Также важной для России стала восстановившаяся торговля с Ираном (Персией). Иранские шелка приносили даже больший доход, чем транзитные через тот же Иран индийские пряности, специи и хлопок вместе взятые.
Вообще можно сказать, что кроме сибирских мехов Россия плотно подсела на лучший в мире иранский шелк. Народы и племена, населявшие в конце XV – начале XVI века Иранское плоскогорье, разнились по своему экономическому и культурному развитию, этническому происхождению, языку и религии. Наряду с оседлым населением, обладавшим высокоразвитой техникой искусственного орошения и земледелия, здесь жили народности и племена, ведшие полуоседлый или кочевой образ жизни.
В Иране, а точнее в его северной части, расположенной в провинциях Гилян и Мазендаран на южном побережье Каспийского моря, уже столетиями производился лучший в мире персидский шелк. Родина шелка – Китай. Китайцы долгое время были монополистами в его производстве, получая за это золото и серебро. Но на рубеже первого и второго тысячелетий нашей эры Византия и Персия вызнали секрет его производства и стали изготавливать шелк сами, византийцы (а после завоевания – турки) в Сирии, а персы – на южном берегу Каспия. За шелка из провинции Гилян давали золото. Но русские кроме германских слитков золота и серебра могли предложить еще и «мягкое золото» – меха, а также ценный на Востоке прусский янтарь. В итоге волго-каспийская торговля Руси росла и продолжалась. Особенно заманчивыми стали сношения с Персией в эпоху ее расцвета при шахе Аббасе Великом (1587–1629), когда были улучшены пути в Индию и Китай, построены новые караван-сараи, мосты. Особым вниманием шаха Аббаса пользовалось войско, необходимое для борьбы как с непокорной знатью, так и с Турцией. Вместо племенного ополчения, составлявшего до этого времени основную опору Сефевидской династии, было организовано постоянное войско, часть которого была вооружена огнестрельным оружием и даже артиллерией. Не без помощи большого северного соседа, прежде всего при создании и организации артиллерии, которому была экономически (да и политически, в качестве важного противовеса могуществу Османской империи) выгодна сильная и единая Персия.
Главным предметом персидского вывоза в эту эпоху остается шелк, производство которого расцвело в Гиляне и в некоторых других провинциях. Торговля шелком играла чрезвычайно крупное значение в экономической жизни Европы. В этом товарообороте между Западом и Персией на смену старинным путям основными стали две дороги, пересекающие страну с севера на юг. Одна дорога – идущая от Каспийского моря к Исфагану и составлявшая отрезок Великого волжско-каспийского пути. Только вместо Новгорода теперь выступает Архангельск. Вторая дорога шла в обратном направлении – с юга на север, от портов персидского залива: Ормуза, Харака, Бушира – внутрь страны. Но хотя эти порты и были незамерзающими, они все вместе, напомним, пропускали меньше шелка, чем морозный штормовой Архангельск. Что касается первого, северного, пути, то он безраздельно эксплуатировался Россией. Вывоз шелка теперь составлял царскую монополию, и чрезвычайно доходную. Раз в три года «царевы гости», т. е. правительственные купцы, составляли на Волге караваны и плыли в Персию. Взамен шелка они привозили главным образом соболя и вообще меха, красную медь, европейские полотна и сукно.
Вполне понятно, что иностранцы, в особенности англичане, всячески стремились добиться права свободного торга с Персией через территорию Московского царства. Однако бесконечные просьбы англичан, голландцев, французов и датчан встречали решительный отпор со стороны московского правительства. «Персов царские чиновники не пускали на север дальше Астрахани, а европейцам не давали шелка ближе Архангельска», выменивая взамен сукна.
Напомним, что в конце XV века наступает поворотный момент в истории Евразии, связанный с утверждением турецкого владычества в Леванте, т. е. в восточной части Средиземного моря. Завоевав Малую Азию и Константинополь, турки-османы подвергают чрезвычайным стеснениям ту оживленную торговлю, которую европейские купцы (итальянские) вели с Востока. Они взимают огромные пошлины, ограничивают право транзита и, кроме того, подрывают средиземноморскую торговлю стремительным развитием пиратства. Европейские купцы, естественно, начинают искать новые пути в Индию и Китай, которые обходили бы ту баррикаду, что была воздвигнута турками в Леванте. Совершенно понятно, что поиски кружного морского пути на Восток исходили от тех государств, которые имели береговую линию на Атлантическом океане и раньше принимали незначительное участие в левантийской торговле благодаря монопольному сосредоточению последней в руках двух могучих итальянских республик: Венеции и Генуи. Такими странами были Испания и Португалия.
Открытие безопасного и дешевого, благодаря незначительности морского фрахта сравнительно с сухопутным, океанического пути вызвало форменную революцию в торговых отношениях Европы с Востоком. Старинные сухопутные магистрали, путешествие по которым было сопряжено с огромными стеснениями и риском, теряют свое прежнее значение и глохнут. Этот процесс автоматически влечет за собой политико-экономическое падение тех стран, которые основывали свою мощь на эксплуатации трансазиатских караванных путей.
Начиная с XVI века наблюдается упадок итальянских республик, Турции, Персии. Конечно, не стоит представлять, чтобы эти страны сразу же очутились в стороне от мирового обмена и пережили молниеносный упадок. Европейская торговля с Востоком не могла немедленно и целиком перейти на новые рельсы; прошло более ста лет, прежде чем этот процесс завершился, и в течение этого времени левантийская торговля имела довольно значительные размеры. Тем не менее процесс политико-экономического упадка Турции и Персии неизбежно начался и продолжался с ростом значения морских путей, пока не достиг своей кульминационной точки в XVII и XVIII веках. Однако процесс экономической и политической деградации Персии сильно замедлился благодаря тому обстоятельству, что как раз в эту эпоху к ее северным границам приблизилась новая огромная держава – Московское царство. Сношения возобновились после покорения при Иоанне Грозном Казани и Астрахани (1556 г.), что обеспечило за Россией владение естественной водной (речной) дорогой к Каспийскому морю – Волгой.
На всем протяжении речной дороги растут города, по великой реке начинают регулярно циркулировать торговые караваны, наконец, постепенно устанавливаются разработанные маршруты из Казани в главные города Персии. Главный водный путь в XVI и XVII столетиях шел от Астрахани вдоль западного побережья Каспийского моря, с заходом в Терки и Дербент. Он спас Персию от деградации и усилил Россию.
Всего через Архангельский порт только в 1654 году было вывезено на экспорт товаров более чем на 1 000 000 московских рублей. А общая внешняя торговля Русского государства в годы правления царя Алексея Михайловича Романова (середина и вторая половина XVII в.) составляла 3,3 млн рублей, или 1 млн. 750 тыс. золотых венецианских дукатов этой эпохи. Именно в это время размер торговли достиг уровня торговли XIII–XIV веков с Золотой Ордой и Ганзой. Вернее, почти достиг. Если учесть, что стоимость золота уменьшилась вследствие революции цен в сравнении с золотом инков, то получится, что торг был на треть все же меньше, чем при Данииле Московском и Иване Калите. (Это с учетом того, что в России золото обесценилось не в 3–4 раза, как в Испании, а только в 1,5–2 раза.)
Восточные товары шли через Русь в западноевропейские государства, и наоборот, товары ряда европейских стран через Русь шли на Восток. Торговые пути из Англии и Голландии в Иран и Среднюю Азию пролегали через Русское государство. Присоединение к Русскому государству в середине XVI века Казани и Астрахани облегчило торговые сношения с Ираном, Кавказом, Средней Азией. Уже через год после присоединения Астрахани в ней появились торговцы из Хивы, Бухары, Шемахи и Дербента.
В 1559 году в Москву прибыло первое посольство из Средней Азии. Позднее, особенно в 80—90-х годах XVI века, торговые и дипломатические представители среднеазиатских государств бывали на Руси почти ежегодно. Из России на Восток вывозили главным образом изделия ремесленного производства – кожевенного, металлообрабатывающего, деревообделочного, текстильного и продукты промыслов – пушнину, воск, мед. С Востока шли иранские и китайские шелка, хлопчатобумажные ткани, качественные и хорошо востребованные краски, нефть, ковры, сафьян, оружие, драгоценные камни, бакалейные товары. Ряд привозимых с Востока товаров (краски и др.) играл большую роль в производстве и использовался ремесленниками. Широким спросом пользовались дешевые хлопчатобумажные ткани. При посредстве среднеазиатских купцов в Москву с конца XVI века стали поставляться (кроме персидских) китайские ткани. Уже в XVI веке английские и другие купцы пытаются использовать русские торговые пути для проникновения на Восток. Вдоль русских северных берегов. Рыщут, ищут пути в Индию экспедиции упомянутых Уиллоуби и Ченслера (1553 г.), Стивена Берроу (1556 г.), Баренца (1596 г.) и др. Но не тут-то было. Россия была европейской страной. Точнее, восточноевропейской. Но Запад знала очень хорошо. И где от них пользу можно получить. И где их купцов дальше Архангельска не пускать. Транзитную торговлю вели русские купцы, а в таких областях, как сибирский мех и иранский шелк, к этому процессу активно подключалось и само царское правительство.