Тогда я еще не знал, что именно знакомство с ведущими профессорами программы бакалавриата по специальности «бизнес» в Корнелле подарит мне возможность, которая определит всю мою будущую карьеру, – собеседование в Procter & Gamble[10].
Корпорация P&G стремилась брать на работу как можно больше выпускников Корнелла. Активный наем шел почти на всех направлениях: инжиниринг, финансы, продажи, бренд-менеджмент. К слову, бренд-менеджмент в P&G был этапом на пути к топ-менеджменту. Здесь можно было узнать обо всех аспектах ведения бизнеса: рекламе, разработке и продвижении товара, ценообразовании. По мере роста квалификации бренд-менеджеру доверяли управление людьми. Практически все высшие позиции в компании занимали бывшие бренд-менеджеры. А в 1970–1990-е годы многие компании из списка Fortune 500[11] возглавляли руководители с опытом работы именно в этой сфере в P&G и других компаниях по производству потребительских фасованных товаров.
Процесс приема на работу в отдел управления брендом существенно отличался от приема в другие подразделения P&G. Почти все кандидаты имели степень MBA[12], и рекрутеры сосредоточивали усилия на Корнеллской высшей школе менеджмента Джонсона. Очереди на собеседование были большие, и выпускников для интервью отбирали обычно сами топ-менеджеры компании в составе пяти-шести человек. Единственный способ для бакалавра попасть в список соискателей состоял в том, чтобы получить персональную рекомендацию кого-то из ключевых преподавателей.
На интервью попало менее десятка бакалавров. При этом компания связывалась с нами напрямую, а не через кампус, как это делалось обычно. Все происходило очень тихо.
По сей день не знаю, кто устроил мне собеседование в P&G. В то время я рассматривал исключительно банковскую карьеру. Между третьим и четвертым курсом я проходил стажировку в банке, и мне нравилась аналитическая природа работы с финансами. Я предполагал, что два-три года проработаю в банке, после чего еще за два года получу степень MBA. Я мечтал работать в международной компании, поскольку страстно хотел заниматься развитием бизнеса и организации. Увлеченный этим планом, я даже не думал об альтернативах.
Поэтому, получив приглашение на собеседование в P&G, я был потрясен. Но это чувство переросло в сильный интерес, когда я изучил данные о компании. Особенно привлекла меня идея обучиться управлению бизнесом. Возможность освоить азы коммерции в рядах организации мирового масштаба выглядела уникальной. Пребывание в Корнелле изменило мою жизнь, и эта работа могла сыграть такую же роль.
В преддверии выпуска было важно и то, что P&G давала мне возможность быстрее построить карьеру. Мне не пришлось бы проводить два или три бессмысленных года в банке лишь для того, чтобы потратить еще пару лет на получение MBA.
В случае успеха, думал я, к двадцати пяти годам я стану бренд-менеджером, а в тридцать войду в совет директоров. В противном случае я ничего не потеряю – даже время. Я воспользуюсь приобретенным в P&G опытом, пойду в школу бизнеса, получу MBA и вернусь к первоначальному плану с банковским делом.
Ключевое здесь не то, что я получил предложение от P&G и начал свою карьеру в этой компании. И не то, что я стал одним из горстки бакалавров по всей стране, принятых в эту престижную программу.
Вот что самое важное: нужно быть открытым к альтернативным возможностям. Мы слишком часто зацикливаемся на единственном плане или решении. Начинаем верить, что P&G, Apple, Disney или Google – единственная организация, способная сделать нас счастливыми. Или же убеждаем себя, что наше будущее лежит в сфере финансов или IT, и не обращаем внимания на другие варианты. Этот опыт научил меня: хотя план должен быть всегда, нужно постоянно проверять, не устарел ли он в текущих обстоятельствах.
Открытость к другим путям и результатам позволила мне найти отличную первую работу, соответствовавшую моим долгосрочным целям.