Коул потер переносицу и снова уставился в экран компьютера. В очередной раз мужчина спал лишь урывками, и это определенно било по его самочувствию. Так было не только на Гевире, но и на протяжении всего месяца, что он решался посетить остров ради своей безумной идеи и постепенно собирал информацию для поездки.

– Черт, как же раскалывается голова, – простонал он.

Коул прекрасно понимал, что такая бессонница ведет только к плохому сосотоянию в дальнейшем, но ничего не мог с собой поделать. Подозрительная смерть Флеверолла захватила его с головой.

Так не пойдет… От меня скоро живого места не останется.

Мужчина зажмурился на несколько секунд и как следует потянулся, громко зевнув.

И где все? Разве рабочий день еще не начался?

Коул встал с места и сделал несколько медленных кругов по кабинету, разминаясь, насколько это вообще позволяло ограниченное пространство. Так мужчина отвлекался от докучливого роя мыслей и тревог, которые безостановочно копошились у него в голове. С тяжестью на сердце вспоминал прошлую ночь, когда чуть не открылся работнице пресловутого «Синклера». Он рухнул обратно в кресло, сцепил руки в замок и нахмурился. Коул понимал, что необходимо поспать часа два-три, чтобы хоть как-то удержаться на ногах.

Ночная смена, на которую он сам вызвался, подошла к концу. Коул имел полное право теперь позволить себе немного отдохнуть.

Но не мог, как бы ни хотел.

Одна навязчивая мысль не давала покоя бывшему детективу.

Скарлетт… Может, мне поискать про нее что-то, помимо места работы? Личную информацию?..

Быть может, он хотел найти сведения о девушке, которые позволили бы ему не так волноваться за собственную тайну. Покопаться в шкафу и найти скелеты, которые бы позволили ему защищаться в дальнейшем. Он привык перестраховываться, особенно в том случае, если это касалось других людей.

Это только ради работы…

Ему искренне хотелось в это верить.

Мужчина вновь устроился за компьютером, махнув рукой на чудовищную усталость.

Отосплюсь, по всей видимости, в гробу.

Фамилия Кацен пестрела в новостях и полицейских отчетах графства Саут-Йоркшир в Англии. Город Шеффилд у подножия Дербиширских холмов отличался яркой зеленью на фото, недорогими по европейским меркам заведениями питания и разнообразными пабами.

Коул прищурился: «А это еще что такое?..» Глаза резануло от обилия багровых пятен среди этой идиллии зеленого. Вся лента окропилась красным цветом. Цветом крови.

Покончил жизнь самоубийством… Выстрел в голову… Параноидная шизофрения… Тело обнаружила дочь.

Мужчина пристально вгляделся в фотоотчеты. Испепеляющий взгляд изумрудных глаз, черные ресницы и такие же брови.

Несмотря на то, что Коул уже знал эту внешность, девушка с фотографий была ему еще не до конца знакома. Следователь никогда не видел ее в подобном состоянии. Скарлетт закрывала лицо рукой, но глаза, наполненные слезами, так и не успела спрятать от камер назойливых журналистов.

– Кошмар… – прошептал Коул. Он не мог долго смотреть на такое знакомое лицо, в котором отражалось нечеловеческое горе.

Девушка с фотографий разительно отличалась от той Скарлетт, с которой он познакомился на пароме. Коул сокрушенно покачал головой и уронил ее на раскрытые ладони.

Я даже и представить не мог, что она испытала это горе.

По неизвестной причине ему было тяжело поверить в то, что Скарлетт могла пережить подобное. Может быть, просто не хотелось верить.

«Она смогла жить дальше, – поразился он до глубины души. – А я что? До сих пор не понимаю, как наконец взять себя в руки…»

Его окатила волна тревоги за девушку. Коул искренне не понимал, оправилась ли она после такой трагедии или продолжала жить, надев на лицо маску.

После такого я бы вряд ли остался со здравым рассудком…

Чтобы как-то отвлечься, мужчина поплелся на кухню заварить себе очередную чашку кофе. Теперь он не мог думать ни о чем другом, кроме как об этом страшном событии.

Сон был в очередной раз отложен до лучших времен.

* * *

Скарлетт никогда не думала, что найдет себе настоящее чудодейственное лекарство – трудоголизм. Интенсивная работа практически без выходных послужила отличным способом избегания того, что творилось в жизни девушки. Она так сильно загрузила себя во время испытательного срока, что после целой смены, проведенной на ногах, могла лишь падать на несколько часов в постель, а затем, словно робот, начинать свой день заново. Скарлетт отказывалась от выходных, подменяла коллег и медленно становилась более уверенной в своем деле. Она была идеальным сотрудником, безропотно выполнявшим самые тяжелые поручения.

Сезон охоты был в самом разгаре. То и дело на пороге шикарного холла появлялся какой-нибудь гость с перепачканной в крови счастливой физиономией. Девушке тяжело было понять безумную тягу других людей к такого рода насилию.

Даже немного жутко от того, с каким удовольствием они приносят очередной труп животного. Ведь все их огромные состояния можно использовать иначе: благотворительность, меценатство, открытие больниц и галерей… Я бы знала, на что потратить такие деньги… И это были бы точно не развлечения на Гевире.

Время в отеле летело неумолимо быстро. Каждый день был точной копией предыдущего, и рабочие будни сливались в кашу. Но благодаря тому, что Скарлетт изматывала себя по полной, ее не донимали кошмары или видения.

Зато никаких зверолюдей и ползущих чучел…

С годами она осознала, что всегда найдется способ найти в себе силы и двигаться дальше. Даже если этот способ – убегание от проблем посредством работы.

«Раз работа сейчас – единственное, что спасает, буду цепляться за нее изо всех сил», – была уверена Скарлетт.

С каждым днем она чувствовала себя хуже, как морально, так и физически. Если бы у девушки спросили, что она делала во вторник и чем это отличалось от среды, – она бы точно не ответила. Эти две недели Скарлетт, к своему удивлению, практически не видела начальника. Он целыми днями пропадал в своем номере и очень редко удостаивал гостей и персонал своим визитом, чем частично стал похож на такого же скрытного Винсента Синклера.

Впрочем, только в этом они и были похожи.

Готова поклясться, Адам стал таким после пропажи Шона…

Пару раз все же они виделись, ведь отель, несмотря на все свои габариты, представлял из себя довольно закрытое пространство. В каждую из этих внезапных встреч – в холле и у гостевого лифта – Скарлетт старалась поймать взгляд Адама, посмотреть ему прямо в глаза. И каждый раз натыкалась на стену, возведенную им самим.

Постепенно, день за днем, только убавлялось количество сотрудников. Кто-то покидал отель ввиду окончания контракта на лето, кого-то увольняла мадам Ришар, как следует отчитав несчастного или несчастную перед другими сотрудниками.

– Я не позволю таким бездарностям, как вы, работать в этом отеле и позорить имя Синклеров, – повышала голос женщина, нападая на очередную жертву.

«Публичная порка» обычно проходила не перед гостями, а за закрытыми дверями и после полуночи.

«Горький опыт с Адамом научил ее, что ругать подчиненных нужно втихаря… – возмущалась про себя Скарлетт. – Но к чему все это?»

Тех счастливчиков, которых оставили на рабочем месте, ожидала лишь увеличенная нагрузка. Отвлекаться от всего местного хаоса помогали только короткие перерывы.

Несмотря на то, что Скарлетт и Дебби проводили довольно много времени друг с другом, девушкам нравилось выбираться на обеденный перерыв тоже вместе. Периодически они любили брать в буфете горячее какао, выходить на улицу и любоваться закатом, грея руки о теплые кружки.

Уход сотрудников из отеля «Синклер» не прошел даром. Уже под конец сезона охоты Скарлетт попросили заменять официанта, потому что в ресторане страшно не хватало людей, которые бы могли обслуживать посетителей.

Это место действительно обладало своим магнетическим шармом, отличным от всего отеля. Зал представлял собой истинное произведение искусства. Высокие потолки, украшенные изысканными кристальными люстрами, мягкий свет, рассеянный по всему пространству. Оно было наполнено многочисленными звуками: шелестом легких платьев, тихими разговорами и звоном бокалов, в которые наливали дорогие напитки.

Сегодняшний вечер был особенным, в воздухе витало предчувствие скорого прощания с магическим островом. Сезон охоты подходил к концу, а это означало, что многие богатые постояльцы покинут Гевир и вернутся к своей привычной жизни.

Скарлетт прошлась взглядом по шумным гостям и безмолвным официантам, что юрко мелькали между столиками и подавали голос лишь при озвучивании заказа.

«Как странно, что судьба объединила нас на этом богом забытом острове, – подумала она. – Все эти богатеи и сотрудники отеля находятся в одинаковой опасности, если здесь действительно происходит нечто ужасное. И никакие деньги не помогут спастись…»

Девушка вздрогнула, когда одна из дам с высокой прической, сидящая напротив, громко кашлянула. Оказалось, на ее столике скопилось большое количество грязной посуды, которую необходимо было убрать.

Спустя некоторое время, когда наплыв гостей сошел на нет, Скарлетт смогла наконец немного выдохнуть. Самое сложное было позади. Взгляд девушки остановился на весьма узнаваемой фигуре, которая устроилась в углу ресторана.

К этому столику совсем никто не подходит…

Первоначально это тяжело было заметить, так как именно эта часть зала была плохо освещена. Тем не менее спустя несколько секунд пристального разглядывания девушка поняла, кто это. Она узнала в ссутулившейся фигуре молодого хозяина отеля.

Рядом послышались шелестящие перешептывания других официантов:

– Я не хочу к нему подходить! Давай ты?

– Ну уж нет, он сегодня явно не в духе. Мне хватило выговора мадам Ришар.

– Синклер на нее точно не похож…

– Он уже долго сидит, надо спросить, не повторить ли заказ!

– Вот сама и иди.

Недолго думая, Скарлетт предложила свою кандидатуру. В конце концов, она уже общалась с Адамом лично и обслуживала его в номере.

Мне уж точно нечего терять.

– Я подойду, все равно свои столики уже обслужила, – отозвалась девушка.

– Правда? Вот спасибо…

Было необычно видеть Адама настолько несобранным и расслабленным. Скарлетт опустила взгляд на почти нетронутую еду и стремительно пустеющую бутылку дорогого вина напротив начальника. От нее не скрылось очевидное: «Вино на него уже подействовало, судя по всему».

Скарлетт отметила про себя, что мужчина безусловно отдает отчет всему, что делает. Вино, плескавшееся в его бокале, позволило ему лишь не сидеть с идеальной осанкой и чуть меньше контролировать свои движения, чем обычно. Однако это продолжало подогревать интерес.

– Мистер Синклер, вы желаете повторить заказ? Или сделать новый?

Адам медленно поднял голову и, узнав девушку, насмешливо ухмыльнулся:

– Как интересно…

Впервые за эти дни он смотрел прямо в глаза, не отводя взгляд и никуда не прячась. Да и спрятаться ему было некуда. Скарлетт не могла не отметить про себя эту маленькую победу.

Теперь никуда не убежит.

– Вы и здесь меня не оставляете в покое, Скарлетт? – он даже не пытался скрыть тот глумливый тон, с которым протянул имя своей подчиненной.

А когда это я нарушала его покой, позвольте узнать?

Вслух она ничего не сказала, однако недовольно сжала губы, что не ускользнуло от Адама.

– Не сердитесь, вам не идет… – мужчина смерил Скарлетт оценивающим, но весьма холодным взглядом. – Работа администратора вас уже не устраивает?

– Не совсем понимаю вас, мистер Синклер.

– Официанты получают меньше.

– Ах, вы об этом…

Девушка неосознанно одернула на себе фартук и нахмурилась:

– Я лишь помогаю в ресторане, вот и все.

Адам кивнул и тут же схватился за бокал, прямо как в день их знакомства. Внешне казалось, что мужчина абсолютно беспечен и прекрасно проводит время в гордом одиночестве. Но нечто неуловимое, истеричное в его манере говорить и двигаться, как и сам факт распивания в собственном ресторане на глазах у подчиненных, выдавало с головой его неразрешенный внутренний конфликт. С Синклером-младшим было что-то не так, но Скарлетт не могла так сразу понять, что именно.

«От чего ты так бежишь, Адам?» – подумала она, но вслух поинтересовалась:

– Все хорошо, мистер Синклер? Вас ничего не тревожит?

Несмотря на то, что с отъезда Шона прошло уже достаточно времени, девушка решила вновь попытать удачу и выяснить причину резкой смены тактики начальника. Адам хмыкнул, растягивая губы в подобии улыбки, и сделал глоток вина. Он не собирался отвечать сразу и лишь затягивал их диалог, забавляясь.

– У меня все прекрасно. А у вас? Уже перестали переживать по поводу гостей и их отъезда?

– Знаете, хотя бы я переживаю о них, – резко ответила Скарлетт, тут же жалея об этом.

Адам угрожающе свел брови, однако не перестал ухмыляться. Из-за этого мимолетного мимического действия его выражение лица стало немного жутким, даже хищным.

– Я тоже думаю о других, Скарлетт.

– Прошу прощения, мистер Синклер. Я не имела в виду ничего плохого.

– Не буду вас больше задерживать своей глупой болтовней. Мне все равно пока ничего не нужно, можете идти, – он откинулся на сиденье и скрестил руки на груди, ожидая, когда девушка уйдет.

В ее голове начал зарождаться странный план.

Очевидно, Адам расположен к беседе, надо только его разговорить… И некоторое количество алкоголя уже развязало ему язык.

Скарлетт мельком оглянулась на официантов в ресторане, но те были слишком заняты обслуживанием, чтобы что-то заметить.

Ладно, подсяду на пять минут… Главное, ненадолго. Иначе это посчитают слишком подозрительным. Официантка и управляющий отелем мило болтают за столиком? Ну уж нет.

Не спрашивая разрешения, девушка молча села напротив. Скарлетт поймала на себе удивленный, но не лишенный насмешки взгляд. С напускной уверенностью она наконец первая подала голос:

– Мистер Синклер, можно задать вопрос?

Адам подпер подбородок рукой и лишь растянулся в улыбке, словно вся эта ситуация его бесконечно забавляла.

– Разрешаю, но только один. И он должен быть нескучным, иначе оно того не стоит.

«Да почему он так на меня смотрит? Будто… – девушка испуганно вдохнула, что не ускользнуло от Адама. – Будто сейчас проглотит живьем. Сегодня он сам не свой».

– Вы что-то знаете про Шона фон Паренса, да? Что с ним случилось?

Адам разочарованно покачал головой и сделал глоток вина, прежде чем недовольно пробормотать:

– Это скучный вопрос.

– А какой вам показался бы интересным, в таком случае?

– Никакой. Неужели нельзя просто помолчать? – на долю секунды глумливая маска спала с лица мужчины, и он произнес с абсолютной серьезностью: – Вы можете ничего не говорить. Скрасьте мое одиночество. Но я уже здесь… – и опять маска надежно спрятала то, что на самом деле испытывал Адам в данный момент.

– Знаете, что на самом деле интересно? По-настоящему. Вы.

Адам перегнулся через столик, аккуратно схватил девушку за ладонь и прижал ее к своим губам.

Скарлетт была настолько обескуражена происходящим, что лишь зачарованно смотрела, как ее начальник, не разрывая зрительного контакта, целует кончики ее пальцев. В этом так ярко представлялась вся дуальность Адама Синклера. Обычно отчужденный и галантный, он одним своим действием смог легко разрушить весь образ.

«На нас же наверняка все смотрят!» – по-настоящему испугалась Скарлетт.

Адаму было плевать, что о нем могут подумать гости, официанты, персонал. Может быть, даже сам Винсент Синклер. Его взгляд, что приковал подчиненную к месту, был полон искушения. Скарлетт не могла сопротивляться. Девушке было стыдно признаться себе, что этот жест был ей до одури приятен. Однако именно в этом и заключалась ловушка. Сейчас Адам был не холодом, а самим пламенем, что обжигало кожу, оставляло ожоги на сердце. Скарлетт не была готова к подобной боли.

Она наконец опомнилась и одернула руку, прижимая ее к груди, точно Адам не поцеловал ее, а насквозь проткнул столовым ножом.

– Вам… Вам будет впоследствии стыдно за это.

– Ключевое слово – «впоследствии».

Внезапно мужчина громко притворно рассмеялся, чуть откинувшись назад и задрав голову. Адам привлек лишнее внимание. Парочка за соседним столом невольно покосилась на них, кто-то даже шикнул.

Скарлетт посмотрела на своих коллег: «А вот теперь абсолютно все на нас смотрят!»

Хуже всего было то, что другие официанты также стали оглядываться на подчиненную и сына хозяина отеля. Девушка, не прощаясь, поспешила покинуть свое место, чтобы ни с кем не пересекаться, однако все равно уловила за спиной шепот.

– Ты тоже это видела?..

– Да… А я сначала удивилась, с чего она бросилась обслуживать Синклера.

Скарлетт стало жутко неприятно от того, что из-за сегодняшнего инцидента в жизни Адама вряд ли что-то изменится, а вот ей, молодой работнице, могло еще как следует достаться от злых языков.

И как всегда, крайняя – женщина.

Она гордо вздернула подбородок и направилась к столику, чтобы принять заказ, не обращая внимания на шушуканья.

Да пусть подавятся своими сплетнями.

В сторону столика Адама девушка старалась больше не смотреть, хотя это и не понадобилось – очень скоро начальник скрылся за дверями, покидая зал ресторана.