– Сколько времени? – спросил Славка.

– Одиннадцать ноль пять.

«Вот это да! Только одиннадцать! Как тут медленно ползет время!»

Это важное для последующих суток открытие привело его в ужас, хотя он мог лишь догадываться о том, как медленно будут тянуться часы и минуты – здесь.

Долго сидел он в позе ошарашенного зэка, затекли ноги, протянул их, помассировал икры, убрал под себя, задумался надолго, наконец, спросил:

– Сколько уже?

– Одиннадцать двадцать. – «Ходок» усмехнулся. – Сколько дали?

– Какая разница! – Славку волновало другое: или он нагло врет, или что-то случилось со временем – оно остановилось.

– Одиннадцать сорок одна, – «ходок» ответил на очередной вопрос. – Не надейся. Отсидишь от звонка до звонка. Здесь амнистий не дают. И твой ученый тебе не поможет.

– При чем тут?.. – Славка покраснел: откуда ему известно, что он звонил брату, что тот обещал разобраться?

«Ходок» со словами: «Кажись все», спикировал на нары и захрапел. Вернулся Виктор. Войлочные ботинки шевельнулись:

– Курево притаранил?

– На, Петух. Только «Смерть альпиниста».

– У-у, вещь!

Петух подошел в угол слева от двери, достал из кармана пиджака кусок спичечной коробки, спичку, чиркнул, затянулся, пустил в потолок несколько колец, пронизал их тонкой струйкой дыма:

– А-ах, кайф!

– Тут же дышать нечем, – не выдержал Славка, завидуя, однако, блаженству Петуха.

– Ну, ништяк!

Сигарету тот докурил до половины, «забычил», уложил в карман и – вот нервы у человека! – моментально захрапел.

Виктор ходил не охотно. Роста ниже среднего, в голубых глазах недосказанная грусть.

– Сколько дали?

– Пятнадцать суток. Было бы за что! Я разнимал, они налетели, в «ласточку» скрутили.

– Это они могут. – Виктор снял пиджак, засунул – подкладкой наружу – плечо в плечо, постелил вместо подушки, лег глазами вверх. – Не видел, как складывают пиджаки?