Утро у Ани началось со звонка Евы.

– Мне хана! Я его потеряла!

– Кого? – не поняла Аня. – Клима?

После вчерашнего она вообще ничего не понимала.

– Да какой Клим! – Ева почти плакала. – Браслет! Я браслет потеряла!

Из сбивчивых пояснений Аня (зевая и тыкая зубной щёткой в щёку) узнала, что вчера после их позорного изгнания Ева вернулась домой и легла спать. А наутро, когда собиралась тайком вернуть драгоценности в мамину шкатулку (о, Аня угадала), недосчиталась браслета.

– Ну ты поищи сначала в комнате, наверняка под вещами где-то, – посоветовала мудрая подруга, вспомнив, какой беспорядок царит у Евы. Неудивительно, что она потеряла там браслет, удивительно, как она там весь Алмазный фонд России не похоронила.

Ева, подвывая. словно призрак сэра де Кентервиля, согласилась, что это здравая мысль, и отключилась. Аня вздохнула и потопала на кухню.

Там на диванчике спал призраколов в изгнании, поджигатель и расхититель тостеров Григорий Алтынов. Накануне, на вечернем семейном совете, на него наорали, отругали, обидели и всячески оскорбили его достоинство, поэтому он притащил на кухню подушку с покрывалом и страдал там, поближе к тарелке с черешней.

Пол был закономерно усеян косточками. Сам ловец-страдалец уже проснулся и простирал руки к натяжному потолку.

– О, Вирджиния, за что мне эти муки! – простонал он, увидев сестру.

– За природную глупость, – холодно отрезала Аня.

Похвально, что Гриша не выходил из роли, но его идиотской выходки это не извиняло. Это же надо было додуматься – дождаться, пока появится призрак, подобраться к розетке, в которую уборщики включают пылесос, и врубить свой бешеный тостер. Они все могли там сгореть или задохнуться! Впрочем, куда она смотрела, когда разрешила ему тащить эту штуковину в кинотеатр? Думала, что он просто поиграется? Это Григорий-то? Человек, которого сам Господь Бог позовёт в сценаристы апокалипсиса?

– Кто звонил? – милым голосом продолжал уничтожитель кинотеатров.

– Ева.

Аня дотянулась до кухонного шкафчика, встряхнула банку с кофе.

Его там оставалось на донышке… пожалуй, взрослые заметят, что она брала. Кофе младшим Алтыновым запрещался из-за вредного влияния на нервную систему, а это ещё сильнее расшатывало Анину нервную систему. Пришлось заваривать зелёный чай. Аня терпеть его не могла.

– Говорит, браслет потеряла вчера.

Григорий оживился, сел.

– Похитили? – с надеждой спросил он.

– Валяется где-то под подушкой. – Аня села, посмотрела в окно.

Август, богатый пастух, гнал стада розовотелых туч по небу цвета бедра испуганной нимфы. Скоро сентябрь и школа. Наверное, ей следовало испытывать радость по этому поводу.

– Давай завтракай, и начнём репетировать, – скомандовала она. – Времени мало. И чтобы сегодня нормально текст прочёл!

Григорий добрался до хлебницы, с ужасом обнаружил, что слоек нет (ибо в них, по мнению мамы, содержатся вредные углеводы), потом с надеждой раскопал половинку засохшего сочника и прожевал его, листая распечатку реплик и подвывая для тренировки.

Однако Оскара Уайльда пришлось отложить.

Через сорок минут снова позвонила Ева и голосом умирающего лебедя сообщила, что браслета всё равно нигде нет. Она перерыла всю комнату и нашла немало интересного (даже Анину заколку-черепашку, которую та потеряла у Евы два года назад), но только не браслет.

– В подъезде посмотри, – посоветовала Аня.

– Уже! И в подъезде, и на улице, – всхлипнула Ева. – Мама меня убьёт. Это рекламный браслет, для съёмок, я его без спроса взяла.

Дальше прозвучал трагический монолог о самонадеянной юности, которая всегда думает, что всё обойдётся, и о мамином контракте на рекламу серии умных украшений – со всякой хитрой встроенной электроникой. Утерянная серебряная драгоценность оказалась фитнес-браслетом с кучей всяких функций. И маме она потребуется совсем скоро, так что скрыть пропажу или затянуть поиски никак не получится.

– Думаю, я его уронила в кинотеатре, – закончила Ева. – Пойдём со мной? Боюсь, меня не пустят одну.

Аня прекрасно понимала её опасения и предполагала, что их и вдвоём не пустят. Но как она могла отказать Еве в такой ситуации?

Когда она уже вышла на улицу, её догнало дикое, но довольно симпатичное привидение в небрежно наложенном гриме. Под мышкой оно держало какой-то пакет.

– Шёл бы ты домой, – посоветовала Аня брату, который увязался следом, услышав их разговор. – Тебя там точно не ждут.

– Они меня не узнают, – заявил Григорий и сильнее растёр тушь по лицу.

– А в пакете что?

– Да так… – Гриша мечтательно посмотрел на небо. – Помнишь, у нас были индийский перец и приправы? Бабушка собиралась их выбросить, говорит, испортились.

– Так… – Аня не хотела знать продолжение, но куда же она денется.

– А ещё я нашёл на балконе хлопушку с прошлого Нового года. И подумал…

– Вот! – остановила его Аня. – Вот с этого всё и начинается. Ты подумал. Не надо тебе этого делать, Гриша. Не думай.

– И я подумал, – упрямо продолжал Гриша, – что если всё это соединить, то получится неплохая ловушка для призрака.

Аня горестно вздохнула. За что ей такое наказание? Не иначе, в прошлой жизни она была знаменитой отравительницей и погубила множество невинных душ. И теперь ей дан этот сизифов камень, ядро каторжника, цепи, оковы и вериги, родовое проклятие – Григорий Алтынов. Спорить и отправлять его обратно у Ани не было ни сил, ни времени. Будь что будет.

– Тебя посадят, – грустно предсказала она. – А мне придётся носить тебе передачи. Черешню со слойками.

Гриша не возражал против такой перспективы.

У входа в «Крипоту» они встретили Еву и Клима. На двери значилось: «Закрыто по техническим причинам». Телефоны кинотеатра не отвечали.

Заплаканная Ева опиралась на Клима, который мужественно её утешал.

– И чего вы встали? – напустилась на них Аня. – Клим, ты же сам говорил, что у них два выхода! А ну, бегом туда!

У чёрного хода стояла Зоя. Она прожигала свою юную жизнь способом, который категорически не одобряет Минздрав. Увидев их, она затушила остатки преступления и предупредила:

– Кинотеатр закрыт! А для вас так вообще навсегда.

– Ну пожалуйста! – взмолилась Ева и поведала неприступной стражнице горестную, но чарующую повесть о юной принцессе, потерянной волшебной драгоценности и скорой на гнев королеве-матери. И если она, благородная и милостивая госпожа Зоя, не смилостивится над бедной принцессой, то ждёт её неминуемая кара, ужасная настолько, что уста немеют и мысль останавливается.

– Ну не знаю, – Зоя заколебалась. – У нас из-за вас такой бардак, ребята. Я, если честно, на вас очень зла. Эд со вчерашнего дня лежит, не встаёт, у него давление подскочило под двести, скорую вызывали. Понятно, что это не только вы виноваты – все эти аварии и полтергейст, но вы его добили. Игорь на всех бросается.

Аня покосилась на брата, который осторожно задвинулся за спину Клима, старательно пряча пакет с новой ловушкой.

– Призрака вы придумали? – в лоб спросил Клим.

– Да ну его! – отмахнулась Зоя. – Какая-то штуковина под потолком, я её вручную поднимала и опускала, а как она светилась – не знаю. Это Эд и Михаил, киномеханик, всё придумали.

– Я там какой-то синий луч видела, – вспомнила Аня, – когда Гриша тостер спалил. В дыму.

– Ага. – Клим выглядел довольным, как будто у него сложился пасьянс «Косынка» из отцовских закладок «Настольные игры для тех, кому за сорок».

– Какая разница – призрак, гуль, зомби! – воскликнула Ева. – Ну Зоечка, пожалуйста, мама меня убьёт!

– А меня Игорь уволит, – резонно ответила девушка. – Он вашу компанию велел в чёрный список внести. Для вас вход закрыт.

Ева в отчаянии всплеснула руками и пошла напролом – в дверь. Зоя заступила ей дорогу, и тогда Ева сползла у порога на пыльный асфальт. Прямо в розовом топике и белых, как сахар, шортах. Взбрыкнула босоножками – алый педикюр плеснул в воздухе клюквенными каплями – и легла.

Детективное агентство «Утюг» в полном составе онемело. Гриша восторженно выдохнул.

– Ты чего? – обалдела Зоя.

– Я тут лежать буду, пока не пустишь, – заявила Ева.

– Почки застудишь!

– Да я лучше умру, чем без браслета уйду!

Зоя фыркнула и закрыла за собой дверь.

Наступила тишина. Вдали шумели машины. Ветер влёк вдаль облака, белокрылые, как корабли. Затем на жестяную крышу крыльца сел голубь. Прошёлся, царапая жесть коготками, недоуменно курлыкнул, глядя на Еву.

Пауза тянулась, как качественная жвачка, – отсюда в светлое завтра. Первым не выдержал Клим.

– Ев… может, поищем другой путь… – робко предложил он.

– Нет! – отрезала директор агентства – бледная и прекрасная, как поверженная статуя.

– Ты же сказала, что в браслете GPS-модуль! – воскликнул он. – Давай я его просканирую и сразу всё найду: у тебя же осталась инструкция?

Клим хотел помочь – настолько сильно, что Ева кивнула (а сделать это на земле было затруднительно) и царственно протянула ему розовый маленький клатч, который перед тем заботливо положила на живот. Но не поднялась, ощущая, как с каждой минутой символический вес её страдания конвертируется в мученический ореол.

– Я сейчас! – Клим завозился, развернул инструкцию и принялся колдовать со своим смартфоном. – Может, ты встанешь пока? А?

– Реально простудишься, – шмыгнул носом Гриша.

– Зоя ушла, кажется, – поддержала брата Аня.

Тень сомнения пробежала по лицу Евы, она чуть заметно шевельнулась. Ещё мгновение – и поднялась бы, но тут дверь снова открылась. Зоя посмотрела вниз.

– Совсем больная, – хмуро констатировала она. – Давайте, только быстро! Тоже мне, Махатма Ганди.

– Кто? – Ева подскочила и принялась отряхиваться – напрасно, конечно, шорты и топик всё равно отправятся в стирку. Но жертву Аня оценила. А ещё искусство, с каким Ева выжала из ситуации всё возможное, включая Клима.

– Конь в топике! – мрачно ответила Зоя. – Шустрее, пока Игорь не заметил!

Ева охнула, обнаружив на шортах пятно от чёрной краски. Но все уже вошли внутрь, и она заторопилась, рыча в темноте от злости.

Вот так детективы «Утюга» проникли в запретное мрачное чрево «Крипоты» и двинулись сквозь него, рассеивая тьму слабыми огоньками своих телефонов.

Аня держалась за брата и старательно смотрела ему в затылок. В затылке дрожало перо из старой подушки, на которой Гриша спал этой ночью. Перо было растрёпанное и кривое, так себе перо, но оно их, домашнее! А всё остальное вокруг…

Они шли через служебные коридоры кинотеатра, заваленные неудачными порождениями больной фантазии Эда. Оборотни-несчастливцы, зомби-лузеры и вампиры-недоноски скалились из каждого угла. И ещё какие-то твари, для которых не было названий в человеческом языке; от одного взгляда на них у Ани начинала болеть голова.

Гриша жизнерадостно гоготал и фоткал особо мерзких особей.

– Офигенная штука твой браслет, – бормотал Клим, не отрывая взгляда от телефона. – Там новый протокол GPS. Зачем ты вообще такую крутую вещь в кино потащила? В темноте ж его не видно.

– Да вот хотела, чтобы ты заметил, какая я красивая, – в сердцах пояснила Ева.

Аня чуть не налетела на брата.

– Да я и так знаю, что ты красивая, – пожал плечами Клим. – Разве это надо специально говорить?

Ева споткнулась и вцепилась в него.

– Ну хватит вам! – злой тихий голос Зои долетел из темноты, которая впереди немного рассеивалась.

– А чего так темно? – шёпотом возмутилась Аня.

– А это ты у своего брата спроси, – таким же яростным шёпотом ответила девушка. – Чем он думал, когда тыкал тостером в розетку.

– Я хотел призрака поймать, – оправдывался Гриша. – А чего мы шёпотом?

– Потому что мы тут нелегально! – объяснила Аня.

– Так, я пошла! – Ева рванула ко входу во второй зал – табличка с его номером светилась вдали.

Вообще вокруг много чего светилось: зубы, щупальца, клыки, магические надписи. В баре голубым светом фосфоресцировал попкорн, бросая холодные отблески на отполированную стойку так, что та казалась облитой спиртовым лиловым пламенем.

– Не там, – остановил её Клим. – Локатор показывает, что браслет где-то в той стороне. – Он указал на тёмный провал коридора, который вёл к кабинету администрации.

– Наверное, Игорь нашёл, – предположила Зоя. – Эд вообще не выходил из кабинета.

– Значит, нам туда! – встрепенулась Ева и рванула вперёд, как гончая, поднявшая зайца.

Зоя лишь рот открыла – весь план по скрытому проникновению и поиску браслета немедленно провалился. Но Еву уже было не остановить, и все последовали за ней, как перелётные гуси за вожаком.

Из-под двери кабинета пробивался свет, и оттуда доносился громкий и визгливый голос:

– …пожарная инспекция наложит арест, пока мы не устраним все неполадки. А откуда я знаю, что за неполадки! Я тебе сто раз говорил: кончай играться с кинотеатром, давай выкинем всю эту машинерию и поставим нормальные игровые автоматы. Это реальный бизнес-план, Эд!

Ева открыла дверь.

– Здравствуйте!

Все её робость и бледность исчезли, ноздри раздувались, ресницы трепетали, волосы растрепались, и даже пятно на шортах не портило, а лишь дополняло образ. Не хрупкая девочка, а грозная возвратительница своей собственности стояла на пороге кабинета.

– Так! А вы что тут делаете?! – Игорь обернулся в раздражении.

Он нависал, как грозный вопросительный знак, над кушеткой, на которой бессильно распростёрся Эд. Рядом с ним лежали тонометр и упаковки таблеток. В кабинете остро пахло какими-то лекарствами. Эдуард порывался что-то сказать, но было видно, что сил у него немного.

– Зоя, это ты их пустила?! После того, как они нас чуть не спалили?! Всё, ты уволена!

Зоя побледнела. Эдуард приподнялся, пытаясь возразить.

– Даже не спорь, Эд! – Игорь распалялся всё больше. – Да она с ними заодно вообще! Они разорить нас хотят!

– Игорь, это всё создано на деньги Эда, – заметила Зоя. – Твоего тут ничего нет.

Менеджер аж подпрыгнул, клацнул зубами и начал совсем нехорошо ругаться.

А Аня пыталась вспомнить, где же она могла видеть этого человека. Не во время пожара, а раньше…

Игорь набросился на детективов.

– Вы зачем сюда явились?! Хватило же наглости!

– За браслетом! – напирала Ева. – Я браслет потеряла.

– Какой браслет? Не видел я никакого браслета!

– Серебряный, витой, с камешками и экранчиком! Из новой серии фитнес-электроники! – продолжала Ева, будто не замечая возражений. – Он тысяч двадцать стоит.

Аня охнула: ничего себе Ева ставки подняла в битве за сердце Клима.

– Я не находил!

– Странно, а локатор показывает, что он сейчас в этом помещении, – заметил Клим.

Игорь осёкся, переспросил осипшим голосом:

– Какой локатор?

– Встроенный. Это же фитнес-браслет, умная электроника, там GPS-датчик стоит, – пояснил Караваев. – Он примерно там, – Клим указал на стол.

Ева двинулась к нему, однако Игорь преградил ей дорогу.

– Я сейчас в полицию позвоню, – сообщила Ева спокойно, но Аня, хорошо знавшая подругу, поняла, что та уже в бешенстве.

– Подождите… – Игорь облизал губы. – Это недоразумение.

– Ну конечно, – усмехнулась Ева. – Себе забрать хотели, да?

– Нет, вы не поняли, – Игорь оглянулся на Эдуарда. – Это же твой стол, Эд. Зачем ты его взял? Браслет? – Эд захлопал глазами. – Ты разве не помнишь? – продолжал Игорь. – Ты же после пожара в зал побежал, смотреть повреждения, и его поднял. Вернуть владельцу хотел, да?

– Я… наверное… – Эд нахмурился.

– Да не мог он его взять! – выкрикнула Зоя. – Что за чушь!

– Тихо-тихо! – Игорь замахал руками. Выглядел он намного спокойнее и увереннее, чем минуту назад. – Мы сейчас во всём разберемся. Без полиции. Эд просто хотел его вернуть владельцу, этот браслет. Верно?

Эд неуверенно пожал плечами.

– Ну вот, – выдохнул Игорь. – А ты сама пришла, значит.

Он повернулся к столу, открыл нижний ящик и вынул украшение. Протянул Еве. Та взяла его в руки, оглядела, покусывая губу.

– Ну вот мы всё и уладили! – Игорь хлопнул в ладоши. – Напугал ты меня, Эд, напугал. Отдохнуть тебе надо… Ну а теперь, дорогие дети, оставьте нас, пожалуйста, нам ещё последствия вашего поджога разгребать… – Он полез в карман, достал небольшой планшет и демонстративно его включил.

– Интересно, – пробормотала Ева. – Клим сказал, что браслет в помещении. А вы его сразу нашли в ящике стола.

Улыбка Игоря поблекла.

– Ну, повезло, наверное…

– Или вы туда его сами положили, – сказала Ева. – Чтобы потом подставить.

– Да вы вообще что несёте! – взвился менеджер. – Получили свой браслет и идите отсюда! И её с собой заберите! – Он махнул планшетом в сторону Зои, которая стояла у стены.

Глаза у неё казались тёмными, будто наполненными водой, и вся она была бледная, как привидение.

А Аня во все глаза глядела на планшет в руках Игоря. Она его уже видела.

– А я вас помню, – вдруг заявила она. – Вы в кафе сидели, рядом со мной. Неделю назад. В «Мегаполисе». И на планшете у вас программа была такая… странная. Там указатели были: вентилятор, свет, розетки, звук, туман…

Игорь застыл, лицо его стало похоже на маску из папье-маше, которую повело от небрежных условий хранения.

– И я вот подумала, – продолжала Аня. – А вдруг это пульт управления спецэффектами в кинотеатре?

– Так значит, весь этот полтергейст устроили вы? – подытожила Ева.

– Да вы что несёте! Программный пульт только у Эда есть, – пролепетал менеджер. Он затравленно озирался – детективы брали его в кольцо.

– А давайте ваш планшет посмотрим, – дружелюбно предложил Клим.

– Давайте, – согласился Игорь и очень ловко спрятал планшет в куртку.

За спиной его заскрежетала кушетка – это поднимался Эд. Не отцепив тонометр от левой руки, он пошарил правой за шкафчиком в углу и вытащил оттуда здоровенный окровавленный осиновый кол.

– Эдик, ты это чего… – Менеджер попятился.

– Я! Всё, что от бабушки! Всё сюда! – взревел Эдуард. – А ты себе?!

Менеджер взвизгнул и заслонился стулом на колёсиках. Быстро забормотал:

– Да я тебе сколько раз говорил: давай шаурму откроем или ставки на спорт! А ты со своим кинотеатром! Ты же больной, Эд, вконец больной! Все твои вурдалаки и зомби – это всё ненормально! Тебе сколько лет, Эдик? А ты всё играешься! Я бабки хочу поднимать, такое место здесь!

– И вы решили его к рукам прибрать, – подытожила Ева. – А Эда разорить и довести до нервного срыва.

– Это правда? – хрипло спросил Эдуард. – Так всё и есть? Игорь?

Игорь выглянул из-за стула.

– Зачем дуракам деньги, они всё равно их на фантики потратят… А-а-а!

Осиновый кол, пущенный со всего размаха, воткнулся в стул. Эд зарычал, как медведь, выдернул оружие, но менеджер швырнул в него стул и одним прыжком, растолкав детей, бросился к выходу. Словно весенний лось, он скакнул в дверной проём и умчался в темноту.

– Вы всё равно ничего не дока-а-а… – Вдруг раздался хлопок, и остаток фразы потонул в нечеловеческом вопле.

– О господи, у нас тут реально призрак завёлся, – Эд, тяжело дыша, сел на стол и уронил осиновый кол.

Зоя прислушалась, на лице её появилось мрачное удовлетворение.

– Это не призрак, это Игорь воет. Не знаю, что случилось, но ему очень нехорошо.

Завывания и грохот постепенно удалялись, пока не стихли совсем.

– Ань, а перец совсем не выдохся, – заметил Гриша. – Только теперь придётся ставить новую ловушку.

– Это вы сделали? – спросила Зоя, и Аня коротко объяснила суть перцовой ловушки для призраков – так, как сама её поняла.

– А это неплохо. – Эдуард огляделся. Схватил со стола блокнот. Бодрость возвращалась к нему на глазах. – Хорошая идея, надо подумать. Мальчик… Григорий, да? Ты не хочешь поработать в кинотеатре «Крипота»?

– А что надо делать? – глаза у Гриши загорелись.

– Да примерно то же самое, только мы будем играть за призраков. Надо как следует пугать наших зрителей.

Зоя подошла, вынула блокнот из рук Эдуарда, положила на стол и неожиданно обняла директора.

– Давайте сделаем перерыв с ужасами, – мягко сказала она. – Нам ещё прибраться надо. И с пожарной инспекцией всё уладить. Да и новый менеджер нужен.

Эд ошарашенно посмотрел на неё. И тоже обнял.

– Ну давайте… наверное, – согласился он. – Только зачем нам новый менеджер?

Зоя нахмурилась.

– Ты что, хочешь дальше работать с Игорем? После того, что он устроил?

– Нет, зачем нам новый менеджер, когда есть ты, – пояснил Эдуард. – Давай ты будешь вместо него?

Зоя засмеялась.

– А давай!

– Слушайте, я вот принцип понял, но хочу уточнить, – вмешался Клим. – Вы призрака сделали с помощью ламп Вуда?

Эд так удивился, что даже Зою отпустил.

– Ты где их нашла? – спросил он у девушки.

– Они дикие, сами с улицы пришли, – сказала она. – Я тоже в шоке.

– Я догадался, когда чёрные лампы в будке механика увидел, – продолжил Клим. – Это лампы Вуда. Они пропускают только ультрафиолетовые лучи. Их взрослые обычно не видят, а вот дети иногда могут. Аня, например, видит. И если посветить таким светом в темноте на краску, которая светится в ультрафиолете, то она будет видна.

Аня поразилась: выходит, это были ультрафиолетовые лучи – тот синий свет, который она видела во время пожара?

Эд кивнул.

– Верно. Проектор проецировал ультрафиолетовые лучи на прозрачную пластину из пластика, на которой мы нарисовали призрака. Как раз специальной краской. Зоечка по сигналу эту пластину поднимала и опускала.

– Значит, призрака всё-таки нет, – протянул разочарованно Гриша. Он был в печали.

Телефон у Ани звякнул – пришло сообщение. Она прочла его и улыбнулась.

– Кажется, одно привидение в твоей жизни всё-таки будет. Анна Арменовна пишет. Миша заболел, и нам срочно нужен новый актёр на роль призрака Симона де Кентервиля.

– О, а можно мне использовать спецэффекты? Если накрошить серу со спичек…

– Ни. За. Что!

– Ну ты дослушай сначала! Это крутая сценическая идея…

– Всё, граждане и гражданки, – строго прервала их Ева. – Дело о призраке в кинотеатре объявляю закрытым!