– Наша команда выходит в плей-офф, – объявил тренер два месяца назад.

Самая счастливая новость. Учитывая, как они упорно трудились изо дня в день, такой результат был более чем заслуженным. Рэт, ставший капитаном «Воронов», понимал: теперь им нужно стараться вдвое больше. Нельзя терять такой шанс. Конечно, он оценивал ситуацию объективно и не заглядывал слишком далеко. Пройти в четвертьфинал будет достаточно. Однако с каждой игрой и с каждой новой победой «Вороны» шли дальше, напролом. Рэт стал лидером сезона по трехочковым броскам. И вот очередной противник остался позади… Теперь они были в полуфинале. И, судя по статистике, имели довольно неплохие шансы.

Сегодня им предстояло выйти против «Атлантов». Действительно сильной и стратегически подготовленной команды. Рэт внимательно пересмотрел записи их прошлых игр. Они произвели на него впечатление. Тем не менее он продумал для «Воронов» тактику на сегодня и очень надеялся, что им удастся выиграть. Теперь, когда они были в полуфинале, от победы их отделяло совсем немногое. У него появилась мечта. Рэт чертовски сильно хотел ее воплотить. Костьми ляжет, но кубок будет их.

– До выхода десять минут. Собирайся, – послышался голос наставника.

– Да, тренер. Я приду через минуту, – кивнул Рэт и взял мобильный в руки.

Весь сезон прошел в сборах и разъездах. Команда была замечательной, дружной. Парни единогласно выбрали его своим капитаном. И Рэт их не подвел. Ни разу.

Уже наступил июнь. Игры проходили в разных городах, далеко от Лас-Вегаса. Он не был там… Почти год. С их последней встречи с Мелани прошло ровно девять месяцев.

Девять месяцев он не обнимал ее.

Девять месяцев не слышал ее тихого смеха.

Девять месяцев не просыпался рядом с ней, не покрывал поцелуями ее заспанное лицо.

Девять месяцев не укрывал ее заботливо одеялом и не улыбался, когда она прижималась к нему всем своим маленьким телом.

Девять месяцев не шутил над ней и не видел, как ее щеки краснеют.

Девять месяцев не ощущал ее запаха. Груши. Дома. Тепла.

Девять месяцев не брал ее за руку. Хрупкую, но дающую ему силу.

Девять месяцев не слышал ее голоса. Самого родного.

Девять месяцев он был без нее.

Двести. Семьдесят. Четыре. Гребаных. Дня.

– Я дам тебе развод, когда вернусь после сезона, – пообещал ей Рэт.

Она не восприняла его слова с восторгом, но и поделать ничего не смогла. Разумеется, никакого развода Рэт ей давать не собирался.

«Ага, разведусь я с ней. Только через мой труп».

Все это время он ни к кому не прикасался. Несмотря ни на что, хранил верность той, которую потерял. Это было совсем не сложно. Тыковка сделала его абсолютным однолюбом.

У их команды был большой фан-клуб, а у него еще и собственный. Соцсети Рэта взрывались: больше двадцати миллионов подписчиков, и их количество все увеличивалось. Влиятельная семья, блестящие результаты в спорте, красивая внешность, обаяние и харизматичность – все, что нужно, чтобы сделаться предметом одержимости. Девушки сходили с ума по новому фавориту НБА, забрасывали его соцсети бесконечными приглашениями на свидания, подходили после игр за автографом, буквально вешались на него. Ему было не привыкать. В университете и в академии было почти то же самое. Только в гораздо меньших масштабах. Теперь же он стал полноценной звездой баскетбола.

Но какими бы красивыми и соблазнительными ни были его поклонницы, у Рэта ни разу не возникало желания ответить хотя бы одной из них. Он со всеми был одинаково вежлив и добр, но никогда не давал надежду на большее. А с особо упорными обращался твердо: говорил, что его сердце занято. Парни из команды недоумевали, пресса тоже. Всем было очевидно, что с женой Рэт расстался: они жили порознь, не носили колец. Вот только Рэт не видел других девушек. Просто не воспринимал их. Он активно ходил с парнями по клубам, тусовался, танцевал, пил что-то безалкогольное, но не позволял себе ни с кем флиртовать. Он и не мог. Единственная, кем все время были заняты его мысли, – это его маленькая фея Драже. Никто другой. Никогда. Бедному дракону пришлось несладко. Он стал ручным.

«Потерпи, скоро твоя хозяйка вернется».

Пятьдесят четыре спектакля. В тридцати шести из них Мелани танцевала главные партии. В прошлом месяце она завоевала золотую медаль на Международном конкурсе артистов балета США. Это помогло развитию ее карьеры. Он посмотрел все ее выступления. Даже старые, где она еще танцевала в кордебалете. Для Рэта это было совершенно неважно. Он словно вместе с ней проживал все ее победы. Видел, как она росла как балерина, как с каждым разом ее партии становились все более ответственными.

Он не всегда заставал прямые трансляции спектаклей – они часто совпадали с его собственным расписанием, с тренировками или играми. Тогда Рэт смотрел видео в записи. Это была его единственная связь с Мелани. Почти ритуал, любимая привычка. Каким бы уставшим он ни был, без просмотра балета со своей феей Драже Рэт не засыпал. Без этого он бы не смог выдержать. Сдался бы, сломался.

«Я чертовски сильно горжусь тобой, моя девочка».

Даже на расстоянии она давала ему стимул выигрывать. Идти вперед. Ради нее.

«Обещаю, я вернусь и докажу, что достоин тебя».

Он продолжал каждый день дарить Мелани розовые пионы. Ей приносили их вместе с записками, которые Рэт старомодно писал от руки.

«Надеюсь, это поднимает ей настроение».

Он тепло улыбнулся, когда увидел ее новую историю в соцсетях. Как же переменилась Леви! Рыжий комочек превратился в горделивую кошку, величественно сидевшую у Мелани на плече. У Леви с самого детства была такая привычка, и хотя теперь она здорово выросла, но все равно продолжала так делать. Вряд ли Мелани ее за это ругала.

Мелани. У него перехватило дыхание. Как и каждый раз при взгляде на нее. Сердце забилось чаще. Влюбленное сердце.

«Такая красивая. Моя».

На фотографии она улыбалась, смотря в камеру.

«Интересно, мне она так когда-нибудь улыбнется? Я бы все отдал ради этого».

– Рэт! Игра! – снова подогнал его тренер. – Собери команду.

На этот раз Рэт выключил телефон и вышел из раздевалки. Осталось немного. Он скользнул взглядом по розовому браслету на запястье. Он его так и не снял. Это был талисман. Словно ее частичка оставалась с ним.

Рэт выдохнул. Он сделает все ради достижения цели. Победа будет их. Хотя что-то ему подсказывало, что главная победа еще впереди. Ее сердце.

* * *

Был понедельник. Мелани собиралась встретиться с Агнес. Сара с Алексом недавно поженились и теперь проводили медовый месяц на Гавайях. Понедельник был у Мелани единственным выходным. Все остальные дни она проводила в театре. Балетная труппа оказалась очень дружной, в ней царила атмосфера взаимопонимания и поддержки. Коллектив был небольшой, почти все танцоры – ее ровесники. Она нашла свое место.

Ей не всегда было легко. Даже теперь ей иногда хотелось опустить руки, сдаться. Но после самой темной ночи всегда наступало утро. Трудности ее закалили. Распорядок ее дня зависел от графика репетиций и спектаклей. Случалось, что на месяц ставили по шесть спектаклей, плюс репетиции будущих премьер. Каждое утро к одиннадцати она приезжала в театр. Вся труппа разогревалась, а потом расходилась на сольные репетиции и постановочные занятия. Не меньше восьми часов каждый день.

Первые месяцы она работала изо дня в день, пыталась войти в ритм. Было и правда сложно. Но Мелани только радовалась. Это не давало ей сойти с ума от тоски, уйти в депрессию. Она приходила домой полностью обессиленная и отключалась сразу, как только ее голова касалась подушки. Никаких мыслей. Ничего. За красивой картинкой, которую видят зрители на спектакле, стоит ежедневная работа над собой. Люди приходят на балет, чтобы насладиться искусством. Они не думают о том, стерты ли у тебя ноги в кровь. Болит ли у тебя что-то. Разбито ли твое сердце. А ты сама просто берешь и выходишь на сцену.

Каждый день Мелани вставала и занималась, не думая о том, что происходило в ее жизни. Не обращая внимания на то, хорошо ей было или плохо, болела она или нет. После блестящей победы в конкурсе ее повысили до солистки. На одном из интервью после победы Мелани спросили, что такого дает ей балет, что она согласна терпеть все связанные с ним трудности? И Мелани ответила: любовь зрителей. И чувство умиротворения. Когда она видела, как люди уходят из театра, напоенные энергией искусства, ее наполняло ни с чем не сравнимое чувство, и у нее появлялось еще большее желание дарить им прекрасное. Такая профессия определяла ее характер. Не допускала слабостей. Это и было ей нужно.

– Лана! Ты опять убирала в моей комнате?! – послышался возмущенный голос Коди.

Мелани шикнула на него:

– Не мешай! Я занята!

Вот уже почти год она жила с младшим братом. Отец постоянно был в разъездах и дома появлялся редко.

– Ты переложила все мои вещи! Где мой мяч?!

– Отстань, мелкий! – раздраженно крикнула она, подобрала под себя ноги и еще внимательнее уставилась на экран ноутбука.

Но Коди не был бы Коди, если бы не ворвался без спроса в ее спальню.

– Весь мой порядок нарушен! – громко пожаловался он.

– Ты просто заноза в заднице, понимаешь? – закатила глаза Мелани.

– О, снова любуешься своим муженьком? Сразу бы сказала. – Услышав звуки прямого эфира баскетбольного матча, мальчик расплылся в хитрой улыбке. – Тогда не буду мешать. Наслаждайся.

– Я тебя прибью! – Она запустила в него подушкой, но Коди увернулся.

И предусмотрительно закрыл за собой дверь. Щеки Мелани запылали. Младший брат всегда умел вывести ее из себя. Девушка вздохнула и снова всмотрелась в экран.

Вот он. Номер семь. Ее любимая цифра. Ее любимый… человек.

– Я по тебе скучаю, Рэт. Ужасно сильно, – тихо прошептала она и ощутила боль в груди. Как и всегда. Обида давно прошла. Остались лишь тоска и пустота.

Иногда мы прощаем кого-то, потому что его отсутствие причиняет больше боли, чем поступок, который он совершил.

Она все еще любила его. Так же. Может, даже сильнее. Безвозвратно, безнадежно, бесконечно.

Мелани улыбалась каждый раз, когда получала очередной букет. Но гораздо больше цветов она ценила записки, которые он ей писал. Рэту необязательно было знать, что она отвечала на каждую. Берегла их, перечитывала и хранила. Она следила за всеми его постами в соцсетях и смотрела все его игры. Болела за «Воронов». Каждая их победа заставляла Мелани радоваться так, словно это была ее собственная победа.

Послышалось громкое мурлыканье, и уже через секунду о ее щеку ласково потерлась пушистая рыжая мордочка.

– Леви, – хихикнула Мелани и погладила кошечку за ухом.

– Мяу, – гордо отозвалась та и уселась перед ноутбуком, словно тоже желала понаблюдать за хозяином.

– Да, там наш Рэт.

Ее сердце забилось чаще, когда его показали крупным планом. Это был великолепный трехочковый. Который за сезон?.. Мелани была готова поклясться, что Рэт станет новым обладателем трофея Готлиба[30]. И он это заслужил.

Губы девушки дрогнули в улыбке, когда она заметила розовый браслет. Он его не снимал. Рэт был не из тех, кто не обращает внимание на мелочи. Зная, как тщательно он следит за своим внешним видом, одеждой и стилем, она понимала, что это не просто упущение. Браслет что-то для него значил. И эти записки… В них могли быть описаны какие-то мелочи, смешные или милые, но для нее имело значение лишь то, что он каждый день думал о ней. Писал ей то, что было у него на сердце. И в мыслях. Словно Рэт по-прежнему был рядом.

«Я дам тебе развод, когда вернусь после сезона».

Она огорченно вздохнула.

«Сама же просила его об этом… Так почему злишься?»

Послышался громкий крик комментатора. Победа. Да. Они выиграли! Радость, ошеломление, гордость… Миллионы эмоций вмиг наполнили ее. Мелани счастливо рассмеялась. Села поудобнее, положила ноутбук на колени.

– Я даже не сомневалась в тебе. «Воронам» очень повезло с капитаном.

Мелани досмотрела трансляцию до конца и уже собиралась пойти и разобраться с претензиями младшего брата, как вдруг…

«Погоди-ка. Какого черта?!..»

Молодая журналистка буквально прилипла к Рэту.

«А обязательно, блин, его лапать? Нельзя брать интервью на расстоянии?»

Рука девушки совершенно непрофессионально легла спортсмену прямо на грудь. Мелани стиснула зубы. Если бы можно было убить кого-то взглядом, несчастная журналистка давно бы упала замертво.

«Вот нахалка».

– Он женатый человек, – раздраженно пробормотала Мелани себе под нос. – Так или иначе.

«И мой. Рэт – мой».

Ревность мучила ее. Мелани сводили с ума новости о том, как Рэт по ночам тусовался в клубах. Но она знала, чувствовала: он бы ей никогда не изменил. У нее самой одна мысль о близости с кем-то еще вызывала тошноту и отвращение. Никогда. Мужчин, желавших заполучить Мелани, было достаточно. Даже в театре, где она работала. Особенно после ее поездки в Джексон и победы в одном из ведущих мировых балетных конкурсов. Но она решительно отказывала абсолютно всем.

– Я замужем, – одинаково отвечала она.

И это не было ложью. Ну, почти.

«Правда, мой муж живет за сотни миль от меня и его окружают толпы фанаток. Ну и что с того, кому вообще важны такие детали».

– Он выиграл! – Коди опять бесцеремонно ворвался в ее спальню.

– Стучаться не учили?

– Не будь занудой! – Мальчик был в восторге. – Рэт такой крутой!

– Без тебя знаю.

– Давайте уже миритесь. А то как дети. – И Коди закатил глаза.

– А ты когда взрослым заделался?!

– Когда моя сестра превратилась в упрямую злючку!

– Я не злючка, – усмехнулась Мелани. – И мои отношения с мужем тебя не касаются.

– Еще как касаются! Я не хочу лишиться такого офигенного зятя!

Девушка рассмеялась.

– Успокойся. Пойдем, я сделаю нам бутерброды. Мяч нашел?

– Да, ты его засунула в шкаф.

– Ну не валяться же ему посреди комнаты.

– Вообще-то…

Они начали привычно спорить, но Мелани не переставала улыбаться. Ей в голову пришла одна интересная идея.

* * *

Занавес открылся. Мелани низко поклонилась зрителям, держа за руку своего спутника. Принц Зигфрид и прекрасная принцесса Одетта. Вот кем они были сегодня.

На сцене балерина всегда забывала, кто она такая в реальности. Существовала только роль. Для нее это была одна из самых долгожданных постановок. Один из ее самых любимых балетов Чайковского. Несмотря на то что именно в «Лебедином озере» Мелани должна была выполнить сложнейшие тридцать два фуэте, ощущение волшебства, сказки, окрыленности не покидало ее на протяжении всех четырех актов. И громкие овации доказывали, что это особенное чувство разделяли все, кто был в зале. Ей поднесли цветы. Девушка снова поклонилась, наслаждаясь последними секундами выступления. Вот и все. Она знала, что пальцы под пуантами стерты в кровь. Ноги болели. Сильно.

Облегченный выдох вырвался из груди Мелани, когда она, попрощавшись с коллегами, добралась до своей гримерки и закрыла за собой дверь. Осталось переодеться и уйти домой. Наконец-то. После тяжелого дня на ногах это было благословением. Во время выступления нельзя было ничем показать, что что-то не так. Зритель приходил увидеть сказку, а не слезы артиста. Она знала: к боли привыкнуть нельзя. Можно лишь научиться не показывать ее. Мелани научилась.

Рэт последнюю неделю не присылал ей ни записок, ни цветов. Но еще хуже было то, что он не ответил на ее письмо, которое она отправила ему с курьером. Кто-то другой на ее месте махнул бы рукой, не обратил внимания, но… Мелани ощущала себя разбитой. Стоило ей об этом вспомнить – и вся радость от выступления улетучилась.

«Сдался все-таки».

Устал. Надоело. Решил двигаться дальше?..

«Поздно я спохватилась. Слишком поздно».

* * *

Это был финальный, седьмой матч. Он проходил в Детройте. Решающий. Потому что общий счет по результатам предыдущих шести матчей составил три – три. «Голден Детройт» против «Воронов». Тридцать восемь очков. Двенадцать подборов. Восемь результативных передач. Рэт Дэвис провел великолепный матч. По сути, на его плечи легла вся ответственность, потому что Гаррет Уоллес, их силовой нападающий, получил травму в первой четверти, и ему на смену вышел игрок послабее. «Вороны» наспех придумали новую стратегию игры, подогнав ее под изменившиеся реалии, и Рэт про себя молился, чтобы все игроки придерживались выбранной тактики.

Стадион бушевал. За игрой наблюдали более двадцати тысяч зрителей. Первая половина поединка завершилась с разницей в шесть очков в пользу «Голден Детройт». В заключительной четверти «Вороны» завладели преимуществом и сумели повести в счете, однако хозяева бросились в погоню и даже вышли вперед.

Сейчас «Голден Детройт» обгонял их на два очка. Четвертая четверть игрового времени. Последний гребаный шанс все изменить. Перед глазами пронеслись строки ее письма.

«…У тебя все получится, котенок. Вы победите. Я верю в тебя. Всегда».

Вроде бы совершенно обычные слова. Но значение имело лишь то, кем они были написаны. Девушкой, которая была для него… всем. Он ухмыльнулся. Разумеется, она использовала самую яркую розовую ручку на свете.

Один взгляд. Секунда. Моментальная реакция. Рэт поймал мяч, находясь на нужной позиции, и, уворачиваясь от атакующего защитника, забросил. Время, пока мяч летел до корзины, замедлилось. Адреналин кипел в крови. Кровь шумела в ушах. Четыре секунды длились словно целая вечность. Рэт не видел ничего, кроме полета мяча. Попал. Черт побери, попал. Его настолько переполняли эмоции, что Рэт не сразу осознал, что произошло.

«Вороны» стали новыми чемпионами Национальной баскетбольной ассоциации. А потом началось сумасшествие. Бесконечные объятия, крики, рукопожатия… Шум стадиона заглушал голоса товарищей. Перед глазами мелькали номера игроков и черные эмблемы «Воронов». На табло вывели фотографию их команды.

– Поздравляю! – Тренер коротко обнял Рэта и похлопал его по спине.

Операторы с камерами, ведущие прямые трансляции, буквально преследовали его, не давая пройти. Мы. Выиграли. Мы выиграли! Рэт рассмеялся. Счастливый, абсолютно и полностью. Мечта сбылась, черт побери. В этой суматохе он не сразу почувствовал, как его плечо крепко сжала чья-то рука. Он обернулся.

– Дедушка?

Рэт мог поклясться, что ощутил жжение в глазах, словно туда попал песок.

– Я так сильно горжусь тобой.

Рэт никогда и не подозревал, как много значит для него мнение деда. За попытками угодить, не разочаровать, оправдать надежды семьи он едва не заблудился, не сошел со своего пути. Но оказывается, если добиваться своей мечты упорным трудом, рано или поздно ты заслужишь уважение. Даже уважение такого сложного человека, как Бенджамин Дэвис.

– Спасибо, что приехал.

– Разве я мог пропустить вашу победу? Кстати, твои родители тоже здесь.

Дольше поговорить им не дали: на площадку вынесли кубок Ларри О'Брайена[31]. Команду созвали вместе. Вот она, высшая награда. Сначала речь произнесли представители НБА. Затем тренер прокомментировал их победу и отметил вклад Рэта в то, что команда сумела выйти в плей-офф. Его, Рэта Дэвиса, увенчали лаврами. Совершенно заслуженно. Все камеры повернулись к лучшему игроку матча.

– Победа для меня значит очень многое. Мы работали изо всех сил, чтобы достичь этого результата. Я очень рад, что все получилось, и горжусь нашей командой. Спасибо тренеру за то, что я сейчас здесь. За то, что привел нас к лучшему результату. – Рэт сделал паузу, собравшись. – Но есть еще один человек, которому я благодарен больше, чем кому-либо.

Да. Именно этого момента Рэт так ждал. Казалось, даже стадион притих. Он невольно улыбнулся и прикрыл глаза.

– Моей жене. Она каждый день подталкивала меня к тому, чтобы я стал тем, кем являюсь сейчас. Это ее заслуга. Она подарила мне веру в себя. Придала смелость. Не только в баскетболе. Она вернула мне моих друзей. Вернула мне… самого себя. Ту потерянную часть, которую я никогда не надеялся отыскать. Я посвящаю свою победу тебе, Мелани Дэвис. Я научился светить, как Кассиопея, но все еще чертовски нуждаюсь в тебе. Потому что я люблю тебя, фея Драже. Я очень сильно тебя люблю.

* * *

Ее сердце все еще колотилось как сумасшедшее. Хотя прямая трансляция закончилась уже больше четырех часов назад. Он меня любит. Он меня любит. Он меня любит.

«Боже, Рэт меня любит».

Девушка улыбнулась, смущенно и тепло. И неважно, был ли он Хаулом, ее близким другом на протяжении долгих лет, или же Рэтом Дэвисом, – Мелани принимала его любым. Она уже успела наплакаться и теперь сидела на кровати в состоянии эйфорического транса. Ее тело было легким, на сердце ничего не давило. Хотелось глупо улыбаться и танцевать. И кричать. Кричать о том, что он ее любит. Господи.

«Я словно заново влюбилась в него. Хотя, казалось бы, разве можно влюбиться еще сильнее?»

Но это же Рэт. С ним по-другому и быть не может. Мелани усмехнулась. И тут же чуть не подпрыгнула на месте. Потому что послышался громкий стук в дверь.

«Может, Коди что-то забыл?» – подумала она.

Младший брат сегодня остался ночевать у друга. Учитывая, каким растяпой он был, ее предположение могло оказаться правдой. Мелани с трудом встала с кровати и вышла в коридор. Ноги по-прежнему очень болели. Она даже не успела нормально перевязать их после душа.

Стук повторился. И еще раз.

– Какой нетерпеливый… – проворчала она, слегка прихрамывая. – Иду я, иду.

Щелкнула замок. Дверь открылась.