На занятиях два дня Винсент практически не появлялся, занимаясь разработкой сигила, но преподавателей это не особо волновало. Они привыкли, что Харрис позволял себе пренебрегать правилами Академии. Их радовало, что он просто прогуливает, а не устраивает очередной скандал, так что на его отсутствии внимание не заостряли.

Харрис выходил из своей комнаты только на обед, чтобы посидеть рядом с Аделаидой, контролируя печать порчи. Естественно, на них косились многие студенты, рассказывая друг другу всякие небылицы. Кто-то говорил, что Аделаида изменяет Крису с Винсом прямо на глазах у своего парня, кто-то рассказывал, что у неё отношения с ними обоими, а другие предполагали что-то выходящее за рамки привычного, предполагая, что Ада вообще лишняя в этой компании. Конечно, в какой-то степени подобные слухи забавляли девушку, но столь пристальное внимание к её персоне в рамках сложившихся обстоятельств было совершенно лишним.

Во вторник Винсент предупредил друзей, что работа практически окончена. Ритуал решили провести в комнате девушки, чтобы она смогла сразу же отдохнуть. На заверения девушки, что дорога до комнаты не такая уж и изматывающая, Винсент отвечал, что не хочет в случае чего нести её бездыханное тело мимо охранников, раз им так важна конспирация.

А скрытность была действительно важна: сотворение сигила, хоть и в благих целях, считалось применением чёрной магии, которая негативно влияет на аркан каждого из участников. Как именно это может повлиять на способности обоих, никто не знал, но нужно было готовиться к худшему.

Так же они решили, что Крис будет рядом для подстраховки, не уточнив пожелания самого Джейса, но он принял подобный расклад событий. Парень не знал, какую именно подстраховку он будет обеспечивать, но на всякий случай решил взять с собой аптечку, в первую очередь из-за того, что там было успокоительное, которое он собирался использовать. В первую очередь на себе, а дальше, как пойдет.

 К полночи все были на исходных позициях: Харрис чертил магический круг посреди спальни Коэн, пока Ада, сидевшая в длинной футболке для сна, и Крис, сидевший в шоке от предстоящего ритуала, молча наблюдали за его действиями. Когда Винс закончил с приготовлением, Джейс поднялся с кровати, обняв подругу на удачу:

– Если что, я рядом, – Кристиан прошептал ей на ухо, поцеловав в щёку. – Как закончите, зовите, – он ещё раз взглянул на подругу, ища в её взгляде хоть каплю сомнений, но девушка была непреклонна, так что ему оставалось только выйти из комнаты и ждать результата.

– Ну что, готова? – спросил Винсент Аду, закрыв за Крисом дверь, и, получив согласие в виде кивка головой, указал на круг. – Садись, сейчас начнем.

 Аделаида села на колени, терпеливо ожидая действий Винсента. Она видела, что он нервничает, то и дело перечитывая заговор, повторяя каждую фразу себе под нос. Его волнение постепенно передавалось девушке, но она старалась подавить тревогу. В этот раз от неё ничего не зависело, а значит смысла переживать нет. Хотя бы ей.

 Наконец парень собрался с силами, взяв в руку ритуальный нож Атам. Она чувствовала себя неловко, стоя на коленях перед Харрисом, скрывая за внешним спокойствием нервное желание похабно пошутить, которое точно не пошло бы на пользу для столь серьезного ритуала. Однако веселое настроение не продлилось долго. Девушка невольно вспомнила, что было с её сестрой, которая смиренно сидела на полу истекая кровью, смотря прямо в глаза своему мучителю. Перед её глазами вновь была измученная Эмилия, отчего по телу Аделаиды пробежала мелкая дрожь.

– Куда ты хочешь нанести сигил? – уточнила Ада, отгоняя гнетущие мысли. Растерянность парня пугала ещё больше. – Шрам же не должен быть заметен?

– Да, ты права, – задумался парень, потирая лоб. – Отвернёшься тогда, я нанесу на спину, чтоб его никто не видел под одеждой.

Девушка кивнула и поднялась на ноги, сняв просторную длинную футболку. Она осталась в одних тонких шортиках, прикрывая рукой обнажённую грудь. Обернувшись на Харриса, она заметила, как на его лице появился лёгкий румянец. Было видно, что он очень хотел задать вопрос, но ему никак не удавалось подобрать слов. Винс пытался смотреть ей в глаза, но взгляд то и дело подводил хозяина, спускаясь ниже и ниже.

– А ты… – смущённо сказал Харрис, неловко указывая на футболку. – Это было зачем?

– Я понимаю, что мои вещи кажутся тебе дешёвыми тряпками, но футболка будет мне ещё нужна, – усмехнулась Ада, наслаждаясь растерянностью парня. – Харрис, ты чего? Никогда не видел голых девушек? А столько было слухов…

– Я предпочитаю не просто смотреть, – ответил Винсент, отчасти вернув себе прежнюю уверенность, и подошёл ближе. – Особенно когда девушки раздеваются сами, – теперь он позволял себе смотреть куда угодно, а на его лице засияла надменная улыбка. – А сама чего прикрываешься? Стесняешься?

– Думай о ритуале, – язвительно сказала Аделаида и игриво села обратно в круг, повернувшись к Харрису спиной. – А то вся кровь, что была у тебя в голове, уже в головке.

Ответа на подобную колкость Винсент не нашел, принимая свое поражение. Они оба знали, что их тела жаждут друг друга, но разум понимал, что в их ситуации это было бы неправильно. Но так ли это?

 Харрис наклонился над ней и начал читать заклинание. Аделаида старалась не анализировать слова, просто наслаждаясь его низким бархатным голосом. Его шепот успокаивал её, позволяя отпустить ситуацию, забыть о том, что с ней происходит. Ещё немного и она могла задремать, но холодное острое лезвие начало медленно резать её белоснежную нежную кожу. Ада старалась терпеть, но острая ноющая боль с каждой секундой только нарастала. Она пыталась задержать дыхание, но время тянулось настолько медленно, что ей не хватало воздуха. Каждый вдох усиливал боль, отчего по её щекам полились слезы. Она крепко сомкнула челюсть, стараясь сдерживать крик, но из груди то и дело вырывался приглушенный визг.

– Ада, пожалуйста, – голос Винсента казался таким далеким, что ей не верилось, что эту боль вызывает именно он. – Еще немного, ты выдержишь.

 У девушки не было сил что-то ответить. Она закусила губу и впилась ногтями в берда, чтоб распределить боль по всему телу. Это помогло, хоть и не сильно. Аделаида чувствовала, что её тело не выдерживает: в глазах темнело, мысли вязли в сознании. Коэн понимала, что с минуты на минуту она упадет в обморок, но старалась продержаться как можно дольше. С каждой новой раной сил становилось всё меньше, будто её жизнь медленно утекает из неё с каждой каплей крови. Воздух становился всё тяжелее. Ей казалось, что она пытается дышать под водой, вот только её легкие не были к этому готовы, отчего создавалось ощущение, что внутри всё сгорало в огне.

 Как только кинжал, напитанный её кровью, отдалился от кожи, тело девушки начало обмякать. Она не понимала, что с ней происходит, но крепкие руки парня, подхватившие её, быстро отогнали подступающую панику. Ада чувствовала, что её подняли с холодного пола и бережно уложили на кровать.

– Ты очень сильная, – прошептал Винс, поцеловав её в лоб. – Восхитительная. Как бы я хотел…

 Однако Харрис оборвал свою речь, переведя взгляд на искалеченную спину девушки, из которой сочилась кровь. Он быстро подбежал к двери, впуская Криса. Судя по тону, которым говорил Джейс, Ада поняла, что друг в ужасе. Она больше не могла разобрать слов, но старалась оставаться в сознании, пока на её раны не положили что-то мокрое. Острая боль пронзила её насквозь, после чего девушка провалилась в беспамятство.

 Аделаида очнулась, растерянно озираясь по сторонам. В комнате было довольно темно: единственным источником света была небольшая настольная лампа, стоявшая в другом конце комнаты. Девушка попыталась дотянуться до телефона, острая боль пронзила всё её тело, отчего у неё перехватило дыхание.

– Твою мать, – проскулила Ада, стараясь сдерживать подступающие слёзы. – Почему так больно?

– Винс сказал, что из-за конфликта сигила и печати так будет первое время, – ответил Крис, который сидел рядом с ней. – К утру должно стать легче.

– Я долга спала? – спросила Аделаида, пытаясь сфокусировать взгляд на друге. – Ты давно меня караулишь?

– Ты спала часа два, – сказал Джейс, положив ей на лоб мокрый компресс. – Не переживай, утром я тебя разбужу, спи.

– Нет, – она предприняла очередную попытку встать; на этот раз ей удалось приподняться на локти. – Я хочу посмотреть, что у меня на спине и врезать Винсу.

– Я тоже хочу ему врезать, но он уже уехал, – ответил Крис, поправляя её мокрые от холодного пота волосы. – Тебе нельзя пока вставать, я только смог остановить кровотечение. Себя не жалеешь, так мой труд пожалей!

Аделаида нехотя согласилась, вернувшись в расслабленное положение, но уговорила друга хотя бы сфотографировать ей спину и показать ей. Кристиан выполнил её просьбу, хоть и сопротивлялся. На экране Ада увидела пугающую картину: вся её спина была исполосована магическими символами, которые алыми пятнами горели на её бледной коже. Хоть раны были неглубокими, она чувствовала, что они проникли намного глубже, чем кожа или мышцы. Они проникли в её душу, всё глубже пуская корни.

В ответ девушка тихо поблагодарила парня, вернув его телефон.

– Руки бы ему оторвать за такое, – сказал Кристиан, сдерживая нарастающий гнев и отчаяние. – Но ты за это руки оторвёшь уже мне.

– Мне ещё пригодятся руки вас обоих, – тихо усмехнулась девушка, осторожно прикоснувшись к ладони друга. – Тут нет его вины.

– Ты корчишься от боли из-за его сигила, – ответил парень, взяв её за руку. – И говоришь, что нет его вины?

– С помощью сигила он дал часть своей силы, чтобы он мог сдерживать порчу на расстоянии, – хоть голос Коэн был слаб, но она говорила уверенно. – Боль от порчи. Все эти дни он поглощал её, поэтому сейчас так больно.

Кристиан ничего не ответил, переваривая услышанное. Он до сих пор не мог поверить, что Харрис помогает им. Он ожидал от него какой-то подлости, но пока он не давал поводов для подозрений, что настораживало ещё больше. Должна же быть причина, почему Винсент Харрис, который все эти годы смотрел на них как на грязь, сейчас приходит по первому зову.

Джейс посмотрел на измождённую девушку, которая то и дело дремала, восстанавливаясь после ритуала. Перед его глазами были её бездыханное ослабленное тело и окровавленный кинжал в руках Винса. Он помнил страх в глазах Харриса и фразу, которую он повторял вновь и вновь:

– Я не хотел причинять ей боль, пожалуйста, помоги ей.

Кристиан растерянно усмехнулся, пытаясь осознать всё, что произошло. Неужели Винсент, который не упускал шанс поиздеваться над Адой, беспокоился о ней? Или это всего лишь игра, исход которой известен только ему?

– О чём ты думаешь? – прошептала девушка, возвращая Криса в реальность. – Такой серьёзный и хмурый, страшно становится.

– Расскажешь, что произошло в клубе Плутона? – он обернулся к ней, смотря в её серые затуманенные глаза. – Слишком странный узор у тебя был на шее.

– А ты расскажешь, зачем применял силу сирены на Харрисе? – усмехнулась Аделаида, прекрасно понимая, что он ответит.

– Не хочу тебя волновать, – сказал парень, погладив её по голове. – Я просто беспокоюсь о тебе.

– Я так и думала, – Ада слабо улыбнулась и попыталась подвинуться, чем напугала друга, но остановила его попытки остановить её. – Ложись рядом, тебе тоже надо поспать.

Кристиан послушно лёг на кровать, стараясь не задеть подругу. Ему казалось, что одно его неловкое движение в её сторону, и она разобьётся как фарфоровая кукла. Однако девушка так не считала и, собрав остаток сил, смогла приобнять друга, положив голову на его грудь.

– Крис, ты мой самый близкий человек на всём свете, – прошептала Аделаида, проваливаясь в сон. – Я тебя люблю.

– И я тебя, – Крис осторожно приобнял её за плечи, стараясь не задеть шрамы. – Очень сильно. Я сделаю всё, чтобы ты была в безопасности.

В ответ он услышал тихое сопение. Тело Аделаиды, почувствовав тепло и заботу друга, медленно обмякло, отпуская боль и напряжение, позволяя себе покой, чтоб залечить раны и принять нечто новое.