В субботу Агафонову позвонил тесть.

— Приезжайте завтра к обеду! Я познакомлю тебя с интересным человеком.

Заинтригованный Агафонов со всем семейством прибыл к указанному времени к родителям жены. Борис Егорович, отец супруги Агафонова, отделил зятя от семьи и увел в свой рабочий кабинет, который изначально был детской комнатой. После того как дочери покинули родительский дом, тесть Агафонова переделал освободившуюся комнату в кабинет, в котором писал в партийные журналы заумные статьи.

Гостю Бориса Егоровича было лет семьдесят, а может, немного больше. Агафонов плохо определял возраст человека по его внешнему виду. Гость был холеным мужчиной с благородными чертами лица. Он носил профессорскую бородку с проседью, был аккуратно подстрижен. Судя по смуглой коже и разрезу глаз, предки гостя были родом из южных республик СССР.

— Знакомься: Аслан, — представил гостя тесть.

— Как вас по отчеству? — спросил Агафонов.

— Никак! — засмеялся гость. — У нас отчеств нет. Во всяком случае, сегодня я не желаю никакого официоза. Зови меня просто Аслан.

На Аслане был деловой костюм, рубашка, шелковый галстук. Костюм сидел на нем безупречно. Чувствовалось, что сшили его в ателье по индивидуальному заказу из лучшей заграничной ткани.

— Что вас интересует, мой юный друг? — спросил Аслан.

Выслушав Агафонова, он засмеялся.

— Стоит мне настроиться на дружеские посиделки, как мне тут же задают вопросы про Хрущева, про коммунизм и кукурузу. Исключительно из уважения к вашему семейству я расскажу, почему к установленному Хрущевым сроку коммунизм не наступит.

— Я получил повышение по службе, и мне придется проводить политзанятия, — стал оправдываться Агафонов, но гость жестом его остановил.

— Не надо лишних слов! — сказал Аслан. — Узнать, почему коммунизм не наступит в ближайшее время, — это нормальное желание человека, который интересуется внутренней политикой нашего государства.

Тесть Агафонова принес в кабинет бутылку коньяка, блюдечко с тонко нарезанными ломтиками лимона, вазочку с оливками и поломанный на дольки темный шоколад.

— Угощайтесь! — предложил он.

Мужчины выпили, закрыли дверь в гостиную поплотнее, открыли форточку, дружно закурили.

— Чтобы понять, почему коммунизм в СССР не наступит в тысяча девятьсот восьмидесятом году, нужно поговорить о теории коммунизма и уделить внимание частностям, — начал Аслан. — Что такое частности? Представь, что ты сидишь на лекции о вреде алкоголизма. Лектор говорит: «Злоупотреблять спиртными напитками нельзя!» Ты поднимаешь руку и спрашиваешь: «Злоупотреблять нельзя, а сколько можно выпить без вреда для здоровья?» Вот это «сколько» и есть частность, без которой вся лекция выеденного яйца не стоит. Ты изучал научный коммунизм в институте? Что вам рассказывали об обществе будущего?

— При коммунизме будет бесклассовое общество, все будут равны. Продукты и вещи будут бесплатными. Всеобщее изобилие наступит после широкого внедрения автоматизации, химизации и роботизации производства. Преступность исчезнет, все люди станут сознательными. В обществе будет действовать принцип: «От каждого — по способностям, каждому — по потребностям».

— Обычно преподаватели научного коммунизма, такие как в недалеком прошлом твой тесть, рассказывают о тракторах, которые с помощью ЭВМ сами пашут землю, без участия человека.

— Аслан, — перебил гостя Борис Егорович, — я рассказывал студентам ровно то, что вы писали в своих методичках.

— Не о тебе же речь идет, а о подходе к делу! Не мешай мне работать с подрастающим поколением. На чем мы остановились? На тракторе? Трактор, которым управляет ЭВМ, — это картинка из коммунистического будущего, это общее. Но есть и частности: какая будет мощность двигателя у трактора, где изготовят ЭВМ для управления им, кто ее будет программировать. Если отбросить общую картинку и задаться частностями, то становится понятно, что чудо-трактор мы увидим не скоро. Коммунизм, как самое передовое на свете учение, нельзя понять, если не вдаваться в частности. Когда начинаешь их изучать, то появляется много вопросов. Еще во времена Маркса среди его ближайших сподвижников стали обсуждать два еретических учения о коммунизме. Это так называемая теория кольцеобразного развития и учение о государственном коммунизме. Оба этих учения противоречат фундаментальным положениям марксизма, но о них стоит поговорить. Кстати, Маркс не всегда был прав. Он утверждал, что социализм можно построить только после пролетарской революции. Ошибался. Вторым социалистическим государством стала Монголия, в которой никакого пролетариата не было. Революцию в Монголии совершили скотоводы, а не заводские рабочие. Итак, частности! Представь, что коммунизм победил на всей планете Земля и наступило общество всеобщего благоденствия. Всю работу за человека делают роботы. Ты проснулся, открыл рот, и робот тебе хоть коньяка в него нальет, хоть красной икры ложку предложит.

— Коньяк не нальет, — возразил Борис Егорович. — При коммунизме люди не будут употреблять спиртное, сладкое, жирное, копченое и соленое. Курение табака будет под запретом. Вернее, люди сами откажутся от этой вредной привычки.

— Я не хочу жить в таком обществе, — честно признался Агафонов.

— Тебя, мой друг, никто не спрашивает, что ты хочешь, а что — нет, — продолжил Аслан. — Развитие истории идет своим ходом, без оглядки на отдельных индивидуумов. Итак, ты открыл рот, и тебе робот положил в него капустный лист и кусочек морковки. Ты поел и взялся рисовать или сочинять стихи, потому что заняться тебе больше нечем — всю работу делают за человека роботы. Тебе не надо заботиться ни о хлебе насущном, ни о том, что надеть перед выходом на улицу. Моды не будет! Мода — это эксклюзивные вещи, которых у других людей нет. При коммунизме дефицита одежды не станет, и каждый сможет бесплатно взять в магазине то, что захочет. Государства нет! Коммунизм воцарился на всей планете. Границ нет. Ты можешь в любой момент сесть на самолет и полететь хоть в Лондон, хоть в Париж, но что тебе там делать? Там живут такие же люди, носят такую же одежду и жуют те же капустные листы. Раз, два ты съездишь, посмотришь на местную архитектуру и плюнешь на это дело. Зачем зря тратить свою бесценную жизнь на осмотр нью-йоркских небоскребов, если их у тебя в городе будет полно? Ты останешься в Сибири, я буду сидеть в Москве, англичане — в Лондоне, а немцы — в Берлине. Что получится? Общинный строй. Община будет необходима для принятия некоторых решений. Например, как назвать новую улицу или где построить новый кинотеатр. Наши решения от соседних общин не зависят. Мы будем с каждым годом все больше и больше обособляться друг от друга. Мы будем жить в «высокоразвитом общинном строе». Теперь о ереси. История человечества знает пять общественно-экономических формаций.

Аслан показал Агафонову ладонь с растопыренными пальцами, чтобы тот наглядно понял, что этапов развития человеческой цивилизации было пять, а не три и не восемь.

— Это, — продолжил гость, — первобытнообщинный строй, рабовладельческий строй, феодализм, капитализм и социализм. Социализм на данном этапе отличается от капитализма только собственностью на средства производства. У капиталистов все принадлежит частному капиталу, у нас — государству. Советский Союз является общенародным государством, то есть все заводы и фабрики принадлежат всем гражданам СССР. Развитие человеческой цивилизации идет в соответствии со вторым законом философии, спиралеобразно вверх. А всегда ли оно будет идти вверх? Не изменит ли коммунизм его движение? Так возникла теория кольцеобразного развития. В соответствии с ней коммунистический общинный строй сомкнется с первобытнообщинным строем, но уже на новом технологическом уровне. У нас вновь станут общими женщины и дети, так как Маркс предсказал отмирание семьи в ее нынешнем понимании. Но история не стоит на месте, и если она движется в соответствии с законом отрицания отрицания, то за общинным строем неизбежно наступит рабовладельческий. Кто будет в нем рабами — неизвестно. Может быть, нас поработят домашние роботы, а может быть, мы начнем завоевывать соседние общины. Теория кольцеобразного развития спорная, но она имеет право на существование, так как второй закон философии отменить нельзя. Ты все запомнил? Поехали дальше. Вернемся к трактору, который без участия человека пашет землю. Трактор вспахал землю, посеял зерно. Автоматизированные комбайны убрали его, роботы смололи из зерна муку и выпекли хлеб. Вопрос: сколько булочек и батонов надо испечь, чтобы на прилавках хлеб не залеживался и не черствел? При коммунизме люди останутся людьми. Кто-то сегодня съел две булочки, а завтра не будет есть ни одной — начнет худеть или уедет в другой город. Как вычислить объем необходимой продукции? Каждый день всех жителей на планете опрашивать, кто что желает съесть на завтрак? Кто будет обобщать эти сведения? ЭВМ? А если у нее случится сбой, то целые города останутся голодными? Для планирования потребностей населения нужен будет Госплан, то есть орган государства, которого при коммунизме быть не должно. Если проанализировать дальнейшие возникающие частности, то окажется, что нужны будут министерства транспорта, образования. Нужен будет некий всепланетный отдел кадров, который займется подбором лучших специалистов для управленческой деятельности. Иными словами, государство, которое должно отмереть, останется, и во главе его будет или единоличный руководитель, или небольшой коллегиальный орган. Если рассматривать коммунизм как картинку с трактором, который пашет сам по себе, то все будет гладко и благостно, но если задуматься о частностях, то появляются ереси.

— Роботы когда еще будут! — сказал Агафонов. — На первом этапе трудиться будут люди.

— Да какая разница, кто будет землю пахать: люди, роботы или обезьяны! — не согласился Аслан. — Если есть народное хозяйство, то должен быть орган управления им. Функции управления выполняет государство. Все, точка! Никуда от него не уйти. Ты не согласен? Зайдем с другого конца. С первых дней человеческой цивилизации появилась профессия «учитель». Она была, есть и будет, пока существует род человеческий. Без учителей ни одна цивилизация развиваться не станет. Теперь ответь мне на простой вопрос: кто при коммунизме будет определять, сколько нужно построить школ и сколько нужно вчерашних школьников отправить в институты осваивать профессию учителя? А если никто из выпускников вузов не захочет пойти в школу преподавать, а все будут рисовать картины? Что тогда? Тогда, само по себе, для сохранения и развития цивилизации появится государство — орган принуждения и планирования, и оно направит в школы и институты нужное количество молодых людей. Маркс, при всей его гениальности, в частности не вдавался и дальше трактора без человека перспектив не видел.

— Мужчины, пора к столу! — позвала теща Агафонова.

— Пошли, пошли! — поддержал жену Борис Егорович. — А то мы с этим трактором обед пропустим. Маркс обед никогда не пропускал и нам не советовал.