Социологи Ален Турен (род. 1925) и Мишель Вевьёрка (род. 1946) произвели переосмысление Просвещения как исторического проекта цивилизации Нового времени (модерности), в аспекте формирования культуры многообразия.

Турену главная проблема современности видится не в том, чтобы сильнее интегрировать или ассимилировать меньшинства, а в том, чтобы предоставить всем индивидам, принадлежат ли они к большинству или к меньшинству, возможность стать самостоятельными.

На первый план выходят современные проблемы иммиграции и интеграции во Франции, которые рассматриваются как часть всемирно-исторических процессов, сформировавших цивилизацию Нового времени (модерность).

Чтобы решить эти проблемы, Турен и Вевьёрка показывают, что у проекта модерности существует две фазы:

1. «Первая модерность» при столкновении с проблемой иммиграции предлагала в условиях не аграрного, а индустриального и национального общества «производить» нового человека. Это предприятие должно было осуществляться на пути «ассимиляции».

2. В отличие от первой фазы «вторая модерность», которую как раз и продвигают Турен и Вевьёрка, отражается в политике культурного многообразия.

Здесь возникает своеобразный парадокс смешения в политике мультикультурализма одновременно и традиционализма фундаменталистского толка, и культурного релятивизма постмодерна.

С одной стороны, мультикультурализм оспаривает культурное наследие, связанное с господством одной культуры, одного языка, одной религии. В этом он отказывается от универсальных ценностей, как бы ликвидируя наследие Просвещения.

С другой стороны, многообразие является реальностью, что обнаруживается в подъеме всевозможных «партикуляризмов», находящих выражение в активно обсуждаемой тематике «возврата» к этноконфессиональной идентичности, «этническому возрождению», возрождению религиозности («реванш Бога»), что позволяет говорить о присутствии традиционализма в политике мультикультурализма.

Вевьёрка отмечает, что может показаться, будто в конфликте с универсальными ценностями модерности побеждают различные виды партикуляристского традиционализма, так как вместо прогресса обнаруживается архаизация. Однако такой «возврат» свидетельствует не столько о неудаче Просвещения, сколько о неудачном применении этого проекта.

В традиционном обществе группа во имя традиций подчиняла каждого своему диктату, и индивид неизменно оказывался простой частичкой социума. Теперь же люди хотят иметь возможность выбирать свою идентичность, в том числе принадлежность к тому или иному коллективу. Таким образом, заключает Вевьёрка, современный индивидуализм не исключает коллективизма, а напротив, питает коллективные идентичности.

Турен настаивает на совместимости и даже взаимодополняемости принципа равенства и принципа различий, оспаривая долгое время господствовавшую точку зрения, что различие предполагает приниженность одной из сторон. Действительно, принцип равенства рождался в революционной борьбе против сословной иерархии, поскольку различие как неравенство могло подразумевать отсутствие человеческих характеристик у тех, кто находился в приниженном положении.

Однако сегодня положение радикальным образом изменилось: на смену внешнему равенству при реальных различиях, что было характерно для эпохи Просвещения, приходит тенденция к реальному равенству при очевидности различий. Глобализация привела к циркуляции самых различных групп во всех частях света, упразднив влияние авторитарной концепции развития, жестко указывающей, кто является носителем модерности. Политика мультикультурализма провозглашает отказ от этой концепции, отказ от европоцентризма, отождествлявшегося с универсализмом, который ставил все другие группы в зависимость от себя. Мультикультурализм требует продолжать отстаивать различия и противостоять идее «мондиализации» (установления мирового правительства), с помощью которой под видимостью признания разнообразия культур на самом деле ведется их примитивизация.

Суть разногласий между сторонниками и противниками политики многообразия в том, что последние склонны игнорировать культурную идентичность новых иммигрантов и проблемы колониального наследия. Для них мультикультурализм допустим лишь на уровне интеграции в общество отдельных индивидов, но не групп. Основу такой интеграции составляет отказ от доминирования в государстве какого-либо социокультурного образования (в первую очередь это касается упразднения влияния религии в различных сферах общества).

Вевьёрка принимает во внимание трудности совмещения универсальных ценностей (права и разума) с политикой многообразия, но считает необходимым продолжить решать непростую задачу по включению иммиграции (т. е. групп, а не только отдельных индивидов) в национальную хронику.