Подпольная пресса возникла задолго до лета 1941 года. Мы уже рассказывали о таких изданиях, как «Пантагрюэль», «Вальми» и «Резистанс» в оккупированной зоне. Но к этому первому поколению добавилось – или сменило его – второе: летом, после многомесячной подготовки, появились новые газеты, которым суждена была более долгая жизнь. Так, «Дефанс де ла Франс», издававшаяся в оккупированной зоне, с гордостью указывала под заголовком: «Газета, основанная 14 июля 1941 года». Ее первый номер хоть и был датирован 15 августа, однако выходил дважды: ротапринтный выпуск появился в середине июля, а второй, отпечатанный в типографии, – в середине августа.

В июне появилась «Франс континю». Полиция пребывала в затруднении, называть ли ее «листовкой» или «листком». Но это был именно листок, иными словами, подпольная газета на четырех страницах. Ее издатель, дипломат Поль Пети, в 1940 году уже выпустил несколько листовок. Теперь же он заручился содействием парижского типографа Роже Лескаре и наладил выпуск настоящей газеты. Первый номер планировалось издать еще в феврале, но он увидел свет только в июне. Затем вышло еще одиннадцать номеров, почти все статьи в которых были написаны самим дипломатом. Значение газеты состояло в том, что в ней нашло отражение растущее недовольство французов оккупацией, коллаборационизмом, режимом Виши и маршалом Петеном. «Всякий честный человек должен осознать, – писал Поль Пети в первом номере, – что по отношению к предателям неповиновение является его самой священной обязанностью». И еще одно важное значение «Франс континю»: она стала плодом сотрудничества самых разных людей и тем самым открыла перед ними новые перспективы. В своей типографии в Латинском квартале Роже Лескаре с лета 1941 года выпускал также газету «Пантагрюэль» своего друга Раймона Дейсса, а Раймон Бюргар, основатель и главный редактор подпольного листка «Вальми», писал статьи для издания Поля Пети. «Франс континю» стала не первой подпольной газетой, выходившей под оккупацией, но выпуск подобных изданий говорил о том, что, несмотря на отдельные неудачи, Сопротивление не только продолжается, но и набирает силу.

В неоккупированной зоне на смену «бюллетеням», издаваемым Анри Френе, пришла настоящая газета «Птитз эль де Франс», сначала печатавшаяся на машинке, а затем типографским способом. В августе вместо нее стала выходить «Верите» (Правда). Маленькая группа Эммануэля д’Астье после провала масштабной акции, организованной «Последней колонной» в феврале, также решила издавать газету и отныне сосредоточила на этом все усилия. Первый номер «Либерасьон» датирован июлем 1941 года. За ним в августе последовал второй и в сентябре – октябре третий. Издание газеты принесло известность маленькой группе и знаменовало собой избрание новой стратегии. «Либерасьон» сыграла решающую роль в возникновении, а затем в развитии движения, стоявшего на четких позициях. Не только название издания, но и его подзаголовок, «Руководящий орган сил французского освобождения», подчеркивал, несмотря на толику блефа, стремление вовлечь читателей в свою деятельность:

«Эта газета, – говорилось в начале первого номера, – будет говорить вам правду, которую наше правительство по приказу немцев вынуждено скрывать от вас. Газета укажет вам задачи, возложенные на тех французов, кто не отрекся. А значит, это не просто листок бумаги, а поступок».

Мы видели, до какой степени в первый год после поражения Франции подавленность, изоляция, осторожность и страх удерживали людей от того, чтобы открыться другим. С этой точки зрения издание газеты вызвало глубокие перемены: оно укрепляло уверенность членов первых ячеек, делало их смелее и побуждало выйти за пределы своего узкого круга. Такая открытость вовне проявлялась в стремлении привлекать новых людей, вступать в контакты с другими группами и с теми, чьи голоса протеста звучали на волнах Би-би-си.