В роду Набэсима[84] бытует предание, что много лет назад принц Хидзэн был околдован кошкой, прибившейся к кому-то из его слуг. При дворе принца жила дама редкой красоты по имени О Тойо: среди всех его дам она была любимицей, и не имелось никого, кто мог бы соперничать с ней по очарованию и достижениям. Однажды принц вышел в сад вместе с О Тойо и оставался там, наслаждаясь ароматом цветов, до захода солнца. Они вернулись во дворец, так и не заметив, что за ними по пятам следует большая дикая кошка. Расставшись с господином, О Тойо удалилась в свои покои и улеглась спать. В полночь она, вздрогнув, проснулась и увидела огромную тварь, припавшую к полу и следящую за ней; когда она вскрикнула, зверь запрыгнул на нее и, вонзив острые зубы в нежное горло, испил ее крови. Какой скверный конец для такой прекрасной дамы, сердечной любимицы самого принца, – скоропостижная смерть от острых зубов! Но демоническая кошка одной лишь расправой не ограничилась: мощными лапами вырыв яму под верандой, она сбросила туда труп О Тойо, закидала землей и, приняв затем облик убитой, взялась околдовывать знатного Хидзэна.

Тот, пребывая в полнейшем неведении, и предположить не мог, что прелестное юное создание, щедро одаривавшее его лаской, на самом деле являлось богохульным зверем, что убил госпожу О Тойо и принял ее обличье. Меж тем день ото дня принц терял по ночам все больше крови: ее пил ненасытный монстр под маской девы. Шло время, и силы Хидзэна таяли, цвет лица менялся то в серость, то в жуткую мертвенную бледность. Принц Хидзэн стал похож на человека, страдающего от смертельно опасной хвори. Заметив это, его советники и жена сильно встревожились и созвали лекарей; те прописали ему различные снадобья – но чем больше лекарств он принимал, тем серьезнее становилась его болезнь, и никакое средство не помогало. Но сильнее всего принц страдал по ночам, когда сон его был беспокойным и разум его осаждали ужасные кошмары. Вследствие этого советники принца каждую ночь снаряжали сотню его приближенных бодрствовать и наблюдать за ним. Как ни странно, в первую же ночь, когда была выставлена стража, около десяти часов вечера, стражников охватила внезапная и необъяснимая сонливость. Борьба с ней не увенчалась успехом – один за другим все мужчины заснули. Тогда самозванка, принявшая обличье О Тойо, пробралась в покои и принялась изводить принца до утра. На следующую ночь произошло то же самое: ёкай пускал принцу, чья охрана беспомощно спала рядом, кровь и насыщался ею. Ночь за ночью это повторялось, пока наконец трое советников принца не решили встать на страже и посмотреть, удастся ли им преодолеть таинственную сонливость. Но у них дела обстояли не лучше, чем у остальных, и к десяти часам они уже крепко спали.

На следующий день трое советников провели торжественное совещание, и их глава, некто Исахайя Бузан, сказал:

– Подозрительно, что караул в целую сотню стражей засыпает, все как один. На моего господина и его охрану определенно наложена порча! Раз уж все наши усилия здесь тщетны, давайте пойдем к Рюйтену, верховному жрецу храма Мие, и попросим его помолиться как следует за княжье здравие!

Другие советники, одобрив решение Исахайи Бузана, отправились к жрецу Рюйтену и попросили его прочитать литании, чтобы принц выздоровел.

И Рюйтен, главный жрец Мие, каждую ночь возносил молитвы за принца. Однажды ночью, в девятом часу, когда Рюйтен закончил свои воззвания к небу и готовился лечь спать, ему почудилось, что он слышит шум снаружи, в саду – будто кто-то умывался у колодца. Сочтя это странным, Рюйтен выглянул из окна – и там, в лунном свете, он увидел умывающегося красивого молодого солдата лет двадцати четырех. Закончив умываться и одевшись, солдат встал перед фигурой Будды и горячо помолился о выздоровлении принца. Рюйтен смотрел на это с восхищением, а юноша, кончив молитву, собрался уходить. Но священник окликнул его:

– Молодой господин, прошу вас немного задержаться: я должен вам кое-что сказать.

– К услугам вашего преподобия. Чего бы вы хотели?

– Пожалуйста, будьте так добры, поднимитесь сюда и немного побеседуйте со мной.

– Как будет угодно преподобию! – ответил солдат и поднялся в храм.

В храме Рюйтен сказал:

– Молодой господин, я не могу скрыть своего восхищения тем, что вы, будучи в столь юных беспечных летах, обладаете таким преданным духом. Я – Рюйтен, главный жрец сего храма, смиренно молящийся о выздоровлении господина. Прошу, назовитесь и вы!

– Меня зовут Ито Сода, сэр, и я служу в пехоте Набэсимы. С тех пор как мой господин заболел, моим единственным желанием было помочь ухаживать за ним; но, будучи всего лишь простым солдатом, я не имею достаточного ранга, чтобы предстать перед ним. У меня нет другого выхода, кроме как молиться богам страны и Будде, чтобы господин поправился.

Когда Рюйтен услышал это, он прослезился от восхищения верностью Ито Соды и сказал:

– Ваша цель, несомненно, благая! Но что за дикая болезнь поразила нашего принца! Каждую ночь он теряет немного крови, и все слуги, приставленные к нему, погружаются в таинственный сон – никто из них не в силах бодрствовать. Странно, очень странно!

– Да, – ответил Сода после минутного раздумья, – тут, очевидно, как-то замешано колдовство. Если бы я только мог получить разрешение провести одну ночь с принцем, то с удовольствием посмотрел бы, смогу ли преодолеть эту дремоту и обнаружить зловредного колдуна или ёкая!

Наконец священник сказал:

– Я состою в дружеских отношениях с Исахайей Бузаном, главным советником принца. Я поговорю с ним о вас и о вашей преданности и буду ходатайствовать перед ним, чтобы вы могли осуществить свое желание.

– В самом деле? Я так благодарен вам, ваше преподобие. Мною, поверьте, не движут тщеславные мысли о том, чтобы продвинуться по службе в случае успеха. Все, чего я желаю искренне, – это выздоровления нашего господина. Я предаю себя вашему покровительству.

– Что ж, тогда завтра вечером я возьму вас с собой в дом советника.

– Благодарю, сударь, и прощайте! – На этом они раскланялись.

Следующим же вечером Ито Сода вернулся в храм Мие и, разыскав Рюйтена, пошел вместе с ним в дом Исахайи Бузана. Затем храмовник, оставив Соду снаружи, завел беседу с советником и спросил о состоянии здоровья принца:

– Скажите, советник, как чувствует себя мой господин? Ему не стало лучше с тех пор, как я вознес за него молитвы?

– На самом деле нет, его болезнь очень серьезна. Мы уверены, что он стал жертвой некой порчи; но поскольку нет никаких средств, позволяющих нашим стражам бодрствовать после десяти часов, мы не можем увидеть, кто приходит по кровь принца. Это серьезный повод для беспокойства!

– Примите мои соболезнования. Это все крайне печально. Однако я должен вам кое-что сказать. Думаю, я подыскал нового стражника для нашего принца. Может, на нового человека старое колдовство не распространится…

– Возможно! Но кто этот новый страж?

– Один из пехотинцев моего господина, Ито Сода – верный солдат. Надеюсь, что вы удовлетворите его просьбу о том, чтобы ему было позволено покараулить господина.

– Конечно, отрадно видеть такое рвение в простом солдате, – ответил Исахайя Бузан после минутного раздумья. – И все же невозможно допустить, чтобы человек столь низкого ранга выполнял обязанности по охране моего господина.

– Это правда, что он всего лишь простой солдат, – настаивал священник, – но почему бы не повысить его в звании, учитывая его преданность, и не позволить ему нести караул?

– У меня будет достаточно времени, чтобы повысить его в должности, после того как выздоровеет господин. Но пойдемте, позвольте мне взглянуть на этого Ито Соду – чтобы я мог понять, что он за человек. Если он мне понравится, я поговорю с другими советниками – и, возможно, мы удовлетворим его просьбу.

– Я сейчас же приведу его, – ответил Рюйтен и отправился за молодым человеком. Когда он вернулся, священник представил Ито Соду советнику. Тот изучил его пристальным взором и, довольный его приятной и кроткой внешностью, сказал:

– Итак, я слышал, что вам не терпится получить разрешение охранять покои господина по ночам. Ну что ж, я должен обсудить это с другими советниками, и мы решим, что можно для вас сделать…

Услышав это, молодой солдат очень обрадовался и откланялся, сердечно поблагодарив Рюйтена. На следующий день советники провели переговоры, послали гонца за Ито Содой и сообщили ему, что позволяют с остальными слугами нести караул каждую ночь. Поэтому он ушел в приподнятом настроении и с наступлением ночи, сделав все приготовления, занял свое место среди той самой сотни слуг – на посту в опочивальне.

Принц спал в центре комнаты, а вокруг него сидели слуги, развлекая друг друга разговорами и изящной поэзией, чтобы не заснуть. Но ближе к десяти часам стражи стали дремать сидя, а потом и вовсе один за другим провалились в сон. Ито Сода все это время чувствовал, что его обуревает непреодолимое желание заснуть. Испробовав все средства, чтобы не смыкать глаз, он понял: ничего не остается, как прибегнуть к крайним мерам; а уж к таковым он хорошо подготовился. Достав лист вощеной бумаги, принесенный с собой, и расстелив его на циновках, он уселся на него; затем вытащил маленький меч-вакидзаси и порезал себе ногу его лезвием. Какое-то время боль не давала Ито уснуть – но так как дремота, охватившая его, была плодом колдовства, то он вновь стал засыпать. Снова и снова проворачивал он лезвие в ране – боль становилась все сильнее, прогоняя дрему, – и на вощеную бумагу, расстеленную под ногами, проливалось все больше и больше крови, не пачкая княжьи циновки.

Так, превозмогая боль, Ито Сода и бодрствовал – пока остальная стража спала. Вдруг раздвижные двери в покои принца распахнулись, и Ито увидел, как в комнату, крадучись, кто-то вошел. Он понял, что это удивительно красивая молодая женщина. Оглядевшись по сторонам и убедившись, что стража спит, она зловеще улыбнулась и уже хотела подойти к постели принца, как вдруг заметила, что в углу комнаты еще не спит мужчина. Немало этому удивившись, она подошла к Соде и сказала:

– Я вас здесь раньше не видела. Кто вы?

– Меня зовут Ито Сода, и это первая ночь, когда я стою на страже.

– Какая хлопотная должность! Смотрю, все остальные охранники спят. Как же вышло, что вы один не смыкаете глаз? Верность ваша – исключительна!

– Тут нечем хвастаться: дремота и меня одолевает ежеминутно.

– Что это за рана у вас над коленом? Ох, вся нога в крови…

– А, это пустяки. Мне очень хотелось спать, вот я и стал резать себе бедро вакидзаси. Боль не дала мне уснуть.

– Какая удивительная преданность! – изумилась дама.

– Разве же не долг слуги – отдать жизнь за своего господина? Стоит ли думать о такой пустячной царапине, как эта?

Тогда дама подошла к спящему принцу и спросила:

– Как поживает мой господин сегодня ночью?

Но принц, измученный болезнью, ничего не ответил. А Сода пристально наблюдал за женщиной и догадался, кем та была. Он принял решение, что, если она попробует напасть на принца, ее нужно казнить на месте. Кошка-вампир, однако, в образе О Тойо пившая кровь Хидзэна каждую ночь (и сегодня явившаяся именно за этим), так и не смогла удовлетворить свой голод. Всякий раз, наклоняясь к ложу господина, боковым зрением она видела, как Ито Сода чутко следит за ней, не спуская глаз. Ей только и оставалось, что уйти восвояси.

Наконец наступило утро, и офицеры, проснувшись и продрав глаза, увидели, что Ито Сода все это время бодрствовал, раня себе ногу вакидзаси. Они сильно устыдились и, удрученные, разбрелись по дневным караулам.

В то утро Ито Сода отправился в дом Исахайи Бузана и рассказал ему обо всем, что произошло. Все советники громко расхваливали поведение солдата и приказали ему снова нести вахту этой ночью. В урочный час в покоях принца вновь объявилась вампирша. Как и всегда, спали все охранники – кроме умного Ито. Мысленно проклиная его, самозванка тут же удалилась.

Теперь, когда Сода был на страже, принц проводил спокойные ночи. Он пошел на поправку, и во дворце воцарилась великая радость. Ито Сода был повышен в должности и награжден поместьем. Тем временем лже-О Тойо, видя, что ее визиты отныне бесплодны, держалась в стороне. С этого времени ночная стража более не страдала приступами дремы. Это совпадение показалось Соде очень странным, поэтому он пошел к Исахайе Бузану и сказал ему, что О Тойо, видать, не кто иная, как злой ёкай. Исахайя Бузан немного подумал и спросил:

– Ну, тогда как же нам убить эту мерзкую тварь?

– Я пойду в комнату этого существа как ни в чем не бывало и попытаюсь его убить; но в случае, если злодейка попытается сбежать, я попрошу вас приказать восьми людям остаться снаружи и подстеречь ее.

На том и порешили. Когда наступили сумерки, Сода отправился к О Тойо, сделав вид, что пришел к ней по поручению принца. При виде него дама спросила:

– Какое послание вы принесли мне от господина?

– О, сущий пустяк. Будьте добры, взгляните вот сюда… – Сказав так, Ито приблизился к женщине и, выхватив свой верный вакидзаси, ранил ее. Однако ёкай тут же резво отскочил в сторону, схватил стоявшую у стены алебарду и, яростно глядя на воина, прошипел:

– Ах вот как ты обращаешься с приближенными принца! Конец тебе! – Он попытался ударить Ито алебардой, но Сода отчаянно отбивался при помощи вакидзаси. Видя, что она ему не ровня, вампирша отбросила оружие и из прекрасной женщины внезапно обратилась в кошку. Вспрыгнув по стене покоев, она выскочила на крышу. Исахайя Бузан и восемь его людей, дожидавшихся снаружи, пустили в нее восемь стрел, но ни одна не достигла цели, так что ёкай убежал.

В горах это чудовище причинило еще много зла людям; но принц Хидзэн открыл на него большую охоту – и в конце концов загнал и убил.

Так враг дома Набэсима был повержен. Принц оправился от своей болезни, а Ито Сода был щедро вознагражден.

Перевод с английского Григория Шокина