В своей книге «Состояние постмодерна» Жан-Франсуа Лиотар (1924–1998) утверждает, что теперь философский дискурс современности исторически бесполезен, потому что социальная, политическая и культурная сферы давно обогнали его в своем развитии. Вера в просвещенческие ценности – истину, прогресс, всеобщую справедливость, вечный мир, «всеобщее чувство» и т. д. – создала «великий нарратив» (или метанарратив), который исторически принимал разные формы, однако сегодня он уже в прошлом, как полагает Лиотар.

Метанарратив (кантианский, гегельянский или марксистский) – это повествование, претендующее на всезнание, которое может указать конечную точку развития человека и общества. Для Лиотара это все утешительные иллюзии, которые следует забыть. Вера в ценности Просвещения разрушена, потому что сегодня все свидетельствует против них – войны, погромы, кровавые революции, террор, этнические конфликты и т. п. Дальнейшее поддержание этой веры может свидетельствовать либо о невежестве, либо о злонамеренности. Теперь, считает Лиотар, мы должны оставить это убеждение и занять толерантную постмодернистски-плюралистическую позицию, согласно которой существует сколько угодно много общих прагматических нарративов знания, каждый из которых имеет право выражать свои ценности, систему убеждений и критерии «истинности» или «обоснованности» суждений. Эти нарративы несоизмеримы, поэтому мы не должны покушаться на то, чтобы судить их с точки зрения справедливости или истины: «Параллельное сравнение науки и ненаучного (нарративного) знания дает понять или, по крайней мере, почувствовать, что в существовании первого необходимости не больше, чем во втором, хотя и не меньше. Одно и другое сформированы совокупностями высказываний; высказывания являются “приемами”, направленными на игроков в рамках общих правил; эти правила являются специфическими для каждого знания, и “прием”, который считается хорошим здесь, не может быть таким же там, за исключением каких-то совпадений»[35].

Лиотар предлагает принять «состояние постмодерна», т. е. тот факт, что сегодня мы должны осмыслять свою жизнь в контексте множественных, незавершенных и множащихся нарративов и языковых игр. Надо уважать распрю нарративов и не совершать ошибку (типичную ошибку Просвещения): верить, будто одно из таких повествований обладает высшей гарантией истинности.

Этот же подход следует распространить и на этические проблемы, т. е. отказаться от универсализирующего подхода (в духе кантовского категорического императива), так как существует разрыв между правилом и его применением, между общим и частным, между моральным суждением, выведенным из абстрактных предписаний, и моральным суждением, осуществляемым в ситуациях, часто более сложных и трудных, чем что-либо, доступное универсалистской оптике.

Тем самым все сводилось к утверждению, что смысл моральных суждений появляется только в определенных контекстах (культурах, традициях, коллективных формах жизни, языковых играх, разделяемых социальных практиках и т. д.).

Глубокий скептицизм по поводу возможности познания и истины у Лиотара приобретает форму разнообразных несоизмеримых языковых игр, нарративных «распрей», конфликтующих идеологий, соперничающих концепций и т. д. Единственно работающим здесь принципом справедливости объявляется максимизация многообразия допустимых нарративов, которые по возможности не должны никак оцениваться.

В такой антипросвещенческой риторике, этически и политически реакционной, есть ряд сомнительных философских аргументов, пренебрегающих деталями работы самого историка, который все же устанавливает некоторые факты как имевшие место, а не являющиеся всего лишь продуктом его воображения и интерпретации. С другой стороны, за идеей Лиотара скрывается вполне либеральный плюралистический принцип: мы должны быть толерантными, не должны навязывать своих взглядов другим людям, и потому нам следует всегда быть готовыми признать, что наши убеждения не являются единственной состоятельной или морально оправданной точкой зрения.