Для Фернана Броделя (1902–1956) ключевой задачей было переопределить социальную реальность. Ее понимание должно было достигаться через осмысление основных форм коллективной жизни – экономики, социальных структур и институтов и, прежде всего, – самих цивилизаций. Размышляя о решении этой задачи, он разрабатывал теорию структур и конъюнктур длительного времени в рамках цивилизации и общества, т. е. он создал теорию времени большой длительности и экономических конъюнктур, указав на то, что глубинные структуры общества находятся в «темницах большого времени».

Согласно этой теории, существуют разные уровни исторического времени: «время общества» часто движется с ускорением или запаздывает, т. е. его ритм не совпадает с размеренным ходом времени «день за днем» в хрониках. В глубинах «социального времени», согласно Броделю, покоится история, еще более медленная, чем история цивилизации. Практически бездвижная, она отражает изменение отношений, возникающих у человека с землей, которая определяет его существование. Тем самым делается вывод, что влияние истории определяется природно-географическими и социально-экономическими факторами, которые даже в большей степени влияют на людей, чем они на них и на ход истории.

Подобная «новая история» является анонимной и работает в глубине и тишине, поэтому она противоположна надуманной истории «героев-полубогов», которые вершат судьбы. Благодаря такому видению и подходу к реальностям прошлого первостепенными в историческом исследовании становятся работа с различными экономическими данными и анализ истории техники. Бродель вводит в научный оборот термин «мир-экономика» и посвящает свои изыскания изучению упомянутых факторов, порою упуская главное – самого человека, т. е. он нередко преувеличивает влияние социально-экономических и географических факторов, равно как и политики, на жизнь человека.

Однако это не означало, что он отрицал роль личности. В свое время Л. Февр призвал вернуться к «сократической» потребности «познать себя», свое человеческое существо, которое является субстанцией, а не суммой внешних проявлений. Бродель разделял эту позицию, потому что считал, что предыдущая история редуцировала для историков множественность, сложность и противоречивость человеческого опыта к неким доминирующим факторам и привела к тому, что истинно индивидуальное стало абстракцией. Поэтому он призывал очистить историю от трансцендентализма с целью вернуть человеческое (индивидуальное) измерение в историю. Необходимость сохранения такого измерения объяснялась также тем, что «несчастные люди» прошлого очень похожи на современников.