Потянув меня вперёд и стараясь не задеть мою воспаленную задницу, он усадил меня к себе на колени так, что я оседлала его, и мои колени оказались по обе стороны от его бёдер.

Его тело излучало жар даже сквозь одежду. Я была ближе к нему, чем когда-либо. Конечно, раньше он был глубоко внутри меня, но тогда я не могла видеть его, не могла видеть желание в его тёмных глазах. Он давал мне возможность изучить его. Вблизи я увидела, что его нос слегка искривлён, как будто он был когда-то сломан. С помощью того странного медицинского прибора, который был применён на руке поранившейся женщины, этот нос мог бы быть легко полностью исправлен. Вместо этого, Тарк выглядел несовершенным. У него были полные губы, и мне хотелось узнать, как они будут чувствоваться на моих.

Я сомневалась, что целоваться он будет нежно, скорее его рот будет таким же властным, как и всё остальное. Пока я продолжала думать о том, как он целует меня, он застонал.

– Этот взгляд, гара. Это моя погибель.

Мой взгляд поднялся, чтобы встретить его. Между своих раздвинутых ног я почувствовала его член, твердость, которая прижималась к моей киске. Если бы его штаны не мешали, ему стоило только пошевелить бёдрами, и он бы оказался глубоко внутри меня.

– У вас… принято целоваться?

Он ни разу не поцеловал меня. Он трахал меня, заставлял кричать, шлёпал и исследовал моё тело руками. Но поцелуй? Я хотела знать, каков он на вкус.

Его тёмные брови изогнулись, а уголок рта приподнялся. На его щеке появилась ямочка, почти скрытая тёмной щетиной. Боже, он был так красив, и он был моим. Я не могла бы чувствовать себя более возбужденной, даже если бы старалась. Наверняка его штаны промокли насквозь, потому что моя киска сочилась на них. Чувствовал ли он жар моего зада на своих бедрах?

Я почти ничего не знала о Тарке, и он ничего не знал обо мне, а то, что он знал, было ложью. Но в сущности, нам даже не требовалось быть более, чем незнакомцами, потому что я хотела его с такой силой, которой никогда не знала, не чувствовала раньше. Я была похожа на наркоманов, которые приходили к нам в больницу, измотанные и отчаянно нуждающиеся в очередной дозе. Моё тело жаждало его тела. Я хотела снова испытать удовольствие, которое мог дать мне только он. Его запах был почти дразнящим, так же как ощущение его напряжённых мышц, то, как он смотрел на меня. Я не могла сомневаться в правильности выбора партнёра. Он был верным. Это влечение было настоящим.

Но ведь я здесь не останусь. Когда придёт время давать показания, я вернусь на Землю, а он будет на расстоянии бесчисленных световых лет от меня. Я вернусь в мир, где для меня никого нет. Никого, так подходящего мне, как Тарк.

У меня было около трех месяцев. Хоть мне и предстояло вернуться, это не означало, что я не могла воспользоваться всем, что мог предложить Тарк—даже если это означало наказание.

– Целоваться?—переспросил Тарк. Он на мгновение нахмурился. – Конечно. А у вас разве нет?

Я метнула взгляд в сторону, потом снова на него.

– Да, но ты никогда не целовал меня, поэтому я не была уверена.

Он вздохнул.

– Как я уже сказал, мы находимся на аванпосте Девять для встреч с советниками, что сильно препятствует моему желанию быть с тобой. Я не могу посвятить себя тебе, изучить твоё тело так, как я это сделаю, когда мы вернёмся во дворец. Ты думаешь, мне очень хочется быть с кучкой капризных и слишком самоуверенных мужчин, когда я мог бы быть с тобой, как сейчас?

Его руки переместились на мои бёдра и погладили их. Его движение натолкнуло мой клитор на его член, и я застонала. Это было очень горячо.

– Мне начинает нравиться звук, который ты издаёшь, – пробормотал он.

Он не сводил глаз с моего рта, и я облизнула губы.

Он сжал меня крепче, наблюдая за этим невинным действием. Ему это нравилось. Я сделала это снова, и он застонал.

– Ты плохая девочка.

Прежде чем я успела ответить, он наклонился вперед и овладел моим ртом. Для такого большого, сильного и властного мужчины его поцелуй был мягким и нежным. На несколько секунд, а потом всё изменилось. Поцелуй стал страшно чувственным, когда его губы завладели моими, и его язык погрузился так глубоко, что я ахнула от удивления. На вкус он был как вино и как испорченный, таинственный самец.

Он умел целоваться. Боже, еще как умел. Это было как когда разжигают огонь с помощью бензина, мгновенный взрыв. Яркий, жаркий и палящий в своей интенсивности. Меня целовали и раньше, но не так. Ко мне и раньше прикасались, но руки Тарка были такими большими, что я чувствовала себя защищенной, принадлежащей ему, присвоенной. И он прикасался ко мне только своими руками и ртом. Каково это будет, когда его член, не стеснённый штанами, натянет меня и заполнит?

Я протянула руку и обхватила его голову, боясь, что если я не удержу его каким-то образом, он может исчезнуть. Ощущение его тела было похоже на сон. На этот раз я бодрствовала.

– Я не… я не плохая девочка,—выдохнула я, а затем позволила ему снова овладеть моими губами.

Спустя неопределённое время он откинул голову назад и посмотрел на меня; его глаза были полузакрыты и темны, как полночь. Его губы блестели от моих поцелуев, а дыхание было таким же прерывистым, как и мое. Ошушение власти пронзило меня, что я могла сделать это с ним, заставить его… отключиться вот так.

– Убийство, – он сказал только одно слово, но этого было достаточно, чтобы напомнить мне, что для него я была очень плохой девочкой.

– Но…—я хотела сказать ему правду, что это было ложью, но он прикрыл мои губы пальцами.

– Красота. Зажигательность. Идеальная киска. Стоны удовольствия. Ты хорошо владеешь своими достоинствами.

Я не выдержала и улыбнулась в ответ.

– Моя власть, гара, над твоим наслаждением. Ты не можешь кончить, пока я не прикажу.

Это не должно было стать большой проблемой, потому что я и не могла кончить с мужчиной. То есть, я не могла кончить с мужчиной до него.

– Тарк…

– Господин, – тут его руки двинулись, чтобы поднять цепочку, которая болталась между нами, накрутили ее на палец, чтобы укоротить и притянуть меня ближе, пока наши губы не соприкоснулись. – Ты будешь называть меня господином, потому что, хотя твои достоинства и сделали мой член большим и твердым, как рог трандла, ты будешь делать то, что я скажу, когда дело дойдет до секса.

Его слова, хотя и были полны похоти, содержали в себе еще и приказ.

– Я единственный, кто может доставить тебе удовольствие, не так ли?—спросил он.

Он мягко потянул за цепь, и я зашипела, когда болезненное удовольствие пронзило клитор. Откуда он знал, что мне это нравится?

– Да… господин.

Его глаза расширились при слове, сорвавшемся с моих губ. Называть его господином оказалось не так страшно, как мне казалось. Я была врачом. Я была независимой женщиной, которая не считала никакого мужчину своим господином. Но когда я сказала это в отношении Тарка, всё было по-другому. Он, несомненно, был господином моего тела, и меня это устраивало в данный момент.

– Ах, может быть, ты всё-таки хорошая девочка. Давай посмотрим. Не кончай, гара. Пока я не прикажу.

В последний раз дернув за цепочку, он отпустил ее, а затем протянул руку между нами, чтобы погладить мою киску.

– Так горячо, так влажно. Положи руки за голову. Да, вот так. Теперь держи их там.

Я сцепила пальцы за шеей, выставив локти. В этом положении моя грудь тоже была выпячена наружу. Он, казалось, любил, чтобы я была связана, но на его коленях не было ничего, что могло бы связать меня. Заставлять меня оставаться в этом положении было всё равно что использовать невидимые узы, и моя киска сжалась при этой мысли. Я не могла ничего сделать, кроме как подчиниться Тарку.

Он немного поиграл со мной, его пальцы скользили по моим складкам, погружаясь внутрь и поглаживая—о, боже!—мою точку G. Он не задержался на ней, но принялся описывать пальцем круги вокруг моего клитора, мучая меня тем, что фактически не прикасался к нему, и только возбуждал меня больше и больше, пока я не готова была кончить, а потом убирал руку. Он делал это снова и снова. Я двигала бедрами навстречу его руке, но каждый раз, когда я так делала, он останавливался. Потом начинал снова. Застонав, я застыла на мгновение, пока не смогла больше сдерживаться. Мои пальцы начали скользить, но он поднял темную бровь, и я крепче прижала их к своей шее. Это была полноценная пытка, и выражение на лице Тарка—самодовольное удовлетворение—дало мне знать, что его доминирование было полным.

Каждая клетка моего тела кричала, требуя разрядки, и это было только от его умелых рук. Я точно умру, когда он меня трахнет по-настоящему.

– Пожалуйста, господин, – взмолилась я. Моя кожа была скользкой от пота, в горле пересохло, соски затвердели, а клитор пульсировал. Каждая часть моей киски жаждала члена Тарка.

Размещая свои руки на моих бедрах, он прошептал:

– Достань мой член.

Опустив руки, я нетерпеливо сделала, как он велел, отодвинувшись назад на его коленях, чтобы я могла просунуть руку между нами и расстегнуть его штаны. Неужели все мужчины на Трионе не носят нижнего белья или только он? Его член вырвался на свободу, высокий и прямой, и смазка просочилась из кончика. Мои глаза расширились при его виде.

Хотя я и ощущала его член, когда он трахал меня накануне, я его не видела. Я никогда не видела такой большой. Он возвышался, толстый, тёмно-красный, из островка тёмных волос. По всей длине пульсировали вздувшиеся вены. Его венчала широкая головка. Как это поместилось во мне?

Я крепко ухватилась за его основание—моя рука даже не сомкнулась вокруг него—и скользнула вверх, большим пальцем смахнув выступившую смазку. Я облизнула губы, гадая, каков он на вкус. Соленый? Мускуcный? Несомненно, чистый, без примесей, самец.

– Продолжай смотреть на меня так, и я кончу тебе в рот, а не в киску, – его голос был глубоким и грубым, как будто он едва владел собой. – Впусти меня в себя.

Его руки подняли меня так, что я нависала над ним именно там, где он хотел. Всё ещё сжимая его член, я опустилась так, что его головка уперлась в мой вход. По мере того как я опускалась все ниже, он начал натягивать меня, заполняя всё больше и больше.

Я положила руки ему на плечи, чтобы сохранить равновесие, и крепко ухватилась за него, как только полностью оказалась у него на коленях. Он вошел в меня до самого конца; его широкая головка касалась входа в мою матку. Я чувствовала себя растянутой и полностью заполненной. Жар и боль в моём теле только подчёркивали это.

Я вздохнула, наслаждаясь ощущением, потому что чувствовала себя… целой. Моя киска сжалась вокруг него, и маленькие волны удовольствия прокатились по мне. Стимсферы, которые он раньше ввёл, только сделали меня более чувствительной, и я острее ощущала каждое место, к которому он прикасался.

Глаза Тарка закрылись, и он скрипнул зубами.

– Фарк,—прошипел он, а потом схватил меня за бёдра и начал поднимать и опускать.

Я пыталась переместиться, тереться клитором о него каждый раз, когда он опускал меня вниз, но его хватка была слишком надёжной. Мне оставалось только чувствовать, как он приподнимает бёдра в противовес тому, как опускает меня.

Мои груди подпрыгивали и заставляли цепь двигаться, мои соски чувствовали покалывание и были напряжены; вес цепочки прибавлял к ощущениям, бегущим по моим венам, но этого было недостаточно, чтобы заставить меня кончить. Откуда этот мужчина знал, как подвести меня так близко к краю, но не столкнуть вниз? Никогда прежде секс не был таким напряженным. Наша кожа была скользкой от пота, дыхание—грубым и прерывистым. Влажные звуки траханья заполнили пространство, и я услышала собственный крик удовольствия, которое ощущалось только острее в сочетании с болью в моей воспаленной заднице, трущейся о его бедра. Аванпост находился непосредственно за хлипкими стенками и, без сомнения, все слышали,—и знали,—что мы делаем. Мне было всё равно. Мне важно было только быть с Тарком и позволять ему господствовать над моим телом. Неудивительно, что я никогда не кончала с другим мужчиной.

– Мы кончим вместе, гара,—прорычал он, и, клянусь, я почувствовала, как он разбухает внутри меня.

Он просунул руку между нами, прикоснулся к моему клитору, и всё это время его тёмные глаза удерживали мои.

Я не могла держать их открытыми, но его голос одёрнул меня.

– Нет, смотри на меня. Я хочу видеть твоё лицо, когда ты кончаешь, когда принимаешь мое семя.

Стенки моего влагалища сжались от его слов, и я кончила. Мои глаза расширились, почти от удивления, что я могла почувствовать такое, что этот мужчина мог дать мне это. Я закричала, и звук сорвался с моих губ. Я не могла его сдержать. Я ничего не могла сдержать. Когда я выгнула спину и опустилась на его бёдра, наслаждаясь, я видела, как Тарк сжал челюсти. Его щёки покраснели, и он зарычал. Сухожилия на его шее напряглись, и я почувствовала, как его член пульсирует, а его семя наполняет меня. Я знала, что моя киска сжимала его как кулак и почти вытягивала сперму из его тела, как будто нуждалась в ней, жаждала её.

Истощённая, я упала вперёд, и моя голова оказалась на плече Тарка, наши груди прижались друг к другу. Моя киска продолжала сжиматься и сокращаться небольшими толчками, и у меня не было желания двигаться. Тарк гладил своей большой рукой вверх и вниз по моей гладкой спине–судя по всему, он тоже не хотел двигаться.

Я не знала, как долго мы оставались в таком положении, но Тарк встал, всё еще глубоко погруженный в меня, пересёк палатку и положил меня на спину, нависнув надо мной. Он удерживал свой вес предплечьем. Густая прядь волос упала ему на лоб, и я отбросила её назад, хотя она сразу упала обратно.

– Эвелин Дэй, ты мне нравишься.

– Ева,—поправила я.

Он нахмурился.

– Меня зовут Ева, – для меня было важно, чтобы он называл меня настоящим именем, а не фальшивым, данным чиновниками моей тайной личности. Она не была мной. Ничто, связанное с Эвелин Дэй, убийцей, не имело ко мне отношения.

– Ева,—повторил он, словно пробуя имя на вкус. – Чем ты занималась на Земле?

Он нахмурился ещё больше, и морщина на его лбу стала глубже:

– Почему ты закатываешь глаза?

– Ты хочешь поговорить вот в такой позиции?

Тарк лежал на мне, погруженный в меня по самые яйца и накрывая меня, как тёплым одеялом. Его лицо находилось в нескольких сантиметрах от моего, паря надо мной и всматриваясь в меня с такой интенсивностью, что мне было трудно сосредоточиться. Я никогда не чувствовала себя настолько поглощённой. Такой ценимой. Так тесно связанной с другим человеком.

Он провёл рукой по моим волосам, и я подавила желание уткнуться носом в его сильную теплую ладонь.

– Что, с моим членом внутри тебя?

Я кивнула, опираясь головой о мягкий матрас.

Он усмехнулся, и мое сердце немного растаяло.

– Ничто не встанет между нами, гара. Кроме того, я хочу убедиться, что моё семя останется внутри и укоренится.

– Ты… ты хочешь ребёнка?

Мужчины, которых я знала до этого, не были заинтересованы в детях в принципе.

– У меня противозачаточный имплант.

Он покачал головой.

– В процессе твоей обработки он был удалён. Помнишь зонд?

Как я могла забыть?

– Он подтвердил, что ты плодовита и способна к размножению. Ты не хочешь ребёнка?

Я пожала плечами, посмотрела на курчавые волосы у него на груди, провела по ним пальцами. Они были мягкими и шелковистыми, и я чувствовала под кончиками пальцев биение его сердца.

– Хочу, но на Земле у меня не было подходящего мужчины. Я допускала, что у меня когда-нибудь будут дети. У тебя было больше времени, чтобы обдумать это,—добавила я.

– Да, было. От меня требуется произвести на свет наследника.

Я напряглась под ним, недовольная тем, что меня считают всего лишь средством для производства его потомства.

– Не сердись, Ева. Я тоже хочу ребенка, маленькую девочку, похожую на тебя, с рыжими волосами и всем прочим. Возможно, не такую своенравную, потому что если в этом она будет похожа на свою мать, она станет моей гибелью.

Я ухмыльнулась в ответ на его игривую колкость. Я не могла не порадоваться его словам.

– Разве тебе не нужен мальчик, чтобы продолжить династию или что-то в этом роде?

Он покачал головой, проведя пальцем по моему плечу и наблюдая, как по нему бегут мурашки. Я чувствовала, как они появляются на моей коже.

– Нет. Это не имеет значения.

Его сосок представлял собой плоский диск, чуть темнее, чем остальная часть его кожи, и я провела по нему ладонью. Он положил свою руку поверх моей, и я подняла на него глаза.

– Что… что ты у меня спрашивал? – я ведь так и не ответила, потому что отвлеклась.

– Чем ты занималась на Земле? Убийство ведь не было твоей профессией.

Я напряглась под ним, и мои колени прижались к его бёдрам.

– Я была… Я врач.

Его тёмная бровь взлетела вверх.

– Как Брон?

– Я не знаю его специальности, но думаю, что да. Я практиковала неотложную медицину.

– Впечатляюще,—ответил он.

– Судя по тому, что я видела, Трион может быть более развит, чем Земля. Похоже, у вас есть целый набор полезных инструментов.

– А, ты имеешь в виду зонд?

Я сглотнула, вспомнив, что заставило меня почувствовать это устройство.

– Уверяю, что на Земле нет ничего подобного. Если бы мы имели это, отделение неотложной помощи было бы переполнено.

Тарк усмехнулся.

Казалось, он был настроен на разговор, но не собирался вытаскивать свой член из меня.

– Ты родился Верховным советником или был избран?

– Эта должность стала моей после смерти отца. Я передам её своему первому ребёнку.

– То есть, у вас монархия.

– Да. Монархия, – он попробовал это слово. – Как я уже говорил, есть и другие, которые хотят свергнуть меня, править по-другому. Многие привыкли к более жёстким обычаям и хотят, чтобы они были введены во всех регионах. У меня более… гибкий подход, который, я надеюсь, допускает разнообразие обычаев по всей планете.

Помимо того, что он был потрясающим любовником, он был лидером и дипломатом.

– Связь с убийцей, вероятно, не сделает тебе чести.

Наверняка он встречал людей, которым бы я не понравилась из-за моего мнимого прошлого.

Он издал неопределённый звук, потянулся вниз и провёл рукой по цепочке между моими грудями.

– Ты собираешься убить меня?

Его взгляд следовал за его пальцами.

– Нет, – я вдохнула воздух, когда он начал осторожно дёргать за цепочку, так что она потянула сначала за кольцо в первом соске, потом во втором. – Разве ты не хочешь знать, что я сделала?

– Расскажешь в своё время. А пока…—при этом он слегка шевельнул бёдрами и я почувствовала, как он двигается внутри меня. Его семя облегчало ему путь. – Еще раз,—прошептал он, двигая бёдрами.

Мои глаза расширились, когда я почувствовала, каким твердым он был—он хоть когда-нибудь опадал?—и как я тоже хотела этого.

Его сперма вылилась из-за его движений и просочилась вниз между моих ног и на одеяло подо мной.

– Господин,—прошептала я, когда он чуть отодвинулся, а затем скользнул обратно. Он был больше, чем зонд, который он использовал на мне. Горячее. Он был более искусен в обращении со своим членом, и моё тело ответило взаимностью.

Он ухмыльнулся, явно довольный одним этим словом, и снова повел нас обоих вверх и через край.