– Рябк, а Рябк?! – Женя давит лыбу во все лицо, надвигая очки на лоб.

– Что? – Ряба тоже смотрит туда, куда указывает Женя.

– Глянь, че делается! Она же себя в сюжет вписала! – посмеивается парень, сидя на корточках перед распластавшейся на полянке Вик, и подпирает ладонью щеку. – Ах ты, сучка ты, крашена! – с неистовым удовольствием отчеканивает каждое слово он.

А Вик и нечем возразить – действительно вписала, действительно крашена. Писательница приподнимается на локтях и окидывает себя взглядом. В этот раз она легко может рассмотреть на себе черную кофту с капюшоном и серые джинсы с красными кедами. «Какую одежду в главе описала, в такой и появилась. Супер!» – восхищается результатом Вик.

– Простите, я тоже хочу в сказку! – говорит она Рябе и Жене, которые наверняка устали ждать, когда их создательница вдоволь належится на траве. Двое тянут ее за руки и помогают подняться на ноги.

– Да я шучу, Вик. Уж больно хотелось вставить куда-нибудь эту фразу, – подмигивает Женя.

– И в бою будет нам помогать, и того двуглавого чудовища она не боится, и знает наперед, что произойдет, и умница-красавица такая! – кудахчет Ряба.

– Да уймись ты! Нам бы принцессу спасти.

Рыцарь задирает голову вверх и смотрит на бесконечно высокую башню, не знающую конца и края, упирающуюся прямо в небо. Вскоре солнце скрывается за полянкой окончательно, и становится темно. Вик вспоминает про белую и холодную луну, проявившуюся в ночной черноте, вот только звезд нигде не видно. «Забыла, – думает Вик. – Вот был бы способ дополнять главу прямо во сне». Герои ходят вокруг башни и не знают, как туда попасть. Женя хвалится, что однажды занимался боулдерингом1, и пробует схватиться за выступы в каменной стене. Как только он оказывается выше, чем на полметра от земли, к нему подбегает Ряба и обхватывает со спины чуть ли не плача:

– Не пущу! Разобьешься! Поломаешься! Расшибешься! Кто же тогда будет мои угощения пробовать? Кому я буду оружие добывать? – кричит она.

– Тихо вам! – пихает руки в карманы Вик, мерзнет. – Жень, позови принцессу, пусть подсобит.

Рыцарь все в тех же кожаных доспехах складывает руки у рта и что есть силы зовет принцессу. Есть в его голосе что-то магическое. Его тембр проносится слышимым эхом до самого окна башни, где позже загорается свет. Оттуда выглядывает некая физиономия, которую сложно разглядеть с земли, но Женя, кажется, уже счастлив до беспамятства подвижкам в этом непростом деле.

Спустя минуту нечто черное с завидной скоростью спускается к героям. Женя и Ряба отпрыгивают назад, а Вик стоит и с интересом наблюдает, как «змеи» тянутся от самого окна до почти основания башни. Женя вглядывается в темноту, на свой страх и риск прикасается к образовавшемуся предмету и обнаруживает, что это черные волосы.

– Очередная отсылочка? Похвально. То есть я должен забраться по волосам наверх? – недоверчиво морщится Женя, подергивая густые локоны, тем самым проверяя их на прочность.

– Ага, – подтверждает Вик.

– Погоди, а сколько лет принцесса в заточении?

– Ну, допустим, лет сто. Сказка ведь.

– А это точно волосы…

– Молчи! – Вик знает, что он хочет сказать.

– … с головы?

– Женя!

– Ладно, ладно. Пошутить уж нельзя!

Первым на волосяной канат все-таки вскарабкивается Женя. Сначала он рьяно перехватывается руками, легко перебирает ногами по стене. Вот только заметно устает, даже не преодолев полпути до заветного окна. Женя повисает на волосах и сбивчиво дышит. Оказывается, не так-то просто совершать всякие подвиги – для них требуется хорошая физическая подготовка. Или мотивация.

– Я сейчас… – скользит по стенкам башни рыцарь, натыкаясь на поросшие мхом камни. Его ноги слетают с поверхности, не позволяя занять устойчивое положение.

А дальше – как бывает в самых страшных ужастиках: волосы сами несут Женю наверх. Он мотается на них вялой колбаской, а локоны стремительно сокращают расстояние между рыцарем и окном. Ряба шокировано смотрит на происходящее и сеет панику, наматывая круги вокруг Вик. Еще больше она пугается, когда несколько черных прядей, как ожившие смертоносные лианы, возвращаются за девушками и заарканивают их в области талии. Вик и Ряба взмывают следом за рыцарем, которого, к слову, уже давно затянуло в башню. Ряба орет и причитает, кажется, вся ее жизнь проносится перед глазами, прежде чем она вваливается в окно. Вик тоже не нравится такой способ транспортировки, но ничего наиболее быстрого и эпичного она придумать не смогла.

Троица валяется на каменном полу, их слегка поташнивает после впечатляющего приключения. Зато принцесса предстает перед ними в полной красе: лицо белое, губы малиновые, глаза янтарные. В ее руках – копна черных длинных и блестящих волос, которыми она только что заарканила три тушки. Девушка отбрасывает гриву назад и величественно смотрит на гостей сверху вниз, обозначая свое превосходство. На ней розовое платье пастельного оттенка длиною в пол. И Вик знает, что Муся ни за что бы такое в жизни не надела, поэтому писательница выбрала именно такой наряд для своей сказки. На удивление принцессе розовый к лицу, это заметно по сияющим глазам рыцаря, замершего на четвереньках и влюбленно уставившегося на девушку.

– Ваше Высочество, довольно варварские методы у вас. Ряба не летает, знаете ли! – Ряба поднимается на ноги и старается привести себя в порядок, так сказать, почистить перышки.

– Слишком долго лезли, пришлось вмешаться. Да, Вик? – вскидывает подбородок принцесса.

– Верно. У нас мало времени до его возвращения, – соглашается писательница.

– Орф досюда не достанет, – посмеивается Женя и отряхивает колени.

– Не Орф. Мой заточитель и коварный похититель – Кощей. С вечера до раннего утра он охотится в дремучем лесу, а потом возвращается и приходит ко мне, снова и снова предлагает выйти за него замуж, – печалится принцесса.

Она подходит к окну и с искренней грустью смотрит на дальние просторы, виднеющиеся отсюда под отблеском такой же тоскливой луны.

– Думаете, я не пыталась сбежать? Второй раз я отращиваю волосы, в первый раз он отрезал их, чтобы я больше не смогла спуститься.

– Моя принцесска… – подходит к ней сзади и ласково кладет руки на ее плечи Женя.

– Высочество! – грозно поправляет его девица.

– Мое Высочество…

– Ваше Высочество!

– Да блин! Задолбала! – раздражается Женя, но терпит. – Ария! Не кисни, мы спасем тебя. У Вик по-любому есть план, раз она сегодня у нас здесь в качестве персонажа.

– Вот что я думаю! – потирает ладони Вик. – Режем Арии волосы и приматываем их к чему-нибудь. Я, Ряба и принцесса спускаемся, ищем трактир, только чтобы ночь там переждать. А ты, Женя, остаешься здесь. Волосы в окно поднимешь, можешь платье, кстати, надеть. Короче, волк в обличие бабушки, понял?

– Не понял. Мне Кощея съесть? – рыцаря не устраивает такой исход.

– Одолеть, – в один голос отвечают три девушки.

– Это чем же? Туфельками? Оружия свободы, как я погляжу, здесь не наблюдается! – намекает на хотя бы сковороду Женя.

– Ряба! – призывает Вик.

Девица послушно подходит к Жене, встает на одно колено и выставляет перед рыцарем серебряный кинжал с красным камнем в рукоятке. Тот с опаской берет кинжал в руку и внимательно осматривает со всех сторон.

– А чего серебро-то? У нас Кощей что, вампир? – хихикает Женя.

Вик молчит, Ария смотрит отвлеченно куда-то в сторону и складывает губы в трубочку, словно хочет просвистеть. Ряба рыдает в свой передник. Каждая из девушек волей-неволей подтверждает обнажившийся факт хладнокровной болезни у Кощея.

– Бессмертный ведь, – невзначай говорит Вик.

– А что-нибудь получше не могла придумать? Я в доноры не записывался! У меня вторая отрицательная, невкусная, – рассуждает Женя.

– Хватит болтать, время идет. Благословляю тебя на подвиг, мой рыцарь! – важно заявляет Ария.

Она выхватывает у Жени кинжал и одним уверенным рывком отрезает себе волосы по плечи. Те бесшумно падают на пол, а принцесса с небывалой легкостью встряхивает головой, почувствовав свободу. Ария страстно целует своего спасителя в губы и шепчет ему, что скоро они встретятся и заживут счастливо. Вик закрепляет волосы за круглую, как бублик, железную ручку запертой дверцы и ныряет в темное пространство, зная, что Ряба и Ария обязательно последуют за ней. Ей нравится участвовать в этом безобразном спектакле, нравится быть частью истории и так или иначе все же быть на голову выше своих персонажей. Да, порой они отходят диалогами от сюжета, но основные точки воздействия четко расставлены. И пока еще никто не отважился пойти наперекор заготовленному сценарию.

Последней из окна на волосяной тарзанке выпрыгивает Ряба. Она чересчур громко кудахчет на всю округу, пока стремительно летит вниз. В ее голосе слышится одновременно страх и восторг, но принцесса и Вик уже не обращают на это никакого внимания. Они идут по тропинке, открывшейся их взору прямо за замком (стоило лишь его обойти!), и переговариваются о своем.

– Не слишком ли опрометчиво оставлять благородного рыцаря одного? – беспокоится за свою любовь Ария.

– В самый раз. Ему нужно отдохнуть с дороги, а нам… переключиться. Ой, смотри, трактир! Как удачно!

– Ты же сама его прописала.

– Беру с тебя пример, сама управляю своей судьбой! – вспоминает разговор с подругой в реальности Вик.

Вик хватается за массивную деревянную ручку и тянет на себя. К счастью, та достаточно быстро поддается. Прямо отсюда на девушку накатывает хмельной аромат и доносится звук живой скрипки. Вик, не раздумывая, проходит вперед, крепко взяв Арию за руку. Принцесса, в свою очередь, тянет за собой Рябу. Так и идут какое-то время, пока не забредают в большой каминный зал с расставленными повсюду длинными деревянными столами. А на них – яства и выпивка на любой вкус, прямо как на аукционе в арт-студии. Гости заведения стараются занять все свободные места, а если не получается – толкаются. А если неудачно толкаются, то прямо здесь случается потасовка с отбиванием друг другу мозгов и постановки синяка под глазом, как синей печати о прибытии. Почти сувенир.

Ария стесняется мужской простецкой компании, поэтому жмется к плечу Вик и судорожно смотрит по сторонам. Зато Рябу, кажется, страх отпускает. Она пританцовывая проходит до стойки, за которой работает внушительных размеров мужчина, и делает заказ. После возвращается к подругам с тремя огромными бокалами неясного напитка темно-коричневого цвета.

– Мне сказали, что можно занять вон тот столик, – указывает в угол Ряба.

– Отлично, так и сделаем, – судорожно сглатывает слюну Ария, берет бокал и мигом присаживается на свободную лавку. С противоположной стороны, куда садятся Ряба и Вик, из-под стола выползает бард, это ясно по его одеянию и закрепленной гитаре за спиной, похожей по форме на разрезанную часть груши. Он еле удерживается на локтях, заваливаясь на стол, однако все равно из вежливости приветствует собравшихся девушек.

– Will you? – бард предлагает свой бокал Рябе.

– Я тебе вылью! Дай сюда! – в непонятках отбирает у него бокал Ряба и в два счет осушает его. – Это тоже эль!

– Вик, нам надо поговорить! – не выдерживает Ария.

– Наконец-то! – Вик подскакивает от восторга и готовится выслушать подругу. – Я вся внимание!

– Когда ты перестанешь писать весь этот бред? Ну что это за шуточки такие банальные? От них всех уже тошнит. Как говорится, баян! – заявляет принцесса.

– What? Байян? I only have a guitar! – вмешивается бард.

– Уважаемый, помолчите! – грозно смотрит на него Ария. Потом возвращается к теме: – Я серьезно, Вик, такое графоманство никуда не годится. Ты готова затащить меня в трактир, чтобы напоить. Кстати, спасибо, эль вкусный. Но это не лучшая идея. Пойми, тебе нужно расти, развиваться, а не топтаться на месте с этими слабоумными сюжетами.

– Пей, подруга, станет легче, – Вик пропускает мимо ушей все, что говорит Ария. Да, она все это знает, но слышать не хочет.

Ария заглатывает остатки напитка и очередной раз оглядывает трактир. Теперь ей кажется, что гости не такие уж и ужасные, а бард за их столом – просто душка. Он почти спит, прильнув щекой к столешнице, Ряба накрывает его сверху шерстяным одеялом, только непонятно – откуда взяла? Потом принцесса с интересом оглядывает пустое пространство, образовавшееся между столами. И Вик словно читает ее мысли, потому что в эту же секунду хватает подругу за руку и несется туда вместе с ней. Теперь это площадка для танцев. Девушки кружатся под живую музыку, хлопают в ладоши и хватают друг друга под руку, каждый раз меняя направление после хлопка. Ритм им отбивают гости трактира подошвами тяжелых ботинок, отвернувшиеся от столов и смотрящие на увлекательное действо. Вик нравится веселиться, особенно когда рядом ее лучшая подруга, которая отчего-то совсем забыла – что значит отдыхать. Ария в реальности не ходит в клубы, почти не пьет, разве что несколько глотков хорошего красного вина для здоровья, и вообще не танцует. Именно после окончания института она сильно изменилась, и Вик порой не хватает той прежней жизни, что была у них в студенческие годы. Ария говорит, что повзрослела. Вик предполагает другое: подруга боится показать себя с той стороны, которая может не понравиться читателям, издателям, арендодателям, родителям, новым друзьям и так далее – всем, оканчивающимся на «-ям».

– Мне так весело! – верещит Ария, подпрыгивая все выше к потолку. – Я так долго сидела в заточении, а теперь я здесь… и мне хорошо!

– Даже принцессам иногда нужно переключаться, – улыбается Вик, придерживая подругу, чтобы та не свалилась во время танца.

– Прекратить!

Строгий пронзительный голос врывается холодным ветром в увеселительное заведение. Музыка разом замолкает, гости словно замирают на местах, а девушки стоят как вкопанные на импровизированной танцевальной площадке, не зная, куда себя деть.

– Как быстро он меня нашел… – шепчет Ария.

В проходе появляется обладатель столь влиятельного голоса. Статный мужчина идет к девушкам, постукивая маленькими каблучками изысканных серых туфель со шнуровкой и внушительной черной тростью с металлическим наконечником. На нем темное пальто, клетчатые жилет и брюки, а также изящный цилиндр с закругленными кверху полями. Светлые волосы собраны сзади в хвост, глаза – ярко-красного цвета, а лицо холодное и бледное, не выражающие абсолютно ничего. Губы белые и тонкие, готовые вот-вот изогнутся под стать словам владельца.

– Оскар… – у Вик перехватывает дыхание от удивления. Пожалуй, таким она своего мужа еще никогда не видела.

– Что ты сделал с Юджином? – Ария уже знакома с ним, оттого набирается смелости и подходит к своему похитителю ближе.

– Ваш достопочтенный рыцарь устал с дороги, спит крепким сном, – спокойно отвечает Кощей и медленно идет в сторону Вик.

– Не тронь ее! – Ряба, как всегда, встает на защиту писательницы. – Она тебе покажет! Покажет! Как напишет сейчас, что тебе тридцать три раза сердце разбили! Или про яйцо с иголкой, и твой страх смерти… или что там? Вик, давай!

– Мое почтение, Виктория, – Кощей берет ее ладонь и целует, не отрывая от девушки своих красных глаз.

– Ос… – млеет Вик, не в силах сказать что-то еще. Она и подумать не могла, что главным злодеем истории окажется ее же муж. Получается, она воссоздала его здесь случайно. Всему виной ассоциативные цепочки и навязчивые образы, которые мелькают перед ней наяву.

– Весьма приятно с вами познакомиться, – расплывается в легкой улыбке Кощей, и Вик не до конца представляет – знает он ее или видит впервые.

– И мне приятно. Как мне вас можно звать? – Вик решает удостовериться в правилах игры.

– Ос. Зовите меня Ос. Виктория, вам можно все, – он нежно проводит ледяными пальцами по ее щеке, и от этого прикосновения Вик вздрагивает.

Волна дрожи настолько сильно пробивает ее тело, что картинка перед Вик постепенно чернеет и превращается в небытие.