Иногда женщинам гарема удавалось достичь высочайшего положения и встать во главе огромной империи, благодаря своей красоте, уму и необыкновенной силе характера.

Одной из них была грозная императрица У-Цзэтянь (У Чжао), скончавшаяся в 705 году в возрасте 81 года. Ее восхождение началось с того, что, назначенная наложницей самого низкого ранга, она прислуживала в императорском туалете. Обязанности были просты — стоять рядом с императором, когда он справлял нужду, и держать чашу с водой, где он мог бы немедленно ополоснуть пальцы. В том, что женщина находилась в столь интимном месте, не было ничего необычного. В Древнем Китае без особой стеснительности «отдавали дань природе». В туалетах принимали друзей, ученые занимались в них своими научными трудами, а прекрасная У Чжао нашла свое счастье. Она приняла там «дождь и туман» от императора, после чего получила повышение, стала наложницей третьего ранга и из императорского туалета была переведена на службу непосредственно во дворец. Красотой У Чжао был пленен и наследный принц Гао-Цзун, с которым она вступила в тайную связь. Когда император скончался и наследный принц, как и ожидалось, был возведен на трон Дракона, У Чжао с обритой головой была отправлена в буддийский монастырь. Таков был обычай, согласно которому новому императору запрещалось брать в наложницы женщин из гарема своего предшественника. Но влюбленный император заставил министров отменить его и освободить возлюбленную из монастыря. Красавица У Чжао вновь оказалась во дворце и, подарив императору сына, добилась высокого ранга супруги императора. Но у Сына Неба была императрица, а честолюбие У Чжао не имело границ. Она убила своего ребенка и заявила, что его гибель на совести императрицы и еще одной фаворитки. Женщин заключили в тюрьму, и У Чжао могла торжествовать: в 665 году Гао-Цзун провозгласил ее императрицей. Но главная дама Поднебесной продолжала бояться соперничества, и поскольку ее супруг все еще проявлял интерес к двум впавшим в немилость женщинам (возможно он подозревал истину), У Чжао велела доставить их обеих из темницы, выпороть, отрезать руки и ноги и утопить в чане с вином.

Вскоре после того, как У Чжао стала императрицей, ее властелина Гао-Цзуна разбил паралич, и он доверил ей ведение важных государственных дел. Она не замедлила использовать власть в своих собственных интересах, казнив или выслав всех возможных соперников. Когда Гао-Цзун скончался, она, приняв имя У-Цзэтянь, начала железной рукой управлять Поднебесной.

У-Цзэтянь, несомненно, была выдающейся женщиной и обладала исключительной жизненной силой. Она вела на удивление распущенный образ жизни, но здоровье позволяло развлекаться с молодыми фаворитами даже в глубокой старости. К их выбору она подходила изобретательно и с размахом. Среди учрежденных ею должностей была и одна необычная — отборщица сексуальных партнеров для императрицы, в обязанности которой входило интимное знакомство с мужчинами для отбора из их числа тех, кто мог бы доставить наибольшее удовольствие императрице. Устраивала она и «мужские смотрины», на которых выбирались наложники. Неслыханные деяния жестокой императрицы вызывали содрогание у ее потомков, и вдовствующая императрица Цыси повелела повесить у себя во дворце картину «У-Цзэтянь в полном облачении принимает сановников». Напоминанием об этой зловещей правительнице она надеялась (и справедливо) запугать своего племянника императора Гуансюя.

Своей жестокостью Цыси, пожалуй, не уступала героине картины, и о «Старой Буаде» (так называли достигшую преклонных лет вдовствующую императрицу придворные льстецы) была сложена легенда, по которой за десять лет до своего появления в гареме она явилась на императорской охоте в образе белой лисы[27].

По одной версии, Цыси-лиса была послана наследному принцу Сяньфэну за его доброту, когда он попросил отца не стрелять в лисицу, по другой — явилась смутить покой Китая в отместку за выпущенную стрелу. Большинство склонялось к последней версии, и правление Цыси ее блистательно подтвердило.

Еще одной наложницей, достигшей вершин власти, была Ян-Гуйфэй (августейшая супруга Ян). Ее настоящее имя Юй-хуан (яшмовое кольцо), и она являлась наложницей сына императора Мин-хуана (712–755), прославленного покровителя искусств и учености). Судя по описаниям, Ян-Гуйфэй была необычайной красавицей с белоснежной кожей, но довольно полной, как и требовала мода того времени. Кроме красоты она обладала многими талантами, была умна, образованна, хорошо разбиралась в музыке и поэзии. Пожилой император, плененный прелестью девушки, забрал ее у сына, и в 745 году возвел в ранг гуйфэй. Красавица ни в чем не получала отказа и постаралась хорошо устроить свою родню. Три ее сестры были приняты в гарем, а двоюродный брат назначен государственным министром с титулом «опора трона». Успешная карьера Ян-Гуйфэй оборвалась, когда вспыхнул мятеж Ань Лушаня. Войска мятежников в 756 году приблизились к столице, которую без сопротивления сдали, а императору пришлось бежать вместе со своими дворцовыми дамами, не захватив даже еду. В дороге голодная дворцовая стража взбунтовалась и потребовала казнить Ян-Гуйфэй, усматривая в ней основную причину бедствий, обрушившихся на Сына Неба. Решение отдать возлюбленную далось 72-летнему императору нелегко, но отказ грозил смертью ему самому. Он за руку вывел Ян-Гуйфэй из покоев и отдал на расправу. Казнили и ее сестер. Эта история стала сюжетом поэм, бесчисленных сказок и пьес в Китае, но печальная судьба Ян-Гуфэй не была исключением.

Задолго до нее некая красавица Дацзи покорила государя древнейшей династии Инь (XI в. до н. э.) Чжоу-Синя, который потакал всем ее прихотям. Кончился этот роман печально. Некто У-ван поднял войска и разгромил армию Чжоу-Синя. Тот покончил собой, Дацзи была казнена, а ее голову привязали к белому знамени в знак того, что именно она погубила царство и династию Инь.

Другую династию, Мин, можно было бы, вероятно, спасти, если бы не конфликт двух военачальников из-за женщины. В 1640 году из-за коррупции и злоупотреблений императорского двора в стране вспыхнуло восстание, которое возглавил талантливый полководец Ли Цзы-чэн (1606–1645). Он создал прекрасную армию, к которой присоединились многие войска. Другим талантливым стратегом был У-Сань-Гуй (1612–1678), который мог бы организовать сопротивление восставшим, но он находился далеко от столицы, чтобы противостоять угрозе вторжения маньчжуров.

В 1614 году Пекин пал, император покончил с собой, и Ли Цзы-чэн провозгласил себя императором новой династии. Он захватил любимую наложницу У-Сань-Гуя, взял ее к себе в гарем и отказался вернуть прежнему господину. Тогда разъяренный полководец заключил союз с маньчжурами, чтобы выбить Ли Цзы-чэна из столицы, и усилиями объединенных войск тот был побежден и убит, а маньчжуры покорили расколовшуюся страну.

Можно привести примеры и других печальных историй, которые нашли свое отражение в стихах и прозе, но резюме изложено в китайской пословице: «Красивая женщина может сокрушить империю».

Общественное же мнение всегда было настроено против правления женщины. И даже сама императрица Цыси перед своей смертью в 1908 году сказала: «Трон Дракона никогда больше не должен попадать под власть и влияние женщины. Законы нашей династии против этого, и теперь их следует соблюдать строже, чем в мое время. Доверять же власть евнухам — еще хуже, чем отдавать ее в руки женщин».