Конечно! И позволить им спасти его, – презрительно произнесла Колдунья.

– Тогда, – ответил гном, – лучше побыстрее сделаем то, что нужно.

– Я бы предпочла сделать это на Каменном Столе, – сказала Колдунья. – Самое подходящее место. Там всё это и делалось раньше.

– Пройдёт много времени до тех пор, когда Каменный Стол снова будет использоваться по назначению, – заметил гном.

– Верно, – согласилась Колдунья. – Что ж, я начну.

В это мгновение с шумом и рычанием к ним выскочил волк.

– Я видел их. Они все у Каменного Стола с Ним. Они убили моего капитана, Могрима. Я прятался в зарослях и всё видел. Сын Адама убил его. Полетели! Полетели!

– Нет, – сказала Колдунья. – Не надо лететь. Просто быстро собери всех наших здесь. Позови великанов, оборотней, духов деревьев, которые за нас. Позови вампиров, людоедов и минотавров. Позови ведьм, призраков и все ядовитые грибы. Мы будем бороться. Что? Со мной по-прежнему моя волшебная палочка. Неужели их войско не превратится в камень, когда придёт? Поторапливайся. Пока тебя не будет, мне нужно тут ещё кое-что сделать.

Огромный зверь склонил голову, повернулся и понёсся прочь.

– Так! – сказала она. – Стола у нас нет. Что ж, воспользуемся стволом дерева.

Эдмунда силой заставили встать. Затем гном поставил его возле дерева и привязал к стволу. Он увидел, что Колдунья снимает мантию. Она оголила руки, которые оказались ужасно бледными. Из-за белизны Эдмунд смог их рассмотреть, но больше он ничего не видел – в ущелье в тени деревьев было очень темно.

– Подготовьте жертву, – приказала Колдунья. Гном расстегнул воротник рубашки мальчика и отогнул его, освобождая шею. Затем он схватил Эдмунда за волосы и потянул назад, заставив поднять подбородок. Затем до слуха мальчика донёсся странный звук: вжик, вжик, вжик. С минуту он не понимал, что это. А затем понял. Точили нож.

А в следующую секунду со всех сторон раздались громкие крики: стук копыт, шум крыльев, вопль Колдуньи – вокруг него происходила какая-то возня. Внезапно Эдмунд почувствовал, что его развязали. Чьи-то сильные руки обхватили его, и он услышал громкие добрые голоса:

– Положите его на землю… дайте ему вина… пей… всё в порядке… сейчас тебе станет лучше.

Затем голоса обращались уже не к нему, а друг к другу. Он слышал, как они говорили:

– Кто поймал Колдунью?

– Я думал, она у тебя.

– Я выбил нож у неё из рук и больше её не видел.

– Я погнался за гномом.

– Неужели она скрылась?

– Парень не может заниматься всем сразу.

– А это что такое? Увы, это всего лишь старый пень.

И тут Эдмунд потерял сознание.

Скоро кентавры, единороги, олени и птицы (конечно, это был спасательный отряд, который Аслан выслал в предыдущей главе) отправились обратно к Каменному Столу, забрав с собой Эдмунда. Но случись им увидеть то, что произошло в ущелье после их отбытия, думаю, они бы очень удивились.

Стояла полная тишина, Луна светила всё ярче. Если бы ты оказался там, то увидел бы как свет луны падает на старый пень и довольно крупный валун. Но присмотревшись, ты бы наверняка решил, что и пень, и валун выглядят как-то странно. А затем ты бы подумал, что валун уж очень похож на маленького толстяка, скорчившегося на земле. Если бы ты наблюдал за ним достаточно долго, то заметил бы, как пень подошёл к валуну, а тот уселся и начал разговаривать с ним. А всё оттого, что на самом деле пень и валун были Колдуньей и гномом. Силой колдовства Колдунья могла заставлять вещи и живые существа выглядеть не так, как они выглядели на самом деле, и она сумела воспользоваться этим в ту самую минуту, когда нож выбили у неё из рук. Волшебная палочка осталась с ней и была сохранена.

Когда на следующее утро ребята проснулись (спали они на грудах подушек в шатре), первое, что они услышали (от мистера Бобра), – это то, что их спасённого брата поздно ночью доставили в лагерь и что сейчас он остался с Асланом. Позавтракав, они высыпали на улицу и увидели, что Аслан и Эдмунд отдельно от всех вдвоём прогуливаются по росистой траве. Пожалуй, не стоит пересказывать то, что сказал Аслан (да этого никто и не слышал), но этот разговор Эдмунд запомнил на всю жизнь. Когда ребята подошли ближе, Аслан повернулся к ним, увлекая за собой мальчика.

– Вот ваш брат, – произнёс лев, – и не стоит разговаривать с ним о том, что теперь стало прошлым.

Эдмунд каждому пожал руку со словами:

– Простите меня.

И каждый ответил ему:

– Всё в порядке.

Всем хотелось сказать ему что-нибудь, чтобы он понял: они по-прежнему остаются друзьями, – что-нибудь простое и искреннее – но, разумеется, никто не мог придумать ничего подходящего. Но прежде, чем они успели смутиться, к Аслану подошёл один из леопардов.

– Господин, там вражеский посланник, и он просит вас принять его.

– Пусть подойдёт, – ответил Аслан.

Леопард удалился и вскоре привёл гнома Колдуньи.

– Что ты хочешь мне передать, Сын Земных Недр? – спросил Аслан.

– Королева Нарнии и Императрица Одиноких островов хочет гарантий безопасности, чтобы прийти и поговорить с тобой, – ответил гном, – по вопросу, который интересует тебя не меньше, чем её саму.

– Королева Нарнии! Ну и ну! – воскликнул мистер Бобр. – Какая наглость…

– Спокойно, Бобр, – отозвался Аслан. – Скоро все имена вновь обретут своих настоящих владельцев. Сейчас не будем спорить о них. Передай своей хозяйке, Сын Земных Недр, что она будет в безопасности, если оставит свою волшебную палочку у того большого дуба.

Было достигнуто согласие, и два леопарда отправились с гномом следить за тем, чтобы все условия выполнялись.

– А вдруг она превратит этих леопардов в камни? – прошептала Люси Питеру.

Похоже, та же самая мысль пришла в голову и самим леопардам. Во всяком случае, пока они шли, шерсть у них на спинах и хвостах стояла дыбом, как это бывает у кошек, когда они видят незнакомую собаку.

– Не бойся, – так же шёпотом ответил Питер. – Он бы тогда не послал их.

Несколько минут спустя Колдунья взошла на вершину холма и направилась прямиком к Аслану.

Трое ребят, которые раньше никогда с ней не встречались, содрогнулись, увидев её лицо, а звери протяжно завыли. Несмотря на яркое солнце, внезапно все почувствовали холод. Лишь двое оставались невозмутимыми: Аслан и сама Колдунья. Было очень странно видеть их вместе: золотистую морду Льва и мертвенно-белое лицо Колдуньи. Она избегала смотреть Аслану в глаза – это заметила миссис Бобриха.

– У тебя здесь предатель, – произнесла Колдунья. Конечно, все подумали, что она имеет в виду Эдмунда. Но теперь, после всего, через что он прошёл, и особенно после утреннего разговора, Эдмунд перестал думать о себе. Он по-прежнему не сводил глаз с Аслана. Казалось, слова Колдуньи ничего не значат для него.

– Но, – ответил Аслан, – он не причинил вреда тебе.

– Ты забыл Тайную Магию? – спросила Колдунья.

– Допустим, я забыл о ней, – сурово сказал Аслан. – Расскажи нам о Тайной Магии.

– Рассказать тебе? – воскликнула Колдунья визгливо. – Рассказать тебе, что написано на том самом Каменном Столе, что стоит около нас? Рассказать тебе, что написано буквами, высеченными глубоко, словно длинным копьём, на огненных камнях Заповедного холма? Рассказать тебе, что вырезано на скипетре Заморского Императора? Тебе ведь известна Магия, которую Император сделал законом для Нарнии с самого начала её истории. Ты же знаешь, что каждый предатель – это моя законная добыча и что каждое предательство даёт мне право на убийство.

– Ого! – воскликнул мистер Бобр. – Это вот почему ты вообразила себя королевой – потому что ты была палачом Императора. Понятно.

– Спокойно, бобр, – тихо прорычал Аслан.

– И поэтому, – продолжала Колдунья, – это человеческое существо моё. Его жизнь принадлежит мне. Его кровь – моя собственность.

– Тогда иди и возьми её! – громко проревел бык с человеческой головой.

– Глупец, – скривилась Колдунья в свирепой улыбке, – неужели ты и вправду думаешь, что твой хозяин силой лишит меня моих законных прав? Он хорошо знает Тайную Магию. Он знает, что, если я не получу кровь, как велит Закон, вся Нарния погибнет, сгинет в огне и воде.

– Истинная правда, – произнёс Аслан. – Я этого не отрицаю.

– О, Аслан, – прошептала Люси на ухо Льву, – не можем же мы… то есть вы же не можете… Можно как-то изменить Тайную Магию? Вы можете ей что-то противопоставить?

– Противопоставить Магии Императора? – повернулся к ней Аслан, слегка нахмурившись. Больше никто не задавал ему такого вопроса.

Всё это время Эдмунд стоял по другую сторону от Аслана, по-прежнему глядя на него. У него перехватило дыхание, и он подумал, что надо что-то сказать, но уже в следующую минуту понял, что от него требуется лишь ждать и делать то, что ему скажут.

– Отойдите все, – приказал Аслан. – Я буду говорить с Колдуньей с глазу на глаз.

Все повиновались. Это было ужасно – ждать и теряться в догадках, пока лев и Колдунья разговаривали, понизив голос. Люси воскликнула «О, Эдмунд!» и заплакала.

Питер стоял спиной ко всем, глядя на далёкое море. Бобры, опустив головы, держались за лапы. Кентавры неловко переминались, стуча копытами. Но в конце концов все затихли так, что стало слышно жужжание пролетавшей пчелы, щебетанье птиц в лесу под холмом и шелест листьев. А Аслан с Колдуньей всё продолжали разговор.

Наконец раздался голос Аслана:

– Возвращайтесь. Я уладил дело. Она больше не требует крови вашего брата.

И на холме все разом вздохнули, словно до этого стояли, затаив дыхание, а затем заговорили.

Колдунья направилась было прочь, злобно улыбаясь, затем остановилась и спросила:

– А как я узнаю, что обещание выполнено?

– Р-р-р! – взревел Аслан, приподнимаясь с трона. Его пасть раскрывалась всё шире и шире, и рычание становилось всё громче и громче. Колдунья на секунду застыла, открыв рот, а затем, подхватив юбки, опрометью бросилась бежать.