Дойдя но «Нарвской», они уже были готовы что им окажут точно такой же прием как и на «Кировском заводе» и не ошиблись: их мгновенно скрутили, опустошили карманы и уже замахнулись дубинками, чтобы оглушать их, но тут Саныч стал истошно вопить, что им нужен Летчик и что у них срочное дело к нему от Бугра. Это заставило их обидчиков немного утихомириться. Посовещавшись, местные подняли на ноги пленников и тычками повели к центральной палатке. Почти сразу же из палатки вышел один из дозорных, мотнул головой и их ввели в помещение, где сидел их руководитель.
– Ну и какое, скажите мне на милость, у вас с Бугром ко мне может быть дело? – сказал жесткий и спокойный, но уставший человек, сидящий за столом.
– Вашблагородь, енто, если руки мне развяжите, я Вам наглядно покажу, Вам Бугор велел кой-чего передать – засеменил тут Саныч.
Летчик ухмыльнулся и кивком головы велел своему охраннику развязать руки пленника. Охранник еще раз вопросительно посмотрел на начальника, но тот лишь устало кивнул.
Когда руки Саныча были развязаны, он немного потер их, разгоняя кровь и полез во внутренний карман куртки. Извлек оттуда открытку, вверенную им Бугром и протянул Летчику. Тот взял ее, нежно ухмыльнулся и уставился в стену с так и застывшей на лице мечтательной ухмылкой. Прошло никак не меньше минуты молчания. Никто не осмеливался нарушать тишину, все лишь удивленно смотрели на Летчика и, казалось, боялись дышать. И местные и пленники.
Спустя минуту Летчик пришел в себя и проворил:
– Говорите, что вам нужно и, если я смогу помочь, то помогу и проваливайте на все четыре стороны и покончим с этим.
– Да нам, собственно и нужно-то только, что пройти Вашу станцию и все, никому проблем не доставляя – держал ответ Саныч.
– Это хорошо, это можно, а дальше куда идете?
– На «Пушкинскую» нам надо, там встречаемся с нашими.
– Ну вот и славно, вот и порешили. Костя, скажи ребятам пусть дрезину запрягают и отправляются немедля на «Пушкинскую» вот с этим вот грузом – Летчик указал на своих пленников – да, развяжите всех и отдайте обратно то, что отобрали на входе, все отдайте!
– Господин Летчик, как нам Вас благодарить? Мы и не рассчитывали на такую помощь…
– Проваливайте скорее, не мозольте глаза… – и Летчик вышел из своей палатки.
Весь отряд мгновенно освободили от оков, выдали все снаряжение, что отняли на входе на станцию и в то же мгновение повели к выходу со станции. Там уже пыхтела дрезина и два бойца на ней.
– Этих что ли? – спросил сидящий у руля.
Конвоир просто молча кивнул.
– Ну садитесь, гости дорогие, вмиг вас домчим куда нужно.
Когда отряд рассаживался по дрезине, Саныч увидел, что стоя на станции их провожал взглядом Летчик. «И не такой он злой и черствый, каким хочет казаться» – промелькнуло у него в голове в тот момент, когда дрезина, дернувшись, начала набирать обороты.
Дрезина не ехала, а просто летела, да так, что захватывало дух. Их сопровождающие всю дорогу улюлюкали, смеялись и весело кричали, так, что видно и слышно их было издалека. Ни на одно мгновение дрезина не притормаживала, их не останавливали на въездах на станции, от них разбегались плутающие по туннелям. Санычу показалось, что они только успели сесть на дрезину (он даже еще не успел уютно устроиться и приготовиться к долгой дороге), как их провожатый уже задорно крикнул:
– Все, отец, вылезай, вот вам ваша «Пушкинская», а нам пора по делам обратно гнать.
Ошарашенные члены отряда молча поднялись и стали спускаться на рельсы. Мастер, спускаясь последним, протянул водителю обойму патронов и благодарно кивнул.
Провожатые развеселились еще больше, но в следующее мгновение их уже не было и видно, только по туннелю разносилось удалое улюлюканье.
«Пушкинская» оказалась очень уютной населенной станцией. Здесь было множество людей и палаток. Здесь кипела жизнь и люди, казалось даже и не замечали Катастрофы, все шло своим чередом. Публика была здесь очень разношерстная и любопытная. Казалось, что сюда съезжаются странники со всего метро и на каждом углу были слышны рассказы и к отряду Мастера уже несколько раз подходили любопытные с расспросами о том, кто они такие, откуда и куда держат путь, но Мастер лишь отмахивался от них как от навязчивых мух и шел дальше, не замедляя шаг. Шел до тех пор, пока ему не встретился человек, который предложил арендовать палатку для ночлега. Тогда Мастер остановился и кивнул. Он даже не стал слушать цену, он сразу же кивнул и попросил человека вести их к палаткам.
Два дня они находились на «Пушкинской» и бездействие начинало уже сказываться на нервах, да и постоянные расспросы от любопытных не давали покоя.
Сергей пошел выпить в компании, которая показалась ему приятной и завязался разговор. И один из его собеседников сказал:
– С ума сошел что ли? На «Волковскую» никто не ходит и оттуда никто не возвращается – проклятое место! Нечего ждать, только время теряете, идите уже дальше!
Сергея эта реплика сначала смутила, но потом приободрила. Именно это он и хотел услышать от кого-то другого, именно то, что он чувствовал сам. Закончив беседу, он поспешил к Санычу.
– Не придут они, Саныч, давай выдвигаться! Чего мы сидим без дела? Мы ж знаем куда нам нужно двигаться, а мы тут штаны просиживаем!
– Сиди себе тихо и отдыхай! Демьян сказал, что на «Пушкинской» встречаемся, значит на «Пушкинской» и нечего думать, твое дело – ждать! – рявкнул на него Саныч.
Сергей утерся, замолчал и пошел к себе в палатку. Но Саныч сам не был так уверен в своих словах, как пытался показать это Сергею…
На третий день, пока все в отряде спали, по станции разносился невероятный гомон и шум. Саныч мгновенно проснулся и стал отчетливо различать в разговорах слово «Волковская». Немедленно он вскочил на ноги и выдвинулся из палатки. На платформе стояла небольшая группа людей, которая была окружена всеми обитателями «Пушкинской», которые взирали на них с нескрываемым любопытством и вопросы слышались наперебой. Подойдя ближе, Саныч увидел растерянный взгляд Демьяна, который бегал по всей толпе, тщетно пытаясь найти хоть одно знакомое лицо. И вот они встретились взглядами и мгновенно двинулись на встречу друг другу, рассекая толпу и обнялись. За ними последовали члены обоих отрядов. Это было одно из самых радостных событий в их жизни, которое они потом еще долго вспоминали, – улыбки и слезы на глазах. Чуть позже Демьян спросил Саныча:
– А где Паша?
Но тот лишь потупил взор и покачал головой.
– Ладно, позже, все позже. Все подробно расскажете нам, а сейчас давайте уйдем с глаз долой. Есть здесь где уединиться?
– А как же! Мы тут палатки сняли, дожидаясь вас, так что проходите, гости дорогие.
Когда все, что можно было обговорить, было обговорено, когда отряд Демьяна немного отдохнул и перекусил, было принято решение выдвигаться. Какое совпадение – оба отряда вернулись из своих приключений ни с чем, но оба отряда получили информацию о том, что искать им нужно на «Звездной».
– Как предлагаете передвигаться: по метро или по поверхности? – спросил Демьян у всех.
– Пойдем по метро, мы сюда шли, дорожка натоптана. В принципе достаточно спокойно все, если не считать того, что случилось с Пашей. Но это место мы с вами проскочим вместе и не будем там задерживаться. В остальном – все было тихо, проблем на пути мы не встретили. Тем более, нас уже видели и знают, пропустят обратно – проговорил Саныч.
– Ну что, все согласны? Двинем по метро? Да и быстрее это получился, как ни крути.
Абсолютно все члены вновь объединившегося отряда согласно кивнули.
И Демьян сказал, поднимаясь с пола:
– Ну, что, с Богом, ребята! Это наша последняя надежда, больше идей у меня нет.
Эта фраза немного поубавила оптимизма у каждого из присутствовавших, но никто не показал этого внешне. Все с готовностью поднялись со своих мест и двинулись следом за Демьяном к выходу со станции.
– Иди-ка ты, Саныч рядом со мной, раз говоришь, что тебя уже все знают. Будет лучше, если ты нас проведешь обратно до «Московской».