Я решил сводить свою принцессу поужинать. Из-за моей работы мы не так часто видимся, и эта передышка оказалась очень кстати.

В ожидании дочери я бродил по четвертому этажу книжного магазина Waterstones на Пикадилли. Здесь можно было найти много изданий на тему языка продаж, маркетинга, социальных наук. Я много читаю и всем советую.

Чем больше ты знаешь, тем легче становится твоя жизнь.

– Бу! – крикнули мне в ухо.

«Это Элизабет», – сообщила сенсорная речевая зона ровно через триста миллисекунд после того, как миндалевидное тело подало сигнал тревоги.

Я повернулся, чтобы отчитать негодницу, но не смог сдержать улыбки при виде дочери и неуклюже обнял ее, пытаясь не уронить стопку выбранных книг.

– Ну что, зайка, как дела?

– Хорошо, папуля. Ты нормально себя чувствуешь?

– Да, все ок. Немного устал, но в целом нормально.

Элизабет прищурилась.

– Как понимать «немного устал»?

– В смысле? – спросил я.

– Ну, ты всегда повторяешь, что следует внимательно выбирать каждое произносимое слово. Если ты говоришь, что устал, твой мозг заставит тебя почувствовать себя еще более усталым. Поэтому нужно говорить лишь о тех вещах, которые ты хочешь получить!

– Конечно, ты права, – согласился я. – Вот только я и правда устал. Не врать же мне теперь?

Она улыбнулась, глядя на меня с хитрецой.

– Ты мне экзамен устраиваешь, да?

– Может быть.

– Тогда ответ прост. Если ты чувствуешь усталость – молчи, или говори о чем-то другом, или прибегни к иронии, тогда рептильный мозг ее не поймет. Что-то типа: «О, как славно я сегодня отдохнул».

Она сопроводила слова шутливой мимикой, и я довольно рассмеялся.

– Правильно, дорогая. Рептильный мозг не считывает иронию, он понимает только буквальный смысл слов и запускает серию механизмов для реализации сказанного. Вторая часть мозга понимает, что ты пошутил, но чудо-то уже запущено.

Я оплатил покупки, и мы вышли на улицу, болтая о том о сем, потому что мне не хотелось сразу переходить к серьезному разговору.

Человеческий мозг крайне последователен из соображений выживания: приняв решение, он изо всех сил будет его воплощать в жизнь, даже если решение губительно или болезненно. Поэтому я старался избегать темы «тревожность» и подобрался к ней постепенно, чтобы Элизабет не восприняла все в штыки и не стала защищаться.

– Так ты решила, брать ли дополнительные уроки танцев? – наконец приступил я к делу.

– Не-а, у меня без того куча занятий, а еще школа.

Начало положено. Теперь углубимся.

– Мне кажется, или в этом году домашних заданий стало еще больше?

– Да, так и есть.

– Мне нравится, что ты взвешенно подходишь к распределению времени и сил. Молодец!

– Спасибо!

– Просто из интереса, почему ты думаешь, что не справишься?

– Ну папа, ты же знаешь почему! У меня тревожное состояние! – Элизабет повысила голос.

Пора поменять схему.

– Обожаю этот парк, – сказал я, вдыхая морозный воздух.

Мы уже прошли мимо входа на станцию метро «Гайд-парк». Идти до кафе осталось недолго, и мне надо было успеть завершить разговор до того, как нас отвлечет выбор меню.

– Всегда любил это место, – продолжил я. – Меня радует, что люди приходят сюда, садятся где захочется, что любой может найти уголок, чтобы почитать книгу или подумать о своем. Помнишь, дорогая, как мы устроили здесь пикник в прошлом году?

– Да, было здорово, – чуть расслабилась Элизабет от приятного воспоминания.

– Вот именно. Ты человек, милая, и как человек запрограммирована быть счастливой. И это ты умеешь лучше всего на свете, даже если прямо сейчас это тебе кажется странным. Подумай, сколько чудесного ты умеешь делать, и делать превосходно: фантазировать, мечтать с открытыми глазами, получать удовольствие от разных вещей, уже недоступное взрослым. И глубоко внутри себя ты знаешь, что можешь стать кем угодно.

Элизабет молчала, укладывая информацию в голове, – добрый знак.

– Все, что тебя сейчас беспокоит, – это продукт твоих мыслей и того, как ты видишь реальность, – продолжил я. – А ты, напоминаю, умелая фантазерка. Я вот стараюсь вести дневник, чтобы упорядочивать мысли, и ты тоже можешь попробовать, если захочешь. А сейчас тебе достаточно подумать о всех тех вещах, которые мешают твоему полному счастью, и о том, что твой мозг может их обезвредить, помешать им заставлять тебя чувствовать себя плохо. Ты можешь почувствовать себя лучше, начиная с этой минуты, – закончил я, когда мы подошли к нашему самому любимому на свете Hard Rock Cafe.

Парень у дверей, наверняка итальянец, встретил нас с широкой улыбкой и проводил к столику. В кафе было немноголюдно, громко играла музыка.

Мы заказали бургеры, мохито и колу, и я продолжил.

– Ты поняла, дорогая? Хочу еще немного обсудить это, а потом будем наслаждаться ужином, болтая о другом.

– Да, я поняла, папа! Но мне кажется, что тебе легко говорить, у тебя-то все хорошо получается.

– Это ты так считаешь. У меня больше сложностей, чем ты думаешь, и очень нелегко было отделаться от прежних проблем. И я учитываю тот факт, что ты убеждена, будто у тебя совсем другая ситуация, возможно, более сложная. Наверное, ты думаешь, что моя идея с дневником – это какая-то глупость и что никакая книга не в состоянии убрать плохие мысли. Но дневник действительно помогает их рационализировать, а когда читаешь книгу, одну из тех, что учат брать под контроль собственную жизнь, информация немедленно попадает в мозг и начинает давать там свои ростки. Тебе, конечно, тоже придется немного постараться. Ты должна читать и применять полученные знания на практике, однако информация работает, даже когда ты думаешь о другом и занимаешься другим… постепенно возникает необходимый эффект. Знаешь почему? Потому что

Слова, которые ты читаешь, становятся твоими мыслями, а твои мысли служат стимулом для твоих поступков.

Элизабет прищурилась.

– Папа, ты что, пытаешься меня загипнотизировать?

– Может быть, дорогая. А еще есть вероятность, что я всего лишь соскучился и воспользовался случаем немного с тобой поговорить. А возможно, я хочу, чтобы ты всегда чувствовала себя хорошо, даже если знаю, что это невыполнимо. А еще… – на этом месте я напустил на себя серьезный вид, как у мага-гипнотизера, и вытянул руку в ее сторону, – может быть, я прямо сейчас даю тебе информацию, которая будет работать у тебя в голове, пока ты думаешь о другом. Возможно, ты неожиданно поймешь, что чувствуешь себя лучше. Не знаю как, не знаю когда, но это случится, поверь мне.

– Папа, перестань, это ужасно! – рассмеялась она.

– Но ведь работает же!

И я сделал большой глоток ледяного коктейля.