Мои страдания прервал звонок телефона. С неизвестного номера настойчиво требовали выйти на связь.

— Да! — ворчу неприветливо.

— Серебряная, надевай свои подковы и дуй на Банковую! — раздается хриплый голос Хрусталя.

Короткие гудки нагнали паники еще больше, чем сам голос седого парня. Было такое чувство, что каждое слово дается ему с болью. Твою мать! Начинаю экстренно собираться, натягивая джинсы на худой зад. Прихватив ключи от материной машины, скатываюсь с лестницы за считанные секунды. Тревога бьет, вытесняя все остальные мысли из головы. Только бы с ним ничего не случилось! Мчусь, не различая знаки…

— Игорь! — с воплями раненного дракона залетаю в кабак на окраине города.

Сюда нормальные люди в здравом уме не сунутся. Но я, как Дункан Маклауд, расталкивая всех на своем пути, прорываюсь внутрь заведения. Пахнет дымом сигарет, потом и смертью. Завалившиеся тела с пулевыми — текут кровью. Прусь, переступая через преграды, и продолжаю звать Тумана. Сука, если ты жив, я сама тебя грохну!

Адреналин зашкаливает. Кто-то хватает меня за ногу, и я валюсь на пол, взвыв от того, что осколки стекла распарывают кожу на руках. Вовремя свалилась! Грохнул выстрел, потом еще один. Надо сказать «спасибо» мужику, который уронил. Глаза Цыгана смотрят в вечность. Это был его последний жест в жизни. Выдыхаю, чтобы не взвизгнуть. Стоны раненых тел. Кто-то мелькает, прячась за столы и барную стойку. Рука стриптизерши свесилась с подиума, капая алым… Собирая все известные маты, пытаюсь отползти к стене. Мне удается продвинуться на полтора метра. Дикая, странная атмосфера. Все еще звучит музыка. Певец, прокуренным голосом, вещает про судьбу воровскую, где пророчеством: «лучше пуля, чем срок». Аркан даже с отверстием между глаз выглядит устрашающе. Он будто присел «на дорожку», оскалившись. Единственное тело, которое все еще сидит среди хаоса и перевернутой мебели.

Почему сейчас? Слишком рано! — пытаюсь понять происходящее.

В руке у бывшего главаря мафии зажат пистолет — он становится маяком для меня. Поднимаюсь. Короткими перебежками долетаю до Аркана. Вырвав из его рук пистолет, пригнувшись, использую тело упыря, как щит. Свой, чужой. Не понятно ни черта! Сквозь полутемень различаю светлую голову Хрусталя. Парень тоже меня видит и, понимая, что хочу перебежать к нему, мотает головой «не надо». Где Туман? — воспроизвожу губами. Хрусталь понимает меня и мотает головой в сторону входа в служебные помещения. Киваю, что поняла.

Накатывает дикий страх. Дверной проем мне кажется тесным. Успею или нет? Сцепив зубы, метнулась белкой. В темноте коридора моргает лампа аварийного освещения. Продвигаюсь, перебегая за ящики.

— Щенка найти! Только попробуйте его упустить!

Вижу три фигуры. С оружием в руках они шныряют, заныривая в боковые двери. Пытаюсь слиться со стеной, прижимая к себе пистолет. Как из него стрелять — я знаю. Слышу приближающийся топот и снимаю с предохранителя.

— Опачки! — возглас над головой. — Смотрите, че я нашел!

Поднимаю глаза. Надо мной склонился амбал, рассматривая, как нечто интересное. Во рту у меня, как в Сахаре. Голос не слушается.

— Отдай пукалку, малышка, поранишься еще, не дай Бог, — большая лапа тянется ко мне.

Хлопок, заложивший уши. Хрюкнув, мужик заваливается прямо на меня. Снова пальба. Крики. Мускусный запах тяжелого мужского тела, вызывает тошноту…

— Лиля? — родной до боли голос приходит с глотком свежего воздуха.

Белая рубашка в крови. На руках отбитые костяшки кровоточат. Он вытирает пот со лба и пытается осмыслить, что я здесь делаю.

— Помоги! — пыхчу, отталкивая тело амбала.

Туман рывком поднимает меня с пола и прижимает к себе.

— Я что, убила его? — шелест губ. Не хочу туда смотреть, где этот человек лежит.

— Тут выбор простой: либо ты их, либо они тебя. Забудь!

Взяв за руку, ведет за собой, осторожно осматриваясь. Путь свободен.

— Свои! — успевает крикнуть Игорь, едва мы попадаем под прицел оставшихся в зале.

Мужчины кивают и опускают оружие.

— Там Хрусталь! — показываю в угол, где последний раз видела друга Тумана.

— Братуха, ты как? — тормошит седого за плечо.

Возможно сверхчутье тогда обострилось, или увидела что-то в стеклянных провалах глаз Хрусталя… Кинувшись на шею Тумана, чувствую резкую боль между лопаток. Пытаюсь вздохнуть и не могу… Только синие звезды становятся темными и его зов: «Лиля, нет!»