Затянутые в скрипящую кожу, словно демоны-рыцари, мы загрузились в Бегемота и пристегнулись к сиденьям. Чeрные жилетки, чeрные брюки, чeрная высокая обувь и чeрные плащи – обмундирование апостолов было призвано не только внушать трепет и уважение. Специальная обработка делала кожу практически непробиваемой для колюще-режущих проникновений и частенько могла защитить от пулевых попаданий. Без плаща осталась одна Зевс, еe могучий торс оплетали кожаные ремни с металлическими подставками под орудия. Четырeхствольный пулемeт и его брат-близнец покоились у еe ног.

Щель в борту сомкнулась. Во время операции обувь в салоне Бегемота разрешалось не снимать.

Армейские сенсоры просканировали город и подтвердили, что живые ещe есть. Основная масса выживших бурлила в городском ливневом коллекторе на противоположной границе города, небольшие группы уходили через ветки заброшенного метрополитена. Но наблюдалась и ещe одна довольно большая группа – в самом сердце Инпорта. Сенсоры зафиксировали скопление подключeнных в здании центра обработки данных, по сути – в гигантском нагромождении серверов и связующей инфраструктуры бывшего банка. И да – тут-то они и нащупали компьютерщиков. Бархан предположил, что здесь же мы найдeм выход на Гериона. Собственно, именно для этого были нужны местные специалисты по компьютерным коммуникациям.

Фели находилась в кабине. Меня окружали широкие плечи, много оружия и ожидание чего-то жeсткого и чертовски малоприятного.

– Пойдeм под огнeм, – пояснил для меня Бархан. – Мотор накроет часть города огнeм. Тяжeлые миномeты, гаубицы… Набросает хорошо, не сомневайся. Обычное дело, так готовят пространство для наступления пехоты. Герион знает нашу тактику и решит, что это обычное наступление. Отведeт остатки защитников города, чтобы потом, когда обстрел прекратится, с оттягом встретить наступ и в лоб, и с флангов. Думает, что заманивает нас. Городские клещи – оптимальное для него решение, тотальное преимущество на стороне обороны. Но мы его перехитрим.

Объяснение и так не обещало ничего хорошего, а от последних слов вообще повеяло могильным холодком.

– Мы не будем ждать, когда закончится обстрел позиций, – сказала Зевс.

– Ага, – продолжил Бархан. – Пойдeм прямо под огнeм. Точнее, Мотор накроет весь маршрут Бегемота. После нашей замечательной беседы он сделает это с огромным удовольствием. Чистая дорога! Гериону и в голову не придeт, что армия хуячит по своим. Пройдeм без помех под чудесным огненным дождeм!

– Не понял… – План звучал как идея сумасшедшего. – А если… Если попадут по нам?

– Не бзди, – засмеялся Бархан. – Мы же апостолы! Что с нами случится?

– Ссыкун… – процедил Пастор.

У меня было сразу несколько вариантов того, что может случиться, но в этот момент борта Бегемота содрогнулись от грохота. Плоть завибрировала и покрылась мурашками. Генерал Мотор дал первый залп. Вскоре последовал второй, третий – грохот слился в настоящий звуковой хаос. Бегемот дeрнулся и сорвался с места.

Время полетело с бешеной скоростью. Мы мчались в Инпорт.

Бока Бегемота тряслись, будто по нему молотили железными сапогами. К грохоту залпов прибавились гулкие удары – мы стремительно приближались к ближайшим домам, по которым вовсю палила осадная артиллерия армии плоти.

Мои руки ходили ходуном, но апостолов ситуация ни капли не беспокоила. Бархан привычно поигрывал колечком в брови и улыбался, Зевс сохраняла каменное лицо. Пастор скалился безгубым ртом из-под шляпы.

Бегемот подпрыгивал на неровной дороге, словно пытаясь подбросить нас к потолку и сломать шеи. Спасибо ремням, этого удалось избежать.

Заметив моe ошалелое выражение, Бархан наклонился поближе и сквозь взрывы прокричал:

– Уже давно были подозрения, что информация с передовой, мягко говоря, не соответствует действительности! Генерал Мотор не единственный, кто дезинформирует руководство.

Бам!!!

Снаряд разорвался прямо под нами, Бегемот взлетел в воздух, но на удивление мягко приземлился, спружинил и продолжил бешеную гонку, происходившую по факту вне поля нашего зрения. Мы тряслись в мясном брюхе, уповая на ремни и удерживаясь за стенки. Приблизительно то же самое чувствует рыба внутри консервной банки, бьющейся о камни в бурных волнах горного водопада.

– Ого! Класс! Люто въебал… – Бархан только приободрился. – О чeм я? А! Герион применяет новую непонятную тактику, а мы получаем данные о каких-то там безумцах-самоубийцах. Херня какая-то, непорядок же…

Бам!!! Бам!!!

Казалось, снаряды лупили прямо в нас. Бегемота метнуло в сторону, он недолго балансировал с задранным правым боком, но вскоре вернул горизонталь. Его мелко трясло – похоже, мы въехали в город и неслись по улицам, усыпанным осколками и кусками строений. В салоне воняло кислятиной.

– Чего? – Я не расслышал последние слова Бархана.

– Херня, говорю. Понял?

– Да! – старался я перекричать шум. – Понял! Херня!

– Вот! Сейчас отчeты проверили, в армии грядут чистки…

Бам!!! Бам!!! Бам!!!

Внезапно салон обдало жаром, будто мы нырнули в прорубь преисподней. От неожиданности я до крови прикусил язык. За пару секунд тело покрылось горячим потом.

– Ух! Зажигательные, ха-ха! – загоготал Бархан. – Грядут, говорю, чистки! Но это всe…

Бам!!!

– …не наша зона ответственности? – закончил я за него.

Бархан кивнул и показал мне большой палец.

– Значит, жители города Инпорт не безумцы? – крикнул я.

– Ещe какие безумцы! Скоро увидишь! Подключeнный – это приговор! Да ты и сам видал! Помнишь музей?

– Стараюсь забыть… – пробормотал я скорее для себя. – Если честно, я не совсем понял, как работает, точнее – чем руководствуется армия? Какие задачи решает? Саркома просто сдерживает наступление Гериона? Ну, войска же должны наступать! Или…

Бегемот резко затормозил. Замер посреди грохочущего ада.

– Приехали, – спокойно сказала Зевс.

– Понеслась… – Бархан отстегнул удерживавшие его ремни и сунул в ножны на бeдрах два ножа-боуи с широким лезвием.

Вообще, даже моих скромных познаний в военном деле хватало, чтобы с удивлением смотреть на вооружение нашей небольшой группы с очевидным диверсионным назначением. Вся огневая мощь в прямом и переносном смысле ложилась на плечи командира. Зевс превратила свой торс в намертво спаянную турель из стали, ремней и плоти, закрепив на пояснице два четырeхствольных пулемeта. Боекомплект располагался за спиной, патронные ленты свисали по бокам, как лапы краба-мутанта. Великолепные мускулы, игравшие волокнами под тонкой кожей, ловко управляли конструкцией.

Пастор был вооружeн коротким белым мечом из коллекции Бархана – что-то вроде вакидзаси. К типу оружия он отнeсся равнодушно. Взял первое, что ему предложили, демонстрируя полное презрение к способу усмирения «грязного мяса».

Я избавился от ножен, чтобы не мешали в рукопашном бою.

Выбор вооружения был обусловлен планом, который в очередной раз был неизменен и прост: наметили направление, дальше – импровизация. Предполагалось, что огнестрел нам понадобится на открытой площади в момент проникновения в здание. Зевс зачищает территорию и остаeтся с Фели снаружи, прикрывая тыл и дожидаясь нашего возвращения. Внутрь заходят трое – Бархан, Пастор и я. Стрельба внутри здания не приветствуется. Пробираемся по коридорам и этажам с холодным оружием, чтобы не повредить что-то, в чeм мы вообще не разбираемся. Находим компьютерщиков с их компьютерами и узнаeм, где скрывается Герион.

План выглядел самоубийственно, но моих спутников он устраивал.

Масштаб огневой поддержки армии я оценил, когда Бегемот раздвинул внезапно обнаружившийся проход в задней стенке салона, и перед нами предстала залитая огнeм улица.

Небо вдоль пути нашего следования рябило от множества стремительно пикировавших в здания существ, походивших на розовых ощипанных чаек с раздутым пузом, которое, однако, не мешало им активно маневрировать. В местах падения птицы-камикадзе разлетались брызгами огня и поражающими элементами, превращавшими в труху тонкие стены ближайших зданий. Следом за беспилотниками в небо волнами взмывали белые бесформенные пузыри, похожие на эякулят полоумного великана. Это работала артиллерия. На мгновение зависнув над городом и оставляя за собой пенный след, пузыри устремлялись к обозначенным целям. Каждое падение сопровождалось глухим хлопком, болезненным для слуха. В зоне попадания немедленно вырастали пляшущие столбы оранжевого огня, клубился вихрями едкий дым. Сливаясь в настоящий водопад, пузыри окатывали улицы Инпорта раскалeнной лавой. Генерал Мотор честно выполнял своe обещание.

Истерзанные здания распахивали чeрные дыры окон в беззвучном крике.

– Вот так поддержка… – скорее почувствовал, чем услышал я собственные слова, но большее рассмотреть не успел.

Счeт пошeл на секунды.

Сквозь клубы дыма в салон Бегемота с визгом влетели первые пули, заставив транспорт содрогнуться от боли. К нам бежали вооружeнные люди в чeрной форме и шлемах с опущенными забралами, похожие на гигантских встревоженных муравьeв.

Бархан взял на изготовку свой зловещий автомат, до этого висевший на его груди стволом вниз, и выпрыгнул из салона. В его плаще тут же появились вмятины – смятые железные комочки со звонким чпоканьем отлетали от непробиваемой кожи. Следом из Бегемота выбралась Зевс – и чeрных муравьeв тут же встретил шквал смертоносного огня. Пулемeты исторгали визжащие струи металла, которые с визгом хлестали по бегущему к Бегемоту противнику. Головы разлетались кровавыми брызгами вместе с осколками шлемов, тела не успевали упасть на асфальт, не напоровшись на ещe одну огневую струю. Сквозь бешеный пулемeтный ураган не могли прорваться даже встречные пули. Зевс, мокрая от пота и ярости, возвышалась над полем боя, широко расставив ноги, и плавно водила раскалeнными стволами, срезая каждого, кто шевелился в нашу сторону. Судя по открытому рту, она кричала, но сквозь рокот пулемeтов до меня не доносилось ни звука. Еe круглые бицепсы налились кровью в попытке удержать оргазмирующую сталь. Всe пространство перед нами превращалось во вздыбленные лохмотья асфальта, металла и внутренностей.

Но число противников не уменьшалось. К атаковавшим, одетым в чeрное – по всей видимости, охранникам банка, – присоединялись вооружeнные люди в военной форме, подтягивавшиеся с соседних улиц.

Бархан выдавал несравненно меньшую огневую мощь, но не менее ужасавшую и смертоносную, отстреливая короткими очередями подкрадывавшихся с флангов одиночек. Подобное тактическое взаимодействие между апостолами я наблюдал в музее, но сейчас всe было гораздо серьeзнее. Каждая очередь из его плотоядного автомата устремляла в тело обречeнного порцию мучительной смерти, превращаясь при попадании в кипящую кислоту. В пробитых насквозь телах виднелись обгорелые рeбра и расплавленные позвоночники. Кто-то с причитаниями бродил под огнeм, пытаясь найти оторванную кисть, кто-то корчился в крови, удерживая язык, выпавший сквозь дыру в шее, а кто-то запихивал в собственный живот гирлянду прожаренного кишечника.

Внезапно Зевс замерла – и стрельба прекратилась. Фрагменты звеньевой ленты ещe падали на еe мускулистые бeдра, но Фели уже была рядом и отточенными движениями перезаряжала еe оружие.