Когда глаза девушки привыкли к темноте, она разглядела книги, которые заполняли собой любой пустой угол. Скарлетт уже успела пожалеть, что все-таки пробралась в чужой номер.

Это незаконно. А если он вернется и прямо сейчас откроется дверь?

Но ничего не произошло. Коридор оставался безмолвным.

Взгляд девушки зацепился лишь за несколько вещей. Первым делом Скарлетт метнулась к конверту, брошенному между стопок книг на письменном столе. Внутри лежала согнутый пополам лист бумаги, на котором аккуратными буквами было выведено слово «Приглашение».

Девушка пробежалась глазами по письму.

Уважаемый мистер Найл Такер,

Спешу сообщить, что я с удовольствием приму вас в своем отеле на острове Гевир. Вы фигура достаточно скрытная, и потому мне будет вдвойне интересно познакомиться с такой неординарной личностью. Вы наверняка получили имейл от моей помощницы, однако так и не ответили на него.

Надеюсь, данное письмо лучше справится со своей осведомительной задачей.

С глубоким уважением,

Винсент Синклер

Далее следовали контакты администрации и инструкция, как добраться до острова. Скарлетт еще раз перечитала приглашение, написанное от руки изящным, но слегка рваным почерком.

Интересно, а все ли получают подобные письма, или это только мистеру Такеру так повезло? Почему владельцу отеля настолько сильно хотелось с ним познакомиться? Что их вообще может связывать?

Девушка не удержалась и подняла со стола толстую записную книжку, лежащую рядом с конвертом, с изображенным на обложке зайцем. Страницы были вдоль и поперек исписаны фразами. Задержавшись на нескольких, Скарлетт вдруг осознала: «Кажется, это цитаты из книг!» Понять это помогли лишь самые известные из них: «Быть или не быть»[9].

…вот в чем вопрос? Шекспир!

Она перелистнула очередную страницу: «Есть преступления хуже, чем сжигать книги»[10].

А это точно Рэй Брэдбери «451 градус по Фаренгейту». Обожала этот роман в детстве, зачитывала до дыр.

Последняя написанная фраза также узнавалась практически сразу: «Если в мире все бессмысленно, – сказала Алиса, – что мешает выдумать какой-нибудь смысл?»[11]

«Неудивительно, что на обложке кролик, – подумала Скарлетт. – Это же «Алиса в Стране чудес».

Девушка улыбнулась, вспоминая, как мама читала ей эту книгу перед сном. Маленькая Скарлетт представляла себя на месте главной героини и путешествовала по сказочному, но по-своему жуткому миру.

Девушка словно прожила безмолвный диалог с Найлом, в котором они обменивались мнением о прочитанном. На секунду она даже забыла, что проводит собственное расследование. Кроме цитат в блокноте ничего не было: ни дат, ни собственных мыслей, ни рисунков. Вместо разочарования от бессмысленной находки Скарлетт, к своему удивлению, почувствовала смутное облегчение. Она поняла, что не хочет нарочно лезть в чужие мысли.

Надо уходить. Тут ничего нет.

Ей все меньше хотелось находиться в чужих апартаментах. Прежде чем открыть дверь, девушка бросила последний взгляд на комнату. Повсюду были разбросаны книги, они были даже на полу. На аккуратно застеленной постели лежала фотография. Любопытство взяло вверх, и Скарлетт осторожно взяла и взглянула на нее. Странным образом изображение оказалось настолько смазанным, что невозможно было разглядеть лицо человека. Однако при внимательном рассмотрении стало очевидно, что это девушка. Скарлетт задержала взгляд на светлых прядях и изящном контуре лица. Все остальное представляло собой лишь размытое пятно.

И зачем хранить у себя испорченный кадр?

Девушка положила карточку на место.

Неужели нельзя было найти что-то более удачное? Это так странно.

«Кто ты такой, Найл Такер?» – промелькнуло у нее в голове, и в этот самый момент Скарлетт почувствовала, как что-то уткнулось ей прямо в спину.

– Не шевелись.

Девушку прошибло холодным потом. В одно мгновение с нее слетела вся усталость, и ей на смену пришел страх за собственную жизнь. Скарлетт не услышала, как хозяин номера вернулся. Это был Найл.

У него что, пистолет?!

Девушка попыталась заговорить, вымолвить хоть слово, но язык будто прирос к небу. Внезапно вооруженный сделал какое-то резкое движение и выронил пистолет из рук. Послышалось тихое ругательство. Краем глаза Скарлетт заметила, как Найл, неловко скрючившись, поднял его с пола и попытался удержать в ладонях.

«Первый раз держит оружие в руках?» – только и успела удивиться она.

Все произошло буквально за несколько секунд, и дуло пистолета вновь скользнуло прямо между лопаток.

– Повернись. Медленно.

Скарлетт повиновалась и наконец увидела хозяина номера. Или почти увидела: его лицо прикрывала натянутая до носа ткань, не позволявшая как следует разглядеть черты. На голову он натянул капюшон длинного плаща, который не скрывал светлых прядей волос, выбившихся наружу.

Найл был одновременно угловатым и громоздким, что очень сильно путало первое впечатление. Было непонятно, стоит ли его по-настоящему бояться.

Почему он так одет? Зачем скрывает лицо?

Хищные ледяные глаза сузились в подозрительном прищуре.

– Это же ты… Новый администратор.

Не торопясь, парень отвел пистолет в сторону и сконфуженно откашлялся. Скарлетт, осознав, что Найл узнал ее, чуть успокоилась. Она снова обрела способность говорить:

– Да, мистер Такер, я Скарлетт. Скарлетт Кацен. Мы с вами беседовали сегодня утром.

Несмотря на то что на нее теперь не было направлено оружие, девушка все равно чувствовала себя в ловушке. Найл рявкнул, устанавливая между ними прежнюю дистанцию:

– Да мне плевать. Что ты забыла в моем номере?! Воруешь, да?

– Нет! Мне ужасно стыдно, что я проникла в вашу комнату. Я живу здесь, напротив. Я увидела, как вы выходите из номера, и подумала, что можно его осмотреть…

– Зачем?

– Простите, но вы очень подозрительны. В отеле, возможно, людей убивают, а вы сидите в четырех стенах и никому не показываетесь!

Скарлетт выпалила это, даже не задумавшись о последствиях своей пламенной речи. Только спустя несколько секунд до нее дошла вся серьезность подобного высказывания.

– Убивают? Поподробнее с этого места, – протянул Найл. Он сжал оружие сильнее, так, что костяшки пальцев побелели. – Это из-за следователя, да? Я слышал, он допрашивал сегодня весь ресторан.

«Откуда он знает, если из комнаты не выходит? – удивилась Скарлетт. – Не стоит ему говорить о том, что я помогаю Коулу… Особенно учитывая то, что он вооружен прямо сейчас».

– До меня тоже дошли слухи… Вроде бы он узнает детали смерти судьи.

Найл медленно кивнул, задумчиво уставившись в пол. Он снова неторопливо подбирал слова, делая паузы, как в их самую первую встречу.

– Что-то мне подсказывает, что ты мне лжешь.

Скарлетт испуганно заморгала, не понимая, как убедить постояльца в том, что это была ее собственная инициатива.

– Ну ничего. Я все равно узнаю правду.

Девушка, окончательно раздавленная, кивнула. На нее градом начали сыпаться новые тревоги.

Если он скажет Синклерам или мадам Ришар, что я посреди ночи проникла в его номер и копалась в его вещах, мне конец! Они уволят меня, а перед этим оштрафуют и упекут за решетку.

– Мистер Такер, я понимаю, как это все выглядит. Какая-то незнакомка врывается в комнату в ваше отсутствие, будучи работницей отеля. Но я клянусь, что не собиралась вас обворовывать или как-то навредить вам самому. Я… я тоже хочу понять, что здесь происходит. Вы можете не сообщать обо мне руководству?

Найл поправил ткань на лице, натягивая ее повыше. Это мимолетное действие придало гостю уверенности.

– Мы поступим следующим образом, – стальные, угрожающие нотки в его голосе не понравились Скарлетт. – Я не стану предъявлять отелю претензию за твое воровство в моем номере.

«Так я и не воровала!» – возмутилась про себя девушка.

– А ты никому не скажешь, что я держу у себя пистолет. Иначе учти, я признаюсь, что ты же его и подкинула.

– Что?!

– Это еще не все. Ты будешь периодически рассказывать мне, как продвигается расследование этого приезжего детектива. Подслушивай, узнавай подробности. Я не собираюсь в ближайшее время покидать остров и потому хочу быть уверен, что здесь безопасно. А если небезопасно, то тем более хочу знать об этом.

– Но… – Скарлетт вспыхнула, внутренне негодуя от того, что попала в очередную ловушку.

– Это не уговор. Это данность, с которой ты либо миришься, либо попадаешь из номера прямиком в камеру заключенных. Поняла?

У Скарлетт не было слов. В очередной раз ее пытались использовать для целей, далеких от ее собственных.

– Поняла?..

Она процедила сквозь зубы:

– Я поняла. Но почему бы вам не покинуть остров? Здесь правда небезопасно, мало ли, что может случиться…

– Я никуда не уеду. Можешь идти.

Девушка удивленно вскинула брови, но под пристальным взглядом повиновалась и потрусила к выходу. В спину ей донесся тихий, вкрадчивый голос:

– И не забывай о нашей договоренности.

Во что я только что угодила?..

* * *

Скарлетт уже битый час сидела на постели в полной тишине. Комната постепенно наполнялась солнечным светом, разгонявшим мрак. Девушка прислушалась к себе, собственным ощущениям и поняла, что больше ничего не чувствует. Ни страха, ни разочарования, ни тревоги. Зияющая пустота внутри распространялась со стремительной скоростью. Не раздеваясь, Скарлетт опустила голову на прохладную подушку и закрыла глаза.

«Какой-то сумасшедший дом, – девушка нервно хихикнула, и в тишине это звучало особенно жутко. – Впрочем, тогда я на своем месте. Я определенно схожу с ума. Может, тогда и это все нереально?»

Нервное истощение достигло своего пика. Скарлетт чувствовала, что плывет в бурлящем океане, где каждая волна усиливает ощущение усталости и слабости. Изможденная девушка старалась держаться на плаву, но силы иссякали, и тело постепенно тяжелело и погружалось в бездонные глубины подсознания.

Она очнулась ото сна только к полудню. По лицу бегали теплые солнечный лучи, щекоча кожу. В дверь громко стучали, не прекращая. Девушка окончательно проснулась и медленно поплелась ко входу.

На пороге стояла невозмутимая мадам Ришар.

– Вы телефоном для чего пользуетесь? Вас искал мистер Адам Синклер. Он сейчас как раз в своем номере.

Скарлетт растерянно заморгала, как будто пыталась смахнуть оптическую иллюзию. Однако мадам Ришар никуда не исчезала.

– Но зачем? У меня же выходной сегодня.

– А вы думаете, начальство это хоть сколько-то интересует? Забавно, – женщина едко добавила: – Кто знает, вдруг он вас уволит? Или уже уволил и лишь ждет подписания бумаг?

От ее торжествующей ухмылки Скарлетт передернуло, поэтому она поспешила попрощаться и поскорее закрыть дверь.

К счастью, о ночной вылазке мадам Ришар ничего не сказала, а это означало, что Дебби ее не выдала.

Неужели Адам Синклер и правда уволит меня? Или он просто хочет поручить что-то? Они уже в сговоре с Коулом?

Скарлетт хотелось пролежать весь день в постели под тяжелым одеялом и не видеть дневного света. Желания выходить из номера совершенно не было, слишком много накопилось за последние пару дней.

Девушка начала легонько хлопать себя по щекам до тех пор, пока кожу не стало больно покалывать.

Соберись сейчас же! Нельзя опускать руки в такой ответственный момент. Им от меня так просто не избавиться. Я докажу, что достойна этого места.

Для большей уверенности она пробормотала:

– Меня не уволят. Я не провинилась ни в чем таком, за что можно лишить человека должности.

Девушка поспешила на встречу к Адаму, стараясь при этом не задерживаться у номера напротив. Ночные угрозы пистолетом были слишком свежи и болезненно прижигали рубцы в памяти. Когда Скарлетт тактично постучалась в дверь номера 513, она услышала негромкое «открыто».

«Он когда-нибудь закрывает дверь на ключ?» – поразилась она.

Сегодня Адам не восседал в излюбленном кресле возле камина, а задумчиво перебирал бумаги за письменным столом. Мужчина работал с идеально прямой спиной, и только кисти рук, пластичные, быстрые, выдавали в его действиях некоторую спешку. Управляющий отелем не оглянулся, чтобы посмотреть, кто к нему пришел, а лишь приказным тоном бросил:

– Проходите, Скарлетт.

Как он сразу понял, что это я?

Скарлетт в очередной раз отметила про себя, что вокруг этого человека царила какая-то странная аура. Находясь с ним рядом, девушка поневоле стыдилась своей заурядности.

– Вы хотели меня видеть?

– Да, хотел.

Он отложил бумаги и указал в сторону дивана.

– Можете налить себе чай или кофе и присесть. Разговор обещает быть долгим.

Пройдя на ватных ногах в центр комнаты, Скарлетт села на указанное место. Девушка начала верить, что ее сейчас действительно уволят.

– Сегодня утром мне звонил Каспер, наш служащий. Он сказал, что обнаружил вас ночью без памяти рядом с охотничьим домиком. Это правда? Что вы там делали?

Кончики пальцев Скарлетт похолодели.

– Да, мистер Синклер. Вероятно, со связью что-то случилось, потому что на ресепшен зазвонил телефон.

Она пересказала ему то же самое, что и Дебби.

– Неужели опять что-то с проводкой? Уму непостижимо, – Адам поспешно записал что-то на листке перед собой и обвел это в кружок. – Необходимо организовать повторную проверку всех кабелей… Заодно осмотреть лестницу… Стоит ли вызвать вам врача из города?

– Нет, я в полном порядке.

«Лгунья! – тут же подумала Скарлетт. – Ты уж точно не в порядке».

Она неловко поерзала на месте. Ей становилось некомфортно.

– Я могу идти?

– Подождите, я бы хотел добавить кое-что.

Перед тем как продолжить, Адам достал сигарету из пачки на столе и поджег ее прямо в зубах. Столкнувшись с удивленным взглядом девушки, он тут же покачал головой.

– Где мои манеры? Если вам неприятен сигаретный дым, я не буду курить.

– Если честно, мне все равно.

«Приятно, что он решил узнать мое мнение…» – с теплом подумала Скарлетт.

– Премного благодарю.

Интересно, и как давно Адам живет с этой пагубной привычкой?

Только сейчас она заметила, что в комнате целых две пепельницы: одна на рабочем столе, другая у диванов. Губы мужчины разомкнулись и выпустили тончайшую белую спираль, которая неспешно взмыла вверх к потолку.

– Итак, несмотря на то, что мы оба помогаем мистеру Майерсу, я хочу, чтобы вы помнили об одном – вы в первую очередь представительница отеля «Синклер». Не лезьте на рожон. Не подводите себя и имидж отеля. Это точно не ваша работа.

Адам затянулся так сильно, что сигарета в его пальцах закончилась наполовину. Мужчина аккуратно потушил ее.

«Думает, я пошла туда ради расследования?» – догадалась Скарлетт.

– Да, мистер Синклер. Я вас поняла.

Внезапно девушку охватила какая-то необъяснимая тревога. Она вспомнила, как Адам рассказал им со следователем историю своего шрама.

Можно ли узнать хотя бы сейчас, кто на него напал?

– Мистер Синклер, я хотела кое-что у вас спросить. Про… Зверя.

Адам тут же отрезал:

– Не надо возвращаться к этому.

– Но вчера вы…

– Хватит.

Скарлетт не понимала, с чем может быть связана такая категоричность в реакции Адама.

Вчера он был готов открыться нам, хотя бы немного. Что же произошло за такой короткий период?

– На меня напало какое-то животное, в темноте не смог разглядеть. Да и тем более я был ребенком. Не поднимайте эту тему больше никогда.

От его недавней откровенности не осталось ни следа.

Почему его это так разозлило именно сейчас?

Адам провел ладонью по волосам, приглаживая их, и отрешенно уставился в сторону окна. Короткий приступ гнева сменился полной отчужденностью.

– Мне не стоило ничего рассказывать, – он покачал головой, будто отбиваясь от навязчивых мыслей.

– Как скажете…

Адам вымученно вздохнул и на несколько мгновений зажмурился. Только сейчас Скарлетт заметила синяки, залегшие под его глазами. Мужчина бросил усталый взгляд на граммофон в углу комнаты и чуть оживился. Он неспешно встал и направился к проигрывателю.

– Вы можете идти.

Девушка встала и послушно направилась к двери, однако голос Адама заставил ее остановиться на полпути:

– Но для начала ответьте на вопрос. Моцарт или Сальери?

Скарлетт, совсем не ожидавшая подобного, выпалила вопросительное:

– Эм… Наверное… Моцарт?

– Весьма одобряю ваш выбор, – Адам ухмыльнулся и сразу же достал нужную пластинку. – Это «Реквием» нашего гения Моцарта. Последнее произведение изначально задумывалось как заупокойная католическая месса, траур жизни, однако по итогу вышло таким же жизнеутверждающим, как сама истина. «Покой вечный даруй им, Господи».

В какой-то момент девушке показалось, что Адам разговаривает сам с собой, не замечая ничего и никого вокруг. Она решила ненадолго задержаться. Было слишком интересно услышать то, что она сама и выбрала.

Только на минутку…

И полились звуки, самые наивные, подлинные звуки. Скарлетт плохо разбиралась в классической музыке, но чувствовала, что точно слышала эту композицию раньше. Может быть, папа включал ее на всю громкость по радио в один из тех далеких дней, когда все было хорошо. Девушка вдруг ощутила, как тело становится мягким и покладистым, а глухая боль где-то в глубине души постепенно притупляется.

Скарлетт невольно задержала взгляд на Адаме. Было видно, как сильно он сосредоточен: об этом говорили напряженные руки и плечи, а также низко опущенная голова и задумчивый взгляд, устремленный прямо на пластинку. Синклер-младший упивался каждым звуком, который доносился из граммофона, не пропуская ни единой ноты. Девушке вдруг ужасно захотелось проникнуть ему в голову и ощутить все то же, что и он. Услышать, как он. Прочувствовать, как он.

– Очень красиво…

– Что?..

Адам будто лишь сейчас заметил, что остался в номере не один. Он остановил пластинку.

– Вы можете вернуться к работе.

– У меня выходной…

– Тогда… вернуться к своему законному отдыху.

Скарлетт кивнула и поспешила на выход. Наконец, она была предоставлена самой себе.

* * *

Девушка металась по комнате, не представляя, что ей делать дальше. Глубокий, продолжительный сон придал сил и красок ее лицу. Но общаться с кем-то, выезжать в город ей не хотелось. Скарлетт написала несколько сообщений маме о том, как прекрасно проводит свой выходной.

Не стоит ее лишний раз беспокоить.

Ответы мамы были искренними и простыми, как она сама, и сопровождались фотографиями дворовых котов, что сидели под окнами дома.

Скарлетт заглянула в окно. Она начала раздумывать над тем, чтобы пройтись до пляжа, который простирался на горизонте.

«Послушаю музыку, пройду десяток километров… – воодушевленно подумала девушка. – Мне просто необходимо хоть иногда бывать на воздухе».

Это был некий план «лечения», который Скарлетт сама себе назначила.

Я буду убеждать себя, что не схожу с ума, и…

Внезапно ее взгляд ухватился за грозную фигуру, проходящую мимо швейцаров. Это был Каспер Стормар. Уже без очевидных следов крови, в чистой одежде, он быстро продвигался вперед. Несколько раз мужчина оглянулся через плечо, точно убеждаясь, что за ним никто не следует.

Скарлетт нахмурилась: «И что это он делает?»

Тут охотник резко остановился и уставился в окно. Прямо на нее. Девушка вздрогнула и отскочила назад, прячась в глубине комнаты.

В ее голову закралась совершенно бредовая мысль.

Возможно, мне стоит проследить за ним?

Скарлетт проскочила в сторону выхода. После вчерашнего падения с лестницы у девушки все еще ужасно болело тело, но она постаралась как можно быстрее спуститься на первый этаж и оказаться на улице. Запыхавшись, добежала прямиком до фонтана.

Фигура охотника уже давно скрылась где-то вдали, но Скарлетт не теряла надежды.

Надо пойти в ту же сторону. Главное, чтобы он не понял, что я за ним слежу. Иначе боюсь представить, чем это может обернуться…

Опушка леса раскинулась перед девушкой. Все вокруг было покрыто пушистым ковром из сосновых иголок, которые хрустели под ногами. Изумрудные ветви простирались к небу, запах сосновых деревьев был насыщенный и свежий, и дышать было легко.

Несмотря на всю эту благодать, Скарлетт ощущала тревогу, точно кто-то следил за ней из тени.

Да где же он?

Тихий шорох листвы и шепот ветра создавали ощущение присутствия невидимого наблюдателя. Глаза девушки беспокойно сканировали окружающее пространство в поисках опасности. Наконец она разглядела очертания Каспера, расплывающиеся в тумане.

Почему он не хотел, чтобы за ним шли? Откуда такая подозрительность?

«Хотя взгляни сначала на себя. Следишь за человеком, бегаешь за ним по лесу, как какая-то маньячка, – тут же одернула себя Скарлетт. – Во что я превратилась?»

Мужчина замер. Точно хищник, преследующий добычу. Он был быстр и точен в координации. Ни одного лишнего движения, звука, резкого поворота головы. Под охотником не треснула ни ветка: лес оставался бесшумным, и Каспер являлся его невидимой и неотъемлемой частью.

Скарлетт вся обратилась в слух.

«Как он так тихо двигается?» – не унималась она. Девушке стало жутко не по себе, словно она сама могла в любой момент стать жертвой охоты.

Это пугает. Лес будто нарочно прячет его от чужих глаз. От меня…

Пока Скарлетт тонула в собственных размышлениях, охотник куда-то исчез, буквально растворился в молочном смоге. Не веря собственной неудаче, девушка едва слышно буркнула под нос:

– Отличный из меня шпион.

– А за кем это ты собралась шпионить?

От неожиданности Скарлетт чуть не подпрыгнула на месте. Грубый голос раздался буквально за ее спиной, самыми резкими нотами попадая прямо в затылок. Девушка обернулась и оказалась в самом невыгодном для себя положении, зажатой между деревом с одной стороны и охотником с другой.

– Я повторю снова, специально для тебя, – пророкотал Каспер. – За мной следишь?

Скарлетт дышала через раз. Мужчина угрожающе навис над ней, не давая и малейшего шанса сбежать. Каспер даже не касался ее, однако всем своим видом показывал, что не даст так просто выскользнуть из своих рук.

– Я хотела посмотреть, как проходит охота… Так что можно я пойду?

Боже, что за чушь я несу!

– Скажи, по-твоему, я похож на полного идиота?

Он прорычал девушке прямо в лицо:

– Да кем ты себя возомнила? Заявляешься посреди ночи, следишь за мной…

– Пусти. Я… я тебя не боюсь.

Последнее слово она произнесла практически шепотом.

Каспер сделал шаг назад, но только для того, чтобы одним легким движением руки вынуть охотничий нож и занести его над девушкой. Скарлетт вскрикнула от неожиданности. Зажатое в руке лезвие пронеслось в миллиметре над ее головой и вошло в ствол дерева.

– Что ты делаешь?!

– А теперь слушай меня внимательно. Если я еще раз замечу, что ты вынюхиваешь что-то рядом со мной, Винсентом или Адамом… – Каспер сделал многозначительную паузу, и лезвие в его руке проехалось вниз по коре. – Особенно Адамом. Мне придется убить тебя, о чем я искренне пожалею. Или не очень искренне.

– Что ты несешь?!

Каспер мрачно усмехнулся. Его взгляд скользнул по лицу девушки, с жадностью выискивая хоть малейшие следы страха. Вместо этого мужчина, к своему неудовольствию, обнаружил лишь уверенность, граничившую с отчаянием.

– Шутка.

Было непохоже, что Каспер говорил все это несерьезно. На его лице сохранялось прежнее выражение враждебности.

Это реальная угроза? Да что тут со всеми не так?

Каспер демонстративно отпихнул девушку в сторону и продолжил что-то выводить на коре.

– А теперь отодвинься наконец, мне надо оставить метку на дереве. Оно сгнило.

Казалось, мужчина потерял к Скарлетт всякий интерес. Будто всей этой сцены и не было. Когда гулко бьющееся сердце успокоилось, девушка с недоверием оглянулась на охотника. До нее только теперь дошел весь смысл его слов.

– А почему ты так вступился за Адама и Винсента Синклеров?

Каспер, который закончил чертить крест на стволе, сделал шаг назад и осмотрел свое творение, параллельно отстегивая петлю на поясе и закрепляя там нож.

– Ты все еще здесь? Проваливай. Мне надоело с тобой разговаривать несколько раз на дню.

Не дождавшись ответа, охотник развернулся и шагнул в сторону сгустившегося тумана. Его задорное насвистывание было настоящей издевкой, очередным плевком в лицо.

– Ненормальный. Псих! – прошипела Скарлетт и тяжело задышала. Когда она поняла, что ее могли услышать, поспешила обратно к отелю.

Уже на входной дорожке девушка почувствовала, как в кармане завибрировал телефон. Будучи уверенной, что это мама, она машинально нажала «ответить», не удосужившись проверить имя входящего номера.

– Да, мам? Ты в порядке?

– Мамой меня еще не называли, – в трубке послышался громкий смешок.

– Коул! Что-то случилось?

– Пожалуй, мы давно с тобой не беседовали.

– Вообще-то совсем недавно.

– Мне нужен доктор Ватсон, чтобы выговориться. Тебе полезно будет послушать то, что я узнал.

– Доктор… Ватсон?

– Ну да. Что бы там ни говорил этот сынок владельца отеля, я точно Шерлок.

«Запомнил ведь… значит, задело», – улыбнулась Скарлетт.

Она услышала, как фоном словам Коула служит крик чаек и шум волн. Скорее всего, следователь бродил где-то рядом с океаном.

– Ты можешь подойти? Не хочу такое обсуждать по телефону.

Девушка повиновалась внутреннему порыву поскорее сменить локацию, чтобы какое-то время не видеть стены отеля и не погружаться во все плохое, что успело здесь произойти с ней. Тем более это полностью совпадало с ее желанием прогуляться.

– Я приду. Сбросишь координаты?

– Конечно, сейчас. Это пляж перед отелем, тебе надо просто спуститься вниз по дороге. Я тебя встречу.

Я бы могла рассказать ему про Найла…

Перед глазами тут же возник образ пистолета, направленного ей в лоб.

Нет, потом. Коул к нему нагрянет в номер, и вся наша договоренность пойдет крахом. Если Найл действительно близкий друг хозяина отеля, на меня точно повесят и этот пистолет, и воровство.

На душе возникла тяжесть. Скарлетт могла полагаться только на себя. Опять.