– Гублерух. – с ужасом в глазах прошептала она.

Я не понимал, что происходит, почему у меня онемели ноги и что такое гублерух. По корпусу сатикса начало скрежетать с разных сторон и немного покачивать аппарат. Пугающие звуки давали понять, что под нами что-то очень огромное и опасное. После минут пяти штурма нашего укрытия всё успокоилось, и лишь песок, ссыпающийся по корпусу аппарата, разбавлял полную тишину. Мы замерли и не шевелились, опасаясь, что любой шум может вернуть атакующего. Спустя пару минут с одной стороны через щели корпуса внутрь начали просачиваться прозрачные волоски, пытаясь нащупать что-то живое. Тави в панике схватилась за копьё, и уже почти выстрелила, но я её остановил. Оторвав кусок своей футболки, я начал искать маслёнку, которая служила поилкой геккончика. Откопав её, я пальцем показал Тави на лежащую рядом с ней железную палку, похожую на какой-то ключ. Смастерив из этих трёх предметов факел, откопал в рюкзаке маленький набор выживальщика, где были упакованы охотничьи спички. Запалив наследство Прометея, я начал размахивать факелом перед собой, опаливая волоски, подбирающиеся ко мне. Тави, увидев успех моей идеи, выхватила у меня факел и бросилась с ним в бой. Зашипев и запищав, атакующий начал подниматься на поверхность, царапая корпус. Когда эта трёхметровая тварь показалась на поверхности и неуклюже закрутилась на песке перед сатиксом, у меня появились смешанные чувства – страх переходящий в умиление. А умиление возникло потому, что это был огромный майский жук с копной волосков, торчащих из его спины. Мне вспомнились весенние шалости моих коллег в лаборатории, когда они, как дети, запускали в комнате маленьких безобидных жуков, подобранных на улице, выплескивая кучу положительных эмоций и радуясь приходу весны. Сомневаюсь, что они обрадовались бы, увидев такую зверюгу.

Раздался резкий хлопок, после которого жук остановился и начал медленно опускаться на песок. Что произошло, мы не поняли и опять начали вслушиваться в тишину. За стеклом сатикса показалась очень знакомая мне механическая клешня, которая стучала по корпусу. Голос, который последовал за стуком, подтвердил мою догадку.

– Есть кто живой внутри?

– Да! – закричал я.

Знакомое шрамированное лицо появилось за стеклом следом за клешнёй. Стащив с лица платок и разглядев нас, спаситель расплылся в улыбке.

– Наг! Это ты!

Помахав руками, я пополз к люку. Тави, поняв, что мы знакомы, открыла люк и начала активно откапывать обвалившийся песок. Исчезнув из вида, Наг начал чем-то постукивать по корпусу нашего колеса, но какие действия он производил нам видно не было. Спустя пару минут появился очень сильный механический свист, как будто рядом взлетал реактивный самолёт. Корпус сатикса затрясло и он начал медленно двигаться. Я успел схватить Тави за руку и втащить её внутрь, не дав утонуть в песке. Что же за аппарат подцепил Наг, чтобы сдвинуть такую тяжёлую махину. Спустя минут десять наш сатикс был освобожден и лежал на песчаной поверхности. Тави, поняв, что мы выбрались из песчаного плена, дернув за рычаг, выдвинула одно опорное колесо в стону, чем приподняла половину сатикса над поверхностью песка. Сразу стало как-то легче.

Я очень захотел увидеть нашего спасителя, только вот парализованная половина тела немного мешала мне это быстро осуществить. Тави, открыв почти выломанную дверь, помогла мне спуститься на песок и выбраться из-под сатикса.

– А ты молодец, что живой, хоть тебя немного и потрепало. – прозвучало из кармана.

У нашего колеса стоял и ждал, когда мы выберемся, Наг. Схватив меня своей механической клешнёй за ногу и подняв перед собой, он достал из портупеи две капсулы красного цвета и откусил на них защитные колпачки. Тави как только не пыталась напасть на охотника в попытках освободить меня из его клешни, но все её старания были бесполезны. Как мышка перед слоном она прыгала, пытаясь отбить меня, но Наг с полной невозмутимостью в лице ввёл мне противоядие и, перевернув, поставил на ноги. Выглядело это так, как будто он не заметил мою телохранительницу.

–Ты всё ещё говоришь через эту коробочку? Учи язык и не полагайся на чудо. Я рад, что ты жив и нашёл смелых друзей. – кивнул в сторону напарницы Наг.

– Спасибо, что спас нас. Я тоже рад тебя видеть, как ты здесь оказался?

Тави, устав и бросив попытки напасть на великана, подхватила меня, чуть стоящего на дрожащих ногах. Поняв, что он друг и зла нам не желает, извинилась и поблагодарила его за помощь.

– Я вёз в небесный город очередную добычу на продажу и увидел, как гублерух угрожающе кричит, а значит, он ещё не сожрал своих жертв. Вот я и поспешил на помощь, тем более за тушку такого экземпляра меня хорошо отблагодарят в небесном городе. Но я никак не ожидал встретить тебя здесь, я тебя недооценил, ты крепче и сообразительнее чем мне казалось.

– Спасибо, что верил в меня. Мы тоже направляемся в Сигелион, только в нижний город. Ты можешь взять нас с собой? Нам очень нужно туда попасть.

– С удовольствием бы помог, но я направляюсь в верхний город, за моим местоположением постоянно ведётся наблюдение, и если я отклонюсь от курса или поставленных задач, то меня могут разобрать на запчасти. А путь в нижний город мне вообще закрыт, там есть запретный рынок, где я бы мог сдавать свою добычу раз в десять выгоднее, но мои интересы и интересы учёных сильно отличаются. Вот они и ввели мне разные ограничения в обмен на свои услуги ремонта. Я на половину механический и ремонт произвести сам себе не могу.

– А что это за гублерух такой? Моя подруга его очень испугалась.

– Этот паразит обитает в песках, где очень хорошо научился закапываться и прятаться. Мне жаль того бедолагу, который без оружия встретит этого монстра в пустыне. Да и оружие не всегда поможет. Гублерух ползает под песком на глубине метра, и поразить его довольно сложно, а выползает на поверхность чрезвычайно редко. Подползая к добыче, он выпускает тонкие прозрачные волоски, которые парализуют, оставляя жертву в сознании, и через какое-то время яд размягчает плоть. После чего это чудище высасывает жертву, и это очень страшное забвение. Выражение «чтоб тебя лизнул гублерух» на Гуларе звучит как ругательство и пожелание страшной кончины.

Охотник своей невозмутимостью и силой напоминал мне одного персонажа из книг детства, только тот был седовласым и носил два меча, один из которых был серебряным. Наг был напичкан сюрпризами и под плащом скрывал много разного оружия и приспособлений для вылова самых разнообразных тварей. А уж транспорт его был произведением искусства – плита два метра длинной и в половину метра шириной, которая летала на реактивной тяге. Мощности её было вполне достаточно, чтобы поднять в воздух наш сатикс. Этим мы и занялись сразу после того, как противоядие подействовало и я твёрдо стоял на ногах.

Закрепив четыре тонкие нити на нашем транспорте, Наг как марионетку приподнял своей летающей доской сатикс. Я был очень поражён тем, что нити не больше двух миллиметра толщиной с лёгкостью выдержали вес нашего аппарата. Тави выставила второе опорное колесо, и транспорт был установлен в рабочем положении. Она активно приступила к ремонту колеса, ну а я остался провожать нашего спасителя.

– А она надёжный и верный друг. Это большая редкость на Гуларе, береги её. Как тебе моё копьё, пригодилось хоть раз?

– Оно пару раз спасало мне жизнь. На Гуларе меня часто хотят сожрать, поймать или убить.

– Ничего удивительного, более сильный хищник поедает слабого. Ну, раз пригодилась моя безделушка, то у меня для тебя есть ещё один подарочек. Мне модернизировали мою руку, и эта безделушка теперь мне без надобности, а тебе может и пригодиться.

Наг достал из-за пояса какой-то механизированный наруч и кожаную сумочку в придачу. Для чего это было нужно и какие функции выполняло, я не особо понял, но поблагодарил охотника за подарок. Он закрепил поверх клетки, в которой буксировал свою добычу, тушку гублеруха, надёжно притянув ремнями. Я ещё раз предложил ему поехать вместе в город, но снова получил отказ. Вставая на свою доску, он сказал мне:

– Учись разговаривать на языке Гулара. При следующей встрече я хотел бы разговаривать с тобой без маленькой коробочки. А я надеюсь, мы вскоре встретимся.

Щёлкая, механизм, который заводит его летающую доску, не сразу сработал, и доска завелась не с первого раза. Затем, когда двигатели засвистели, я чётко услышал от него фразу, которую он пробормотал себе под нос. Махнув рукой, он скрылся за ближайшим барханом, не дав мне опомниться. Фраза была короткой, но услышав её, покой я потерял. А сказал он:

«Damn piece of iron»

Этого земного языка я не слышал с последней встречи с профессором, да и тот во время раскопок говорил со мной на русском. Кто он и откуда он знает эту фразу, так уместно применяя её в жизни. Мне нужно обязательно снова с ним встретиться.

От растерянности крепко сжав в руках подарки Нага, я пошёл к Тави. Хоть я ничего и не понимал в ремонте гуларовской техники, но интуитивно догадывался о принципах работы ремонтируемых деталей. Поэтому принял активное участие в постановке нашего аппарата на рабочую колею. К вечеру все механизмы работали исправно, и сатикс был готов к дальнейшему путешествию. Решив отправиться утром, мы закрыли дверь и устроились на ночёвку в удобных креслах сатикса.

Глава 16. Ворота большого города открыты не для всех.

Очередная встреча в царстве Морфея не заставила долго себя ждать. В этот раз девушка, сидящая взаперти, обращалась ко мне по имени и как будто знала меня очень хорошо. Сама представилась она как Мезавита, древняя. И рассказала, что её уже неисчислимое количество лет удерживают под замком. Она объяснила, что долгое время пыталась установить связь со мной и знала о моём существовании. А так как я приближаюсь к месту её заключения, она может установить более четкую связь. Заскрипев дверью, охранник вновь прервал мой сон, и,проснувшись и открыв глаза, я увидел, что мы уже в пути. Тави, как только проснулась, схватилась за рычаги, и уже час держала курс на Сигелион. Я спал так крепко, что не услышал, как она запустила колесо. Взбодрив себя после сна, я поинтересовался у Тави:

– Изучая древних, ты в связках натыкалась на информацию о способностях, которыми они обладали?

–О, ты проснулся. Крепкий у тебя сон, спал как будто в капсуле покоя, никаким шумом тебя не разбудить. Конечно мне это известно, об этом знают все на Гуларе, даже маленькие лерки и ларыки. В самых первых связках, что изучают жители Гулара, рассказывается о силе и могуществе древних. Они создавали метаксови управляли ими, разговаривали друг с другом на расстоянии без каких-либо приборов. Могли заглянуть в пространство и время, управлять временем, подчинять любые погодные явления. Сила их знаний была безгранична.

–Видимо границы всё же были, если они исчезли. А ты слышала что-нибудь про древнего по имени Мезавита?

–Где ты слышал это имя? Это последняя известная из древних, записи о которой исчезли из всех книг. Информация сохранилась только в одной единственной связке, и та находится в личной коллекции мудрецов. Про неё мало кому известно, я слышала это имя только потому, что обучалась научному поиску.

–Я пока сам не понимаю, разные вещи всплывают в моей голове, и я не особо понимаю, что с этим делать.

–Нам нужно к Ванрусу, надеюсь, он сможет собрать всё в одно целое.

Я решил не говорить Тави про видения в моих снах, по крайней мере, до тех пор, пока сам не разберусь в реальности происходящего. Наша главная задача сейчас – это добраться до всезнающего Ванруса, и я думаю, задачка будет не из простых.

За разговорами с Тави незаметно пролетела половина дня, и в облаках на горизонте начали виднеться остроконечные парящие башни. Сказочный, парящий в облаках замок переливался на солнечном свете золотом. Под парящими домами находилась узкая и высокая гора, на которую как будто опирался небесный город. При приближении к Сигелиону на горе стали виднеться множество маленьких домиков, которые обсыпали всю гору живыми кучками. Сказочный город хоть и манил своим видом, но путь наш лежал чуть дальше, в более мрачные по виду улицы.

Нижний город находился у подножья горы и располагался так, что гора почти на целый день закрывала его своей тенью, одаряя трущобы солнечным светом лишь на пару часов. С другой стороны наземного города находился скалистый берег моря, угрюмо оббивающего камни сильной волной.

Вокруг небесного города летали дирижабли разных форм и размеров, над остриями башен виднелись очертания воздушныхшаров, небольшие летательные аппараты разнообразных конструкций курировали вверх и вниз по горе. Над городом у подножья горы висели два воздушных шара, которые тусклыми прожекторами изредка пробегались по улицам, и только тусклый свет низких домиков свидетельствовал о присутствии жизни в таком мрачном месте.

Мы почти приблизились к первым домикам Сигелиона, как Тави повернула наш транспорт к побережью и помчала сатикс вдоль берега.

–Нам нужно спрятать украденный аппарат, и приберечь его на экстренный случай. Я, когда обучалась в научной башне, иногда убегала с соседкой по ларю к подножью горы – посмотреть на большую воду. И однажды, при очередной такой вылазке, я наткнулась на расщелину в горе, где мы сможем спрятать сатикс.

Прибавив скорости, напарница летела вдоль берега к местам, которые ей были знакомы, уворачиваясь от освещённых пространств и стараясь не привлечь внимания к аппарату. Наконец мы добрались до огромной расщелины в подножье горы, куда с лёгкостью можно было загнать аппарат. Одевшись и собрав вещи, мы выбрались в прохладу пещеры, где бодрящий влажный морской воздухзаряжал энергией. Мы направились к окраинам города, по дороге обдумывая план, с чего начать наши поиски. Тавидвигалась немного подпрыгивающим лёгким шагом, по ней было видно, что чем ближе мы к цели, тем бодрее и живее она становилась.

Мы добрались до первых домов нижнего города, где мое внимание сразу привлекла первая находка, сидящая во дворе дома. Это был человекообразный, механический, заржавелый кусок железа, который спал вечным сном, обнимая что-то, похожее на железную гитару. Проходя по улице, мы видели много сломанных мехов. Они как будто специально были расставлены вдоль домов, и создавалось впечатление, что город наполнен людьми. Но на самом деле, блуждая по тёмным улочкам, мы не встретили ни одного лерка или лерыка. Только разноцветные ящерки кислотных цветов изредка попадались на глаза.