батлер.
– Ну да! Колокольчик из зелёного стекла. Они подарили мне его вместе со спитофорой и сказали, что, если мне когда-нибудь понадобится помощь, достаточно будет просто позвонить в колокольчик, и они придут. По правде говоря, я не успела им воспользоваться… Меня, как вы знаете, убили. Он так и остался лежать у меня в шкатулке. Мне все эти годы и в голову не приходило позвать сюда ведьм. Они ведь ушли из-за угроз Фердинанда Пеннингтона, и было бы бесполезно и жестоко просить их вернуться.
– Но теперь мой проклятый отец умер! И ты можешь позвать их! Ты произнесёшь заклинание под их пение и уйдёшь вместе со мной.
Лорд Бадди победно подбросил в воздух цилиндр, а София закрыла «КОЛДОВНИК» и посмотрела на влюблённых.
– Хорошо. Только давайте поторопимся. Сейчас уже поздно, давно за полночь. То есть сегодня 23 декабря, а завтра, в сочельник, я должна буду вернуться домой! У нас совсем мало времени!