Кира

– Он большой, Кира. Везде. И те вещи, которые этот мужчина может делать своим языком. Я думала, я умру.

– Рада за тебя. Да.

Мелоди сидела напротив меня на нашем обычном месте в столовой Академии. Комната была почти пустой, команда уборщиков наводила порядок в самом конце подачи завтрака. Мне нужно было какое-то людное место, чтобы я не начала опять плакать. Я знала, что Мелоди будет здесь перед своими утренними занятиями и практическими экзаменами, и я оказалась права. Мы были не одни, но поблизости от нас никто не сидел, чтобы подслушивать её слишком откровенные разговоры.

Она наклонилась через стол, чтобы быть поближе ко мне, переду её униформы угрожала опасность попасть в тарелку с завтраком. Еды было не так много, но ей придётся вернуться в свою каюту и сменить униформу, если та запачкается. Да, это то, о чём я размышляла, пока слушала свою подругу, рассказывающую о Дензеле, как будто он был кусочком десерта.

Для неё, был.

Я была счастлива за неё. В восторге. Я знала, какое это чувство, найти Единственного. Я узнала её волнение, её чистую радость. Я чувствовала это сама. Но она не сталкивалась с ослепляющей болью в сердце, болью от ухода от Единственного. Нет, она могла быть с Дензелом, если хотела. Как кадет, и женщина с Земли, она была добровольцем и могла уйти в любое время. Она не отписала свою жизнь службе. Быть обычным бойцом не то же самое, что принять на себя обязательства Основной Разведки. Как только она создаст пару, она будет свободна. А выбор пары с Колонии позволит ей оставаться в космическом пространстве. Если она того пожелает, ей не нужно будет возвращаться на Землю, вместо того, чтобы присоединиться к Дензелу на Колонии. Так как пары там были малочисленны и редки, они принимали всех женщин, которых могли заполучить. Начнём с того, что женщин воинов был очень маленький процент в боевых отрядах, так как Приллонцы, Атланы и некоторые другие расы не позволяли своим женщинам участвовать в битвах. Когда женщина из другой расы хотела уйти, они практически выталкивали её из Флота с колокольчиками и лентами.

Они ценили своих пар превыше всего. Семью. Жизнь. Они все находились там, защищая жизнь, и не понимали, почему другие расы позволяют своим женщинам сражаться. Что делало нас ещё более преисполненными решимости доказывать свою ценность. Быть умными и беспощадными.

Уход, в моём разуме, был признаком слабости, а не силы. И это стоило мне всего. Стоило Анжа.

Я подавила боль, засунула её в коробку и села на ментальную крышку, пока слушала Мелоди. Я не могла улыбаться; это было невозможно. Но я могла быть счастлива за неё, слушая её болтовню о том, насколько потрясающим был Дензел. Я не винила её за это. Она была очень мила, и было приятно видеть её такой влюблённой. Такой счастливой.

– Я собиралась уйти.

Эти слова прорвались сквозь мои мысли.

– Транспортироваться с Дензелом позже сегодня.

– Что?

Я услышала её, по крайней мере то, что она уходит. Я прорастила упоминание о его навыках в постели и всё остальное, с тех пор как она упомянула про его размер. Я не сомневалась, что он более чем соответствовал в этой области, но он не был зверем.

– Нет. Мел. Ты не можешь уйти.

Она пожала плечами, что было так непринуждённо, совершенно не соответствовало её намерениям. Покинуть Академию было делом не из лёгких. Нескольких выпнули. Несколько нашли своих пар, как Эверийцы, и им пришлось уйти. Но было редкостью для кого-то вот так откровенно всё бросить и уйти. Особенно уже на такой стадии обучения, на которой была Мелоди.

– Я хотела. Но у меня две недели до выпуска и хотя я люблю Дензела и хочу быть с ним, я не собираюсь бросать окончание Академии из-за него.

Хорошо. Она не была глупой. На Земле я слышала о стольких женщинах, бросающих свои жизни, свои цели и мечты ради мужчины. А потом, когда парень кидал её, она оставалась ни с чем. Я отказывалась позволять Мелоди забить на получение статуса офицера, прошедшего подготовку в Академии Коалиции, когда она зашла так далеко, жертвуя кровью, потом и слезами. Выпуск был так близко.

– Мне нужно знать, что я это сделала. Хотя я и могу жить на Колонии как пара Дензела, мне нужно быть ценной. Быть офицером, значит быть уверенной, что я могу участвовать в жизни общества. Могу быть полезной.

Она хитро ухмыльнулась.

– Более полезной, чем просто запрыгивать на Дензела при любой удобной возможности.

Я выдохнула, улыбнувшись ей. С облегчением.

– Боже, на секунду я подумала, что придётся отвести тебя на стрельбище и поставить там как мишень.

Теперь я наклонилась к ней.

– Никогда не будь никому обязана. Дай себе выход. Я хочу, чтобы у тебя с Дензелом всё сложилось. Ты понятия не имеешь насколько.

Я положила руку на её запястье, что напомнило мне о том, что я не надела браслеты Анжа. Дерьмо. Я сглотнула, и продолжила.

– Но если по какой-то причине не получится, тогда ты сможешь получить задание, при котором покинешь Колонию. Или, ты можешь брать задания и оставаться его парой.

Она на это рассмеялась.

– Ты думаешь он позволит мне идти и сражаться с Ульем?

Я пожала плечами.

– Если он хочет быть твоим супругом, ему придётся позволить тебе жить твоими мечтами.

Её улыбка сползла и она изучала меня.

– Разве я не должна сказать то же самое тебе? А что ты? Позволит тебе Анж жить твоими мечтами?

Мои мечты. Мои мечты. Это было абсолютно и полностью противоположно тому, что я сказала только что Мелоди. Я хотела уйти и жить спокойной жизнью на Колонии с Анжем. Он через столько прошёл, гораздо больше, чем любой бы другой мужчина смог вынести. Он заслуживал спокойствия. Пару. Детей. Счастья. И я хотела быть частью этого.

Я так устала сражаться, устала от жизни в О.Р., будучи инструкторам. Я отдала так много, что хотела…эм, чего я хотела. И это был Анж.

Я хотела Анжа.

Я думала о Мелоди и о том, если она покинет Академию. Всегда найдётся кадет, готовый занять её место. Она заменима. Я заменима. Если бы я оставила О.Р. – даже нарушив закон – кто-то бы ещё занял моё место. Люди могут умереть, но не потому что лично я ушла. Люди умирают из-за Улья. У Доктора Гелиона, вероятно, будет больше бойцов с имплантатами в мозге. Я не была единственной. Я не была важнейшей. Но я была крайне важной для Анжа и он был так же важен для меня.

– Не смейся, – сказала я.

Она наклонила голову набок, изучая меня.

– Хорошо.

Она знала, что я говорю серьёзно, что, что бы я ни сказала, было важным. Я никогда не делилась своими чувствами. Чёрт, меня пришлось сильно подталкивать, чтобы заставить провести одну ночь с Анжем после бойцовых ям. И посмотрите, куда меня это завело.

– И не говори мне забрать свои слова и запихнуть их себе обратно.

Она кивнула.

– Я увольняюсь. Ухожу.

Я посмотрела на коммуникатор на своём запястье и поняла, что приняла решение ещё до встречи за завтраком. Я никогда не опаздывала на операцию. Никогда.

– Я должна была быть в транспортном центре десять минут назад.

Глаза Мелоди расширились, но она ничего не сказала.

Я засмеялась, но смех был сухим и без доли шутки. Я провела рукой по голове.

– Я влюблена в Анжа и хочу быть с ним.

Тогда она улыбнулась, медленной, мягкой улыбкой. В её глазах была…жалость?

– Ты не носишь его браслеты.

Я проглотила комок в горле. Я не заплачу. Не здесь, не сейчас. Нет.

– Я отказалась от них.

– Почему? Ты любишь его, это очевидно. И он вырвал дверь в твоей аудитории. Я бы сказала, это очевидно всем на Зиории, что он к тебе чувствует.

Я покачала головой.

– Я не могу говорить об этом. Я собиралась дать ему уйти, но я изменила своё решение. Транспортное окно на Колонию открывается через пару часов. Я уверена, что он там будет. Я хочу быть с ним.

Я жаждала найти Анжа и притащить его к транспорту, направить свой ионный пистолет в голову транспортного специалиста и вынудить нас транспортировать, если придётся. Теперь, когда я приняла решение, я хотела Анжа.

Сейчас.

– Я покидаю эту планету при следующем транспортном окне. И мне не важно, что случится.

– Если ты не явилась, куда тебя вызывали, о чём я не должна знать, то ты теперь получается в самоволке, – напомнила мне Мелоди. – Они тебя никуда транспортироваться не отпустят. Вице-Адмирал бросит тебя в карцер, или они отправят тебя домой.

Да, она знала, что я больше, чем инструктор, но ничего не сказала. Я часто исчезала с Зиории, заместители часто преподавали мой урок, а я ей об этом ничего не говорила. Она была моей лучшей подругой здесь, а я держала её в неведении. Слава богу, она понимала, что я делала что-то, но она не была уверена что именно.

– Мне придётся рискнуть. Я буду просить об одолжениях. У меня везде друзья. Их много.

Я могла работать и с Колонии. Не было никакой причины, по которой я не могла транспортироваться на миссии с Колонии. Это просто потребует немного дополнительной распланировки. Если Вице-Адмирал хочет, чтобы я стала плохой, она это получит. На моих условиях.

Подошёл Дензел, встал рядом с Мелоди и положил руку ей на плечо. Мы обе подняли на него глаза.

– В чём дело? – спросила Мелоди.

Он выглядел мрачным, и хотя у него играла на губах лёгкая улыбка, этот мужчина частенько выглядел именно так. Возможно, это был побочный эффект от плена в Улье. Что бы это ни было, он всё равно не был настолько мрачным, как Анж.

Дензел кинул что-то на стол перело мной, метал звякнул, когда приземлился на твёрдую, полированную поверхность.

Я ахнула.

Браслеты. Парные браслеты. Я узнаю их где угодно. Но там были не только мои. Их было четыре.

Я перевела взгляд на Дензела.

– Он в карцере.

Мои глаза округлились, а рот открылся.

– Что? Почему? Я думала, что вы оба транспортировались обратно на Колонию?

Дензел помотал головой.

– Я прибыл сюда с Анжем за тобой. Моей работой было присматривать за ним, присматривать за его зверем. Если бы он не вернулся с тобой, то моя работа казнить его.

Я резко встала, мой стул ножками заскрежетал по полу перед тем, как опрокинуться.

– Что?

– У него Брачная лихорадка. И была ещё с бойцовой ямы. С первого раза, как он был с тобой.

Брачная Лихорадка. Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

– Он не обязан умирать.

– Обязан. Единственный способ победить лихорадку, это утверждение. Утверждение его пары.

Меня.

– Но…

Дензел поднял руку, прервав меня.

– Для этого сейчас слишком поздно. Он напал на Вице-Адмирала. Он сорвал свои браслеты. Теперь ничто не контролирует его зверя. Делегация с Атлана едет за ним. Он её не поборет. Он готовится умереть.

Мелоди тоже встала, обхватив руками Дензела.

– Они не попросят тебя убить твоего друга, так?

– Нет, но я это сделаю. Это благородный поступок, – пробормотал он, затем поцеловал её в макушку. – Он доверил мне проследить, чтобы всё было сделано. Я не разрушу его доверие. Только не в этом.

Она заглянула в его глаза и они стояли вот так, застывшие во времени. Я видела связь между ними. Не было никакого зверя, ни отметины, ни парных ошейников. Они оба были людьми. И всё же они были парой. В этом не было никаких сомнений. Влюблённый жар в глазах Мелоди, когда я только села за стол, пропал. Теперь я видела лишь любовь. Связь. Разделяемую боль.

Союз.

У меня было такое с Анжем, но я отказалась от этого из-за долга. Чести.

Чести?

Какая честь была в моей работе, если я у меня не было Анжа, к которому я могла вернуться? Ради кого я боролась? Ради чего я боролась, если это не союз, не любовь, которую разделяли люди? У меня было это и я отбросила это в сторону, точно так же, как Дензел бросил браслеты на стол.

– Нахрен всё, – сказала я себе, пялясь на Дензела, но не видя его. – Нахрен всё! – повторила я, на этот раз громче. Несколько голов развернулись в мою сторону, но меня это не заботило.

Анж был в беде. Я уже находилась в самоволке, уже привязана к нему. Он не совращался на Колонию. Он был здесь. В карцере. Готовый умереть.

– Вице-Адмирал может разбираться со мной. Она получит меня, но и в придачу моего собственного зверя тоже.

Я схватила браслеты и вылетела из столовой. Настало время заявить права на свободу пару.