Жизнь в воюющей Европе в 1918 году резко потеряла гарантию безопасности. Миллионы людей в грязных окопах, в антисанитарных условиях, сотни тысяч раненых в госпиталях и на долечивании по всей стране, всё это создало благоприятные условия для распространения инфекций. Если к этому добавлялись вызванные войной ограничения в продуктах питания, то сопротивляемость к вирусам резко упала. Свирепствовали эпидемии.

Когда в октябре Ольга Дорнье, мать двоих мальчишек, младшему из которых исполнился только год, почувствовала недомогание, всё говорило о том, что это обыкновенная простуда. Болела голова, появился насморк, а затем и кашель. Поднялась температура. Клод послал за доктором. Опытнейший семейный врач Фридрихсхафена внимательно прослушал больную и не нашел ничего угрожающего. Но на следующий день Ольге стало хуже, добавились боли в животе, диарея и рвота. Опять вызвали доктора, и тот сказал, что больную надо срочно везти в госпиталь.

Несмотря на предпринятое лечение, предписанное консилиумом лучших врачей города, облегчения не последовало. Клод не отходил от неё в палате и постоянно требовал от врачей что-то сделать. На следующий день Ольга начала задыхаться. Не помогали и подушки с кислородом. Ещё через день она скончалась.

Поверить в то, что его здоровой молодой красавицы жены больше нет, Клод не мог. Такого ужаса он ещё никогда в своей жизни не испытывал. Тогда, после похорон Ольги, он услышал от врачей это страшное слово «испанка». Потом он узнает, что в 1918–1919 годах невиданная пандемия испанского гриппа, от которого тогда не было спасения, распространилась по земному шару и унесла жизни более пятидесяти миллионов человек. Но почему жертвой должна была стать его Ольга? Страшная обида от этой несправедливости сжигала его изнутри. Работать он не мог. И только хлопоты об оставшихся без мамы малолетних сыновьях выводили его из состояния глубокого оцепенения.

Трёхлетний Клавдий и годовалый Пётр ещё не понимали, что произошло. Заботливые няни и любящий отец постарались сделать всё, чтобы дети не ощутили терзавшее взрослых чувство невосполнимой утраты. Клод останется вдовцом ещё долгих восемь лет, когда Клавдий и Пётр обретут любящую их мачеху.

Постепенно Клод оттаивал и начал интересоваться делами завода. В большом сборочном цехе заканчивали установку оборудования на почти готовую летающую лодку Rs.IV. Когда он смотрел на неё, она казалась такой громадной и в то же время изящной. Клод был доволен собой, что здесь на «четвёрке», отстоял общую схему своей предыдущей лодки Rs.III, которая успешно эксплуатировалась моряками на Северном море.

Фактически новая Rs.IV была модификацией Rs.III. Дорнье писал заказчику: «Основная наша задача при проектировании новых машин заключается в тщательной отработке деталей. Но это возможно только, если машина в целом меняется мало».

Для снижения веса конструкции и сопротивления в воздухе и на воде он решил нижний корпус сделать более узким и немного его удлинить. А для остойчивости на воде снабдить его боковыми спонсонами или «жабрами» с размахом в восемь метров. Вес конструкции новой лодки действительно снизился по сравнению с предыдущей на 600 кг. Эти боковые воздушные плавники на корпусе лодки, которые только касаются поверхности воды и не дают ей опрокинуться при боковом ветре, Дорнье применил впервые. Потом они станут традиционными для конструкций его летающих лодок. Аэродинамическая форма плавников в виде коротких толстых крыльев под большим углом атаки обеспечивала их эффективность как на воде, так и в воздухе. Ещё 15 ноября 1917 года Клод отправил заявку на изобретение, описывающее особенности конструкции этих боковых плавников, и вот теперь получил Патент № 310720.

На узком корпусе новой лодки её более обтекаемые мотогондолы расположились ближе друг к другу, и воздушные винты начали цепляться. Тогда Клод придумал сдвинуть правую мотогондолу на 20 см вперёд.

Другие изменения касались тонкого верхнего фюзеляжа. Проверенная на одномоторном экспериментальном биплане конструкция металлического фюзеляжа с гладкой тонкой дюралевой обшивкой теперь использовалась здесь. Только потребовалось усиление продольными стрингерами. Они имели закрытую U-образную форму и приклёпывались снаружи. В передней части фюзеляжа за открытой кабиной стрелка-наблюдателя, в роли которого предполагали использовать командира корабля, находится закрытая кабина пилотов.

Осматривая почти готовую Rs.IV, Клод Дорнье был доволен. В ней он воплотил свои лучшие конструкторские решения, к которым пришел затри года работы над самыми большими летающими лодками.

Rs.IV перед спуском на воду, 1918 год

Как только первый экземпляр Rs.IV выкатили из цеха, там начали собирать второй такой же. Вылет Rs. IV состоялся 12 октября 1918 года. За штурвалами были Вайсс и Шульце-Фролинде. Полёт проходил в штатном режиме. Управляемость лодки была хорошая, но при посадке лётчики начали парашютирование с большой высоты, жесткий удар о воду, и хвостовая часть фюзеляжа получила остаточную деформацию. В процессе ремонта Дорнье возвращает управление самолётом в кабину нижнего корпуса, потому что пилоты из верхней кабины при посадке не могли точно оценить расстояние до воды. До лета 1919 года первый экземпляр Rs.IV со снятым вооружением успешно закончил программу лётных испытаний.

Летающая лодка Дорнье Rs.IV над Боденским озером

С наступлением мирной жизни в ноябре 1918 года боевая летающая лодка Rs.IV уже была не нужна, и Дорнье переделывает переднюю часть верхнего фюзеляжа готовой машины в кабину для перевозки шести пассажиров и организует платные катания желающих по кругу над Боденским озером. Но заказчика на такой экзотический транспорный самолёт в то время не нашлось. Второй недостроенный экземпляр лодки разобрали. Переделка первого экземпляра Rs.IV в гражданский вариант не спасла его. По договору с побеждённой Германией 17 апреля 1920 года большая летающая лодка Дорнье Rs.IV будет уничтожена.

За четыре месяца до окончания войны компания Дорнье получает высокую оценку флота Германии разработанного проекта новой двухмоторной боевой разведывательной летающей лодки, обозначенной Gs. I. Был выдан заказ на постройку трёх таких машин, которые сразу были запущены в производство.

Дорнье снова вернулся к длинному и узкому корпусу с двумя реданами, боковыми плавниками и оперением в его хвостовой части. Высокопланное крыло соединялось с корпусом подкосами и стойками. Мотогондола с тандемом двигателей располагалась над крылом.

Прорабатывался вариант дальней летающей лодки с четырьмя тандемными мотогондолами над крылом. Но с капитуляцией Германии все военные заказы были аннулированы. Однако эти проекты явились отправной точкой для будущего грандиозного успеха авиаконструктора Клода Дорнье.