Битва за общественное мнение не ограничивалась только территорией Франции и ее населением. Она разворачивалась во всех частях света благодаря комитетам «Свободной Франции», которые с лета 1940 года объединяли сторонников генерала де Голля. У этих комитетов поддержки были одни и те же цели: повсюду вести пропаганду, чтобы вызвать симпатию к свободным французам, собирать средства, организовывать отправку добровольцев в Англию. Летом 1942 года в 39 странах действовало около 500 подобных организаций. Такого успеха удалось добиться непросто, ибо все приходилось начинать с нуля. Грандиозная задача, поскольку «Свободная Франция» не имела статуса законного правительства и за границей ей приходилось противостоять жесткой конкуренции со стороны представителей Виши.

Первый Национальный комитет «Свободной Франции» был основан в 1940 году под влиянием генерала Катру в Каире Луи де Бенуа, директором местного филиала Компании Суэцкого канала, к которому вскоре присоединился выпускник Высшей педагогической школы Жорж Горс. Благодаря газете «Марсейез» (Марсельеза), журналу «Франс тужур» (Франция навсегда), радиопередачам и работе в школах через два года влияние Виши в Египте сошло на нет. Столь же зримых успехов удалось добиться и в Латинской Америке. Этнолог Жак Сустель, специалист по доколумбовой Мексике и бывший заместитель директора Музея человека, в свои 30 с небольшим лет стал основной движущей силой этой кампании. Зимой 1941 года он был назначен личным представителем генерала де Голля в Мексике, деятельно создавал местные комитеты поддержки и объездил всю Центральную Америку и страны Карибского бассейна. Издаваемый им еженедельник «Франс либр» (Свободная Франция) стал примером эффективной пропагандистской работы. Комитеты, возникавшие по всей Латинской Америке, вели и культурно-просветительскую деятельность. В них активно участвовали бежавшие из Франции писатели Жорж Бернанос (в Бразилии) и Роже Кайуа (в Буэнос-Айресе).

Однако в Канаде и США распространение голлистского влияния сталкивалось с серьезными трудностями. Несмотря на все усилия Элизабет де Мирибель, 25-летней девушки, одной из первых присоединившихся к де Голлю[83], жители Квебека охотнее внимали сладкоголосым сиренам Виши, а правительство в Оттаве не желало портить отношения с Французским государством. Ситуация изменилась только после оккупации всей территории Франции в ноябре 1942 года. В США делегации «Свободной Франции» приходилось преодолевать огромные препятствия, чтобы добиться признания. Что касается комитета France Forever[84], созданного в Филадельфии в августе 1940 года под эгидой франко-американского промышленника Эжена Удри, он объединял некоторое количество американцев-франкофилов, но с трудом находил общий язык с французским землячеством, особенно многочисленным в Нью-Йорке. В этом городе нашли убежище известные люди, покинувшие родину, в том числе политики Анри де Кериллис[85] и Пьер Кот[86], писатели Андре Моруа, Жюль Ромен и Антуан де Сент-Экзюпери, ученые Жак Маритен[87] и Клод Леви-Стросс[88], бывший генеральный секретарь Ке д’Орсе[89] Алексис Леже (поэт Сен-Жон Перс)[90]. Этот кружок изгнанников, за редкими исключениями – в частности, Жака Маритена, – относился к де Голлю с нескрываемой враждебностью, критиковал его за склонность к авторитарности, национализм и антиамериканизм. Таким образом, Нью-Йорк сделался основным очагом антиголлизма, что только усилило недоверие администрации Рузвельта к «Свободной Франции» и ее лидеру. Однако, несмотря на враждебность некоторых эмигрантов, американское общественное мнение проявляло все большее сочувствие к «so-called Free French» (так называемым свободным французам), как в насмешку охарактеризовал их госсекретарь США Корделл Халл в конце 1941 года. Эта симпатия со стороны американцев проявилась в декабре 1941 года, когда голлистские войска без предупреждения заняли Сен-Пьер и Микелон[91], маленький архипелаг близ Ньюфаундленда, к великому неудовольствию американской администрации. В первые месяцы 1942 года популярность «Свободной Франции» росла, а France Forever упрочила свое влияние стараниями Анри Ложье, до войны профессора физиологии в Сорбонне. К лету 1942 года эта ассоциация насчитывала 13,5 тысячи членов. 14 июля 1942 года она организовала собрание в нью-йоркском Манхэттен-центре в честь Bastille Day[92], в котором приняло участие пять тысяч человек. Американская пресса широко освещала его. Тогда же из Лондона в США отправился Эммануэль д’Астье де Ла-Вижери, чтобы рассказать американцам о французском Сопротивлении. За ним в ноябре последовал Андре Филип, который встретился с президентом Рузвельтом, не снискав, однако, его расположения.

Такая же битва за общественное мнение разворачивалась и в Англии. Для «Свободной Франции», французского анклава в чужой стране, она представляла наибольшую важность. К подобной долгосрочной работе, которой приходилось постоянно обучаться на ходу, голлистские службы привлекали прежде всего участников Сопротивления внутри страны, которым удавалось добраться до Лондона. В декабре 1941 года, после трех месяцев пути через Испанию и Бразилию в британскую столицу приехала Мадлен Жекс-Леверье. В январе 1942 года к ней присоединился Полен Бертран, основатель группы «Вальми», сумевший с помощью братьев Ле-Так покинуть Францию накануне разгрома своей организации. Их обоих попросили выступать в школах, университетах и на заводах по всей стране, участвовать в радиопередачах и писать статьи. Важно было использовать любые возможности, чтобы рассказать британскому народу о повседневной реальности порабощенной Франции, такой близкой и одновременно такой далекой. В своей книге «Француженка в бурные времена», написанной в Англии весной 1942 года и опубликованной летом того же года, Мадлен Жекс-Леверье подробно описала свой опыт – опыт женщины, которая никогда не отказывалась от борьбы. И нарисовала портрет сопротивляющейся Франции. В предисловии к ее воспоминаниям Андре Филип подчеркнул, что они адресованы не только французам за границей:

Пусть эта книга поможет всем нашим зарубежным друзьям понять, что подлинная Франция, не Франция Виши, а Франция Бир-Хакейма и Сен-Назера[93], жива, верна своим традициям чести и мужества, готова вновь вступить в войну, чтобы возвратить с помощью союзников свою национальную независимость и утраченные свободы.

Полен Бертран также написал книгу, которую издал в сентябре 1942 года под псевдонимом Поль Симон с предисловиями генерала де Голля и Мориса Шуманна. Ее названием стал девиз французов в сражении при Вальми[94]: «Враг один – захватчик». В книге подробно рассказывалось о деятельности одной из первых организаций Сопротивления в оккупированной зоне, причем автор не скрывал трудностей, с которыми сталкивались ее участники, в том числе при выпуске газеты кустарным способом. Эта пропаганда принесла свои плоды: свободные французы вызывали живую симпатию у рядовых британцев.

Газеты, журналы, листовки, радио, комитеты поддержки за рубежом, а теперь и книги… Сопротивление как внутри страны, так и за ее пределами использовало множество способов, чтобы его голос был услышан. Между летом 1941-го и осенью 1942 года произошел целый ряд знаменательных событий, способных побудить население подняться на борьбу.