Авиация внесла свою посильную лепту в штурм Сухопутного фронта, и пришло время наземных сил проявить себя. В 09:00 генерал Коллинз обратился к командирам дивизий и полков с воззванием, в котором ясно обозначил цели и задачи корпуса в предстоящем штурме. «В настоящее время захват Шербура является главным усилием американской армии. После того как непогода коварно вмешалась в наши планы по доставке грузов и наращиванию сил, от обладания портом зависит будущее всей кампании. Вы должны понимать и адекватно оценивать, насколько общий успех зависит сейчас от вашей работы». В 15:00 все три дивизии атаковали немецкую оборонительную дугу, ожидая, что авианалет если не сокрушил, то существенно ослабил противника.
В секторе 4‐й пехотной дивизии первичной целью был район, примыкающий к деревне Турлавиль. Захват его поручили 12‐му пп. 8‐й полк должен был овладеть возвышенностью в окрестностях Ла Гласери, в то время, как вклинившийся глубоко в позиции немцев 22‐й пп прикрывал тыл и правый фланг дивизии. На участке 8‐го пп в течение ночи противник активно просачивался через линию фронта, явно готовясь к серьезной контратаке, но сначала авианалет, а затем удар полковой артиллерии сорвали эти планы немцев. 1‐й батальон полка хотя и выступил с опозданием на час, захватил в процессе продвижения к возвышенности более 100 пленных, по большей части, солдат вспомогательных подразделений, которых воздушный удар лишил всякого желания гибнуть за фюрера. 3‐й батальон быстро овладел индустриальным комплексом в лесу Буа‐де-Руду, который американцы идентифицировали как еще одну недостроенную позицию для запуска ракет Фау. Но надежды подполковника Стрикланда на легкий прорыв линии обороны кампфгруппы Кёна рухнули, как только его передовая рота «L» попробовала продвинуться дальше на северо-запад через довольно густой бокаж. ЖБД батальона описывает последующие события: «Немцы сформировали секторы обстрела, проделав небольшие бреши в живых изгородях. Эти бреши располагались под углом к фронту, и обнаружить их было очень трудно. Враг дожидался, пока атакующие войска не превратятся в прекрасные мишени, и только тогда открывал огонь, нанося серьезный ущерб». Подполковник Стрикланд отправил роту «I» на выручку прижатой огнем роте «L». Попытка обойти немецкую позицию с фланга через прилегающую рощу окончилась форменной бойней. «Немцы накрыли лес артогнем и разрывающиеся в кронах деревьев снаряды произвели ужасающий эффект. Рота «I» потеряла от этого обстрела 54 человека». Удивительным образом появление шерманов роты «С» 70‐го тб поставило точку в этой битве на выживание. Не успели танки выдвинуться на позиции для атаки, как немецкие защитники ретировались, и пехота Стрикланда заняла брошенные ими траншеи.
Расчет 155‐мм американской гаубицы на позиции готовится для нанесения удара по Сухопутному фронту Шербура.
2‐й батальон в течение ночи оставался отрезанным севернее Буа‐де-Руду. Ожидания, что немцы, окопавшиеся в тылу батальона на перекрестке 148, отступят, не оправдались, мало того, противник пошел в атаку с явным намерением до рассвета покончить с бойцами подполковника Макнили. Атака была отбита, но проникшие в десятках мест на позиции батальона немецкие солдаты изрядно измотали американцев. Удару подвергся даже КП батальона. Ни о каком крупном наступлении не могло быть и речи, пока перекресток остается под контролем врага. Задачу разобраться с проблемой поручили роте «F» капитана Кальпа. Он отказался от лобового удара по перекрестку и потратил почти четыре часа, скрытно перемещая своих людей вдоль флангов. 1‐й взвод с двумя пулеметами 50‐го калибра и тремя 30‐го калибра разместился северо-западнее перекрестка. 3‐й взвод сделал широкий фланговый обход, продвигаясь по глубокой прогалине, и развернулся южнее вражеских позиций. 2‐й взвод находился севернее примыкающих к зданию построек. Тяжелая рота батальона нацелила свои минометы и 105‐мм гаубицы на перекресток и лес вокруг него. По сигналу капитана Кальпа начался обстрел, продлившийся всего 8 минут. По немецким позициям было выпущено 80 105‐мм снарядов и более 1000 минометных мин. После этого свою лепту внесли станковые пулеметы. Наступать людям Кальпа не понадобилось. Едва обстрел стих, из леса послышалось пронзительные крики «Kamerad!» Рота «F» захватила в общей сложности 244 пленных. В лесах вокруг перекрестка американцы обнаружили более 50 тел убитых немецких солдат. Вдохновленный таким прекрасным началом дня, 2‐й батальон сосредоточился на атаке бункеров и траншей севернее леса. Подходы к бетонным укреплениям расчищал огонь 105‐мм гаубиц тяжелой роты, затем в ход шли огнеметы и бангалорские торпеды. К вечеру 8‐й пп вышел к возвышенности, фактически прорвав оборону на стыке секторов ответственности кампфгрупп Кёна и Рорбаха, но платой за это стала потеря 249 человек убитыми и ранеными.
12‐й пп не мог похвастаться подобными успехами. Дорогу ему перекрыла линия опорных пунктов, прикрывающих поток Сер на западной окраине леса Буа-дю-Кудрай. 3‐й батальон получил приказ отыскать переправу, пригодную для прохода танков. Лишь со второй попытки передовой отряд подполковника Тадеуса Дулина сумел закрепиться на северном берегу, после чего две роты выдвинулись в обе стороны от крохотного плацдарма, который вскоре был контратакован. Застигнутый в момент развертывания батальон оказался рассечен на две части и остаток дня провел в изматывающих и хаотических боях в бокаже. Когда подполковник Дулин сумел, наконец, восстановить целостность подразделения, выяснилось, что немцы за это время захватили возвышенность у них в тылу, отрезав батальон от остальной части полка. В отчаянной ночной штыковой атаке на эту высоту подполковник Дулин был убит, и командование перешло майору Кеннету Линдеру. Усталые, голодные, окруженные со всех сторон, остатки 3‐го батальона окопались и ждали рассвета. Чтобы переломить ситуацию, полк остро нуждался в переправе на северный берег потока хотя бы нескольких единиц бронетехники. В течение ночи с 22 на 23 июня патрули прочесывали берег Сер, но результаты разведки были неутешительными: дороги, ведущие к потоку слишком узкие для танков, а значительные отрезки берега заминированы.
22‐й пп в течение дня был занят консолидацией захваченных накануне позиций. 2‐й батальон отправил патрули к хутору Кошон, чтобы оценить силы противника в этом районе. Главная задача полка, однако, по‐прежнему состояла в обеспечении защиты транспортных конвоев и зачистке позиций на флангах от групп противника, пытающихся пробиться в Шербур.
9‐я пд наступала против фронта кампфгруппы Кайла в район юго-восточнее Шербура. По плану генерала Эдди 60‐му пп предстояло захватить возвышенность северо-западнее Флоттеманвиль-Аг. С учетом того, что один батальон полка должен был прикрывать левый фланг дивизии, блокируя возможную переброску немецких подразделений с отрога Аг, вся задача ложилась на плечи 1‐го и 2‐го батальонов. Подполковник Роэн напутствовал их командиров словами «не стесняйтесь использовать артиллерию всякий раз, когда возникнут затруднения». 1‐й батальон нащупал несколько слабых мест в обороне противника и атаковал опорные пункты на гряде, доминирующей над Акевилем. Благодаря тому, что ландшафт здесь оказался гораздо благоприятнее для наступления, подполковник Кокс активно использовал истребители танков, которые огнем прямой наводкой методично уничтожали доты и пулеметные гнезда. Американцы потом и кровью нарабатывали опыт эффективного функционирования в бокаже. В оперативном рапорте подполковник Кокс изложил применяемую им тактику взаимодействия пехоты и бронетехники: «Истребители танков следовали позади штурмовых рот и, когда пехота выявляла очередную цель, командир взвода и командир самоходного орудия совместно выдвигались на передовую, чтобы разведать позицию и подходы к ней. После этого истребители танков шли вперед и открывали огонь. Когда цель уже не представляла опасности, они вновь отступали в тыл и ожидали нового вызова. Истребители танков показали себя как очень эффективное средство подавления вражеских укреплений, но крайне важно использовать их должным образом». Оборотной стороной этой осторожной тактики были медленные темпы наступления. 1‐й батальон вышел к ключевому перекрестку 129 за передней линией немецких укреплений только в сумерках.
2‐й батальон, целью которого была зачистка высоты 150 севернее Акевиля, замешкался еще больше, и пулеметный и минометный огонь с позиций на высоте доставлял все больше проблем ушедшему вперед 1‐му батальону. Причиной пробуксовки солдат подполковника Коффмэна стал не выявленный ранее бункер на высоте 160, который препятствовал любому фланговому движению. Две немецкие позиции поддерживали друг друга настолько эффективно, что практически полностью заблокировали 2‐й батальон на подступах к цели. Прибытие бронетехники не изменило ситуацию. В сгущающихся сумерках танки оказались бесполезны, поскольку не могли должным образом идентифицировать цели. Генерал Эдди выразил крайнее недовольство положением дел на левом фланге дивизии. Он прибыл в штаб 60‐го полка, чтобы лично разобраться в причинах, мешающих батальонам выполнить задачу. Под его нажимом полковник Роэн ввел в бой часть своего 3‐го батальона, который атаковал с тыла высоту 150. Это придало энергии подполковнику Коффмэну, и поздно ночью командные высоты севернее и восточнее Акевиля перешли, наконец, под контроль американцев.
На участке 47‐го пп события развивались более динамично. 2‐й батальон наступал к перекрестку 114 и, несмотря на довольно точный огонь со стороны опорного пункта, сумел прорвать линию обороны. Защищавшие полосу траншей солдаты 30‐го полка ПВО дрогнули и побежали при виде танков. Передовая рота «Е» захватила более 50 пленных. К концу дня благодаря эффективному использованию истребителей танков, которые вели прицельный огонь по амбразурам, удалось уничтожить и два больших бункера непосредственно на перекрестке 114. Тем временем, 3‐й батальон захватил Бодьянвиль, но сразу же за деревней попал под огонь немецкой позиции на северном берегу потока Уэльбек. Подполковник Смити вызвал поддержку артиллерии, и это позволило его солдатам прорваться к южному берегу потока. Однако выяснилось, что все удобные для переправы участки заминированы и перекрыты проволочными заграждениями. С подобными проблемами столкнулся и 1‐й батальон полка, наступавший восточнее. До конца дня патовая ситуация на Уэльбеке сохранялась, но вечером роте «L» 3‐го батальона удалось, наконец, форсировать поток и закрепиться на противоположном берегу. Полковник Смити приказал обоим батальонам не терять время на поиски альтернативных переправ, а использовать уже захваченный брод. Рота «L», между тем, выдвинулась под прикрытием бокажа к опорному пункту, контролирующему этот участок берега. По запросу командира роты немецкая позиция подверглась короткому, но интенсивному обстрелу артиллерии, и один из снарядов удивительным образом спровоцировал детонацию боеприпасов в центральном бункере. Американская пехота с удовлетворением слушала взрывы, доносящиеся из бункера, а затем, поставив дымовую завесу, пошла в атаку. Во внешних траншеях опорного пункта завязалась яростная рукопашная схватка, поскольку на этом участке оборону держали не плохо обученные зенитчики, а фанатично настроенные солдаты 17‐го пулеметного батальона. Но американцы переломили ситуацию, и вскоре командир 3‐го батальона подполковник Клейман смог доложить в штаб полка, что опорный пункт пал, а его бойцы захватили 50 пленных. «Все остальные Джерри мертвее мертвых». К полуночи 47‐й полк закрепился на переднем скате высоты 171 и, хотя местные жители информировали, что немцы отошли к лесу Буа-дю-Мон-дю-Рок, полковник Смити не хотел рисковать и предпочел остаться на захваченных позициях до утра.
Взвод американской пехоты наступает в зоне Сухопутного фронта Шербура 25 июня.
Третий полк дивизии – 39‐й пп – в течение дня занимался ликвидацией изолированных очагов сопротивления в тылу дивизии и практически не принимал участия в первом штурме Сухопутного фронта.
Атака 79‐й пд в центре американского наступления была нацелена против трех мощных опорных пунктов, прикрывающих главное шоссе в Шербур. Ввиду очевидной важности этого сектора, он был укреплен гораздо сильнее прочих. Непосредственно над шоссе доминировал опорный пункт «Валожене» в Ле Шевр, состоящий из шести узлов сопротивления. Восточнее подходы к дороге прикрывал опорный пункт «Ла Ревеллери», включающий в себя три узла сопротивления. Западнее оборонительную линию формировали три узла сопротивления опорного пункта «Ла Вакри». Гарнизоны опорных пунктов были составлены из солдат 739‐го гренадерского полка и подразделений крепостного батальона, переброшенного сюда фон Шлибеном из Шербура. В тылу позиции подполковник Кён сформировал несколько отрядов быстрого реагирования для своевременной ликвидации прорывов американцев. План генерал-майора Више на 22 июня состоял в том, чтобы ударить в узком коридоре между потоками Диветт и Троттебек всеми тремя полками. 313‐му пп предстояло наступать вдоль шоссе, 314‐й имел целью возвышенность у Тольва западнее шоссе, а 315‐й пп нацелился на прорыв немецкой линии в районе Арденва. Когда последняя волна американских бомбардировщиков, сбросив свой смертоносный груз на немецкие позиции, развернулась в сторону Англии, генерал Више пожелал удачи своим командирам и закончил короткое обращение словами: «Надеюсь увидеть вас всех в Шербуре».
313‐й пп должен был действовать в тесном контакте с бронетехникой и саперами, чтобы иметь шанс прорваться через полосу многослойного огня, созданного противником у Ле Шевр.
Противотанковый ров шириной 5 метров перекрывал здесь подходы к опорному пункту «Валожене», и немцы предусмотрительно срезали весь кустарник по обе стороны рва, чтобы лишить американцев укрытия от огня бункеров, которые без особых проблем пережили воздушный налет. Главную ставку подполковник Вуд сделал на артиллерию. Понимая, что солдаты кампфгруппы Кёна будут сражаться яростно, он объявил своим джи-ай, что время сантиментов закончилось. «Не оставляйте врагу ни малейшего шанса. Работайте штыком, саперной лопаткой и гранатами, не задумываясь ни секунды. Только так можно будет выкурить фрицев из их нор». Традиционно именно на пехоту ложилась основная тяжесть штурма, поскольку танки смогут вступить в бой только после того, как будут созданы проходы в минных полях. Разумеется, все доступные огневые средства предполагалось направить на амбразуры немецких дотов, но именно пехотинцам придется подбираться вплотную к бункерам через зону проволочных заграждений, а затем с помощью огнеметов и бангалорских торпед вынуждать гарнизоны капитулировать. То, что предстояло проделать солдатам 79‐й пд, мало отличалось от штурма береговой полосы в день «Д». Одно неверное решение, и целое отделение или даже взвод могли быть уничтожены перекрестным огнем противника.
1‐й батальон 313‐го пп был прижат огнем еще на подступах к Ле Шевр и даже прибытие танков мало помогло солдатам подполковника Клейра Митчелла. Два танка были быстро выведены из строя огнем замаскированных противотанковых орудий. Батальон пришлось отвести на исходные позиции и повторно обработать немецкие укрепления артогнем. Лишь после этого удалось нащупать слабое место в обороне кампфгруппы Кёна на этом участке. Тем временем, западнее 3‐й батальон сумел довольно быстро преодолеть противотанковый ров и с боями вышел во фланг прикрывающего шоссе опорного пункта «Валожене». Понимая, что наступил кризисный момент, подполковник Вуд и старший оперативный офицер его штаба подполковник Эдвин Ван Бибер лично возглавили атаку. В официальной истории 313‐го пп записано: «Старик настолько быстро повел своих парней вперед, что они обошли большой форт прежде, чем защитники поняли, что происходит. Штурмовые группы подошли с тыла с бангалорскими торпедами и огнеметами и вычистили немцев из сооружений либо в виде пленных, либо в виде трупов». Над некоторыми сооружениями опорного пункта взвились белые флаги, но в следующий миг по ним открыли огонь расположенные в тылу немецкие минометные батареи. Но этот отчаянный акт не способен был предотвратить падение ключевой позиции на шоссе. В сумерках последнее сопротивление в Ле Шевр прекратилось, и саперы приступили к засыпке грунтом противотанкового рва. Остальные два полка дивизии оказались менее удачливыми. 314‐й пп увяз практически сразу после старта, попав под плотный огонь со стороны деревни Тольва. Попытки обойти немецкую позицию с флангов ни к чему не привели. 315‐й пп также застрял в бокаже у Арденва. Отсутствие результатов в центре и на левом фланге мотивировало генерала Више, несмотря на спустившиеся сумерки, попытаться расширить прорыв в Ле Шевре. Артиллерия дивизии сосредоточила огонь по вражеским позициям севернее деревни, в то время как 1‐й и 3‐й батальоны 313‐го пп вышли к перекрестку 177 (на современных картах это слияние дорог D122 и N13). Штаб полковника Кёна бросил на отражение прорыва последние свободные резервы. Неизбежная для ночного сражения в лесистой местности сумятица привела к тому, что на короткое время оба передовых батальона оказались отрезаны, но к утру полк успешно консолидировал силы. Не считая нужным тратить время на поиски других слабых мест в немецкой обороне, генерал Више приказал 315‐му пп принять ответственность за позиции 314‐го пп у Тольва, а весь полк подполковника Робинсона переместил восточнее с намерением двинуть его на северо-запад через брешь у Ле Шевр.
Хотя 22 июня 1944 года американцам удалось в нескольких местах прорвать полосу опорных пунктов Сухопутного фронта Шербура, говорить о полноценном взломе немецкой обороны на возвышенностях южнее города было еще рано. Но грядущий день явно не сулил ничего хорошего солдатам генерала фон Шлибена.