Этот документ[36] «Нью-Йорк таймс» опубликовала в июле 1942 года в качестве примера подпольной борьбы «французских патриотов». Но газета представила его как своего рода листовку, которую раздают на улицах (handbill), что не соответствовало действительности. По правде говоря, объяснить американской публике, что представляла собой деятельность подпольщиков во Франции, было нелегко. На самом деле речь шла об одной из листовок, которую маленькая группа «Последняя колонна» расклеивала в городах юга страны в феврале 1941 года. Хотя распространение ее было весьма ограниченно, она, как мы расскажем далее, создала серьезные проблемы для ее авторов и едва не погубила в зародыше начатое ими дело. В благожелательной публикации в «Нью-Йорк таймс» ни слова не говорится о том, что этот листок бумаги стал свидетельством провала, которых было немало в ранней истории Сопротивления и которые оставляли по себе горькое разочарование и мысли о бесполезности подобной деятельности.

Первые участники Сопротивления чаще всего упоминали о своих неудачах лишь вскользь. В текстах, написанных во время войны, в частности в отчетах, предназначенных для Лондона, они старались не подчеркивать своих трудностей, а после Освобождения неудачные начинания скрыла завеса забвения. Как и многих из тех, кто стоял у истоков движения, – слишком недолгой оказалась их жизнь, чтобы голоса их услышали после победы, и это самым печальным образом скажется на нашем рассказе. Так оказался позабыт целый пласт опыта подпольной работы.

«На фронте пули косят без разбора, лучших и худших, – писал Альбер Камю осенью 1944 года. – Но в эти четыре года смерть выбирала лучших; они заслужили право говорить – и лишились возможности сделать это».

Начало Сопротивления во Франции представляет собой период проб и испытаний. Немногим из ранних инициатив суждена была долгая жизнь. Успехи оказались оплачены дорогой ценой, и прерванные пути участников движения служат напоминанием о том, на какой риск они шли, делая свой выбор. В конечном счете неловкость и заблуждения первых подпольщиков во многих отношениях представляют собой непременный этап процесса поисков нового, которым отмечена вся история того, что лишь позднее назовут Сопротивлением.