– Альфортвиль? – переспросил дьякон Ованес, слушая рассказ Артема о случайном знакомстве с Мецо и расшифровке загадки «китайского» календарика. – Никаких сомнений, подсказка оставлена иеромонахом Асогиком. Он когда-то давно служил в церкви в этом городе во Франции. Теперь вопрос: Ошакан или Альфортвиль? Где подсказка или копье?

Они сидели в ресторане отеля на первом этаже у панорамного окна с видом на Северный проспект. Большой чайник чая с чабрецом подогревался пламенем свечи, дьякон Ованес периодически подливал себе горячего, предлагая собеседнику; Артем, тяжело дыша после посвящения в хаш, вежливо отказывался.

– Вы думаете, копье может оказаться вне Армении? Такое возможно? – с сомнением спросил Артем.

– В случае серьезной опасности, возможно, конечно, но сейчас вряд ли. Конечно, искать такую реликвию вне Армении, где она хранилась две тысячи лет, мало кому придет в голову.

– Тогда там может быть подсказка, – предположил Артем.

– Или в Ошакане, что скорее всего, – дьякон Ованес пригубил чай.

– Но зачем оставлять прямую подсказку на Францию? Оставил бы тогда календарик… не знаю… с буквами алфавита. Или с изображением святого Месропа. Мы бы догадались про Ошакан.

– И они бы догадались, – ответил дьякон Ованес. – А так голову ломаем мы, а они тем более.

Оба замолчали. Артем наблюдал за пламенем свечи под брюхом у толстого чайника, дьякон Ованес смотрел в окно на прогуливающихся по проспекту людей.

Одновременно достали смартфоны и начали манипуляции с экраном.

– Я вот ищу рейсы из Еревана в Париж, – сообщил Артем.

– Будете смеяться, но я тоже, – дьякон Ованес развернул экран своего гаджета с открытым приложением «Air France».

Оба засмеялись.

– Я бы предложил разделиться, – с грустью сказал Артем. – Для пользы концессии, полагаю, так будет тактически правильно. Наши оппоненты решат, что европейский адвокат улетел в свою Европу, а вы остались там, где и должны быть. Ваши поездки по церквям вообще не вызывают подозрений.

– Вы правы. Но вас в покое не оставят и за вами следить будут. И понятно станет, зачем вы едете в Альфортвиль, как только будет известен ваш маршрут.

Артем сделал важное лицо и сказал:

– А что, если я полечу в Берлин? Оттуда в Париж. А то, что я на такси поеду до XIII района Парижа и оттуда пешком до Альфортвиля, это можно узнать, если быть у меня на хвосте постоянно.

– Полагаю, они так и делают. Потому как-то придется нам обеспечить вашу безопасность.

– Ну да, у вас же везде прихожане. А в Альфортвиле и подавно. Сам я, конечно, не справлюсь, мне обязательно нужно, чтобы рядом был священник в рясе, а то меня плохо видно в толпе…

Взгляд дьякона Ованеса посуровел.

– Артем, давайте я спишу вашу грубость на последствия утреннего хаша с тремя «К».

Артем понял, что переборщил. Молитвенно сложив руки, без тени сарказма сказал:

– Дьякон Ованес, простите. Не хотел обидеть, просто думаю, как лучше. Понятное дело, я не против, если меня будет кто-то из ваших страховать. Но, вероятно, один, меняя направления и никого об этом не оповещая, я смогу быстрее добраться до точки. Может, мы условимся так, чтобы меня просто ждали в Альфортвиле, в церкви?

Дьякон Ованес примирительно махнул рукой.

– Хорошо, я только сначала должен получить…

Он не успел закончить, как Артем добавил:

– Благословение?

Оба засмеялись и пожали друг другу руки.

Артем решил двигаться не мешкая, как только дьякон Ованес проинформировал о «благословении» лететь в Альфортвиль.

– Вот номер телефона настоятеля армянской церкви святых апостолов Петра и Павла Paroisse de l’Eglise Apostolique Arménienne Saint-Pierre Saint-Paul d’Alfortville иеромонаха Вардана, – дьякон Ованес протянул блокнотный листок. – Здесь же его помощника, дьякона Сурена. Они предупреждены, что к ним обратится за содействием мирянин от святого Эчмиадзина. Точь-в-точь так и скажите – «Я тот самый мирянин из Эчмиадзина, о котором вас предупредили». И изложите свою просьбу. На месте сориентируетесь, не мне вас учить. Если нужна будет моя помощь, я на связи всегда. Командировочные мы вам переведем, счет пришлете?

– Потом компенсируете, – сказал Артем. – Сейчас не надо, лишние движения денег – лишние следы. Я справлюсь.

– Как вы решили? Через Берлин?

– Я посмотрел расписание, нет тут прямых рейсов в Берлин, так что полечу утром на «Пегасе»[10] в 6:35 утра в Стамбул, а оттуда в Париж. Продлю еще на сутки отель здесь. Хочу выспаться и не выходить из номера. Экскурсий достаточно.

Дьякон Ованес задумался на пару секунд.

– А не безопаснее у нас? В монастыре?

– А кому я нужен пустой, без копья и информации? – пожал плечами Артем.

– И то верно, – согласился дьякон Ованес. – Ладно, отдыхайте. С Богом!

Артем, как и обещал, никуда из номера не выходил. Заказал через интернет билеты на самолет, выпил всю воду из мини-бара, добрался до пива и, уложив свежие дрожжи на утреннюю водку, уснул на пару часов. Проснувшись и решив в очередной раз окончательно бросить алкоголь, несколько часов кряду изучал через карту Google свое будущее французское приключение. К вечеру Артем уже прошагал по улицам Альфортвиля в трехмерной графике по всем улицам, побывал во всех армянских ресторанах, коих оказалось предостаточно для 4 квадратных километров площади города, прогулялся по набережным Сены и Марны, между которыми как раз и ощетинился редкими мостами крохотный Альфортвиль, изучил маршруты эвакуации на случай обнаружения Святого Копья именно там. Конечно, шансов обнаружить священный артефакт в Альфортвиле было мизерно мало, но сам факт подсказки на этот французский пригород Парижа, где хранитель Святого Копья иеромонах Асогик когда-то осуществлял служение, не давал покоя.

Ереванский аэропорт «Звартноц» утром представляет из себя очень суетливое и шумное место, впрочем, ничем не отличаясь этим от других аэропортов мира, за исключением разве что Осло. Артем не был в Осло, но почему-то был уверен, что там должно быть гораздо спокойнее и скучнее.

Он стал в довольно внушительную очередь на регистрацию, не решившись сделать это онлайн из-за опасения быть сразу вычисленным всевидящим оком «вольных судей». На подходе к стойке пассажиры с интересом наблюдали за развернувшейся трагедией оформления собаки в багажный отсек самолета. Хозяйка породистого пса кричала на пузатого армянина, судя по всему, дежурного по аэропорту, призванного на помощь авиакомпанией, не желавшей перевозить животное. Несчастного пса неоднократно выводили из пластиковой клетки, ставили рядом, и никак их параметры не совпадали.

– Высота собаки измеряется в холке, а не по голове! – убеждала хозяйка на повышенных тонах. – Я специально эту клетку покупала. Собака приучена, ей там комфортно!

– Собака должна, внутри клетки стоя, сделать полный оборот! – парировал раскрасневшийся дежурный, от натуги потерявший две пуговицы на белой рубашке, сдерживавшие тугой волосатый живот.

– Позовите начальника аэропорта! – повышала градус общения разгневанная дама.

– Я здесь начальник! Нет выше меня начальника! Снимаю вас с рейса! – кричал мужчина в ответ.

Женщина расплакалась, собака заскулила, кто-то из мужчин-пассажиров попытался вступиться и попросил пузатого в сторонку. Регистрация продолжилась.

В полете Артем трижды посещал туалет в разных частях самолета, пытаясь уловить взгляд тайного сопровождающего. Он почти не сомневался, что фемы отследили его перемещения, возможно, еще на стадии покупки билета, а может, даже держали кого-то в аэропорту на случай экстренной необходимости.

Приземлившись в стамбульском аэропорту имени Сабихи Гекчен, в очереди на паспортный контроль Артем через приложение смартфона заказал индивидуальный трансфер в центр города, в отель Han1772 рядом с Египетским рынком. Заячий план запутывания следов заключался в том, чтобы остановиться в отеле, оплатить сутки вперед, но уже к вечеру, не выселяясь формально, сбежать в другой аэропорт Стамбула и улететь в Париж вечерним рейсом Турецких авиалиний (Turkish Airlines), купив билет прямо в аэропорту.

Трансфер из аэропорта здесь отличается своей спецификой. На смартфон приходит инструкция в видеоформате, следуя которой, ты выходишь из выхода номер 14, на столбе с этим номером находишь из нескольких десятков табличек транспортных компаний нужную, тыкаешь в нее пальцем. К тебе подходит человек, сверяет имя в приложении своего смартфона и отводит в сторонку к приличной толпе таких же пассажиров – подождать, пока он пригласит водителя. Один за одним подъезжают минивэны и загружают внутрь стайки людей и кучки чемоданов, останавливаясь всего на пару минут. Время ожидания оказалось для Артема самым волнующим, так как если бы его взяли под руки и силой уволокли в подъехавший минивэн, никто на эту процедуру не обратил бы внимания. Наконец, и Артем загрузился в черный микроавтобус, оказавшийся внутри хоть и очень усталым от времени, но с претензией на элитарность. Кожаные светлые диванчики друг против друга, большой телевизор на стене, отгородившей пассажира от водителя, винтажные шторки на окнах. Все это удовольствие за полтора часа пути в центр обходится в 35 несчастных евро, что приятно удивляет даже не сравнением с каким-нибудь берлинским драконовским ценником 70 евро за полчаса на обычном седане, а чудом: ну как эти 35 евро могут кормить одновременно столько народа: дежурных в аэропорту, оператора электронного приложения, водителя и самого хозяина бизнеса?

Протолкавшись по стамбульским пробкам, они наконец остановились у дверей отеля Han1772, специфического заведения в османском стиле. Артему нравился этот пятизвездочный отель, скорее даже не отель, а ресторан с номерами. Шумное, особенно вечерами, пространство ресторанного двора под стеклянной раздвижной крышей, окруженное многоэтажными стенами из красного кирпича, где как раз и располагались номера, напоминало средневековый турецкий базар. Кованая винтовая лестница и свисающие красные балдахины, режущие воздушное пространство четырех этажей, придавали особенный колорит этому спально-съестному заведению.

Войдя в свою не менее экзотичную опочивальню с кирпичным куполообразным потолком и с наслаждением растянувшись на огромной кровати, Артем получил СМС с незнакомого турецкого номера, мгновенно испортившее только было зародившееся спокойствие духа.

«Давайте встретимся у входа в Голубую мечеть в 14:00? Вам же есть что рассказать?»

Понервничав полчаса, приняв душ и перебрав в уме несколько вариантов, Артем сделал вывод, что, скорее всего, фемы вычислили его местоположение, но поздно. Вероятно, как только он включил смартфон после перелета, они смогли отследить геолокацию «железа». И потому, хоть сейчас только полдень, им требуется три часа, чтобы подготовить встречу. Уполномоченный «посол» должен успеть добраться, а пока он в пути, решили таким образом намекнуть, что знают, где Артем, сидят на хвосте, чтобы не дергался. Написал в ответ: «Всегда рад встрече с хорошими людьми», сменил рубашку и пиджак, достав из дорожного чемодана свернутые толстовку и пуховый жилет, оставил снятую одежду в шкафу, грустно попрощавшись с нею. Затем по внутренней связи позвонил на рецепцию и попросил вызвать машину для «покататься пару часов по городу». Грустно погладив смартфон, выключил его, положил в карман плаща, также оставленного на вешалке. В чемодане у Артема хранился ни разу не включенный с Берлина еще один смартфон с немецким номером. Он решил и сейчас им не пользоваться, а устно сообщить водителю адрес поездки – аэропорт, уже находясь в машине; а в полетной гавани подождать начала регистрации и там за наличные купить билет до Парижа. Так Артем, скорее всего, выиграет еще несколько часов. «Вольные судьи» без понятия, что он летит в Париж, во всяком случае, ничто не указывало на то, что они могут быть в курсе.

«Не погулял по Стамбулу, – со злостью подумал он, усаживаясь в поданное авто. – Забытые вещи можно забрать и потом, попросив выслать домой. Если все будет хорошо и домой все-таки доберусь живым и здоровым».

В огромном международном аэропорту Стамбула Артем коротал время за чаем, пахлавой, чтением газет и барабанной дробью пальцами по столу. Несколько часов без возможности влезть во Всемирную паутину показались пыткой. Оставаясь наедине с собой, современный человек теряется, как пчела, снесенная сильным ветром в сторону от улья. Тебя просто не существует, если ты не в Сети. В самолете, на высоте, это еще терпимо; пока взлет и посадка – смотришь в окно и думаешь о мелочности бытия. Час уходит на прием пищи, который считается развлечением, особенно если начинать трапезу с горячих орешков бизнес-класса. Видеопрограмма, предлагаемая на лайнерах с экранами в креслах, тоже не дает скучать. Но несколько часов в аэропорту в томительном ожидании да без собственного гаджета – это как египетский фараон вдруг без опахала в жару.

Наконец, табло оповестило о начале регистрации на рейс Стамбул – Париж, и Артем, надев для полного прикрытия купленную в киоске кепку с надписью «I love Istanbul», где вместо слова love было нарисовано сердечко, без проблем купил билет бизнес-класса, в большей степени для ускорения процедур оформления.

Далее были ожидаемые горячие орешки, интересное бортовое питание, французские шампанское и коньяк.

«Не вовремя я решил бросить пить. Опять же, святая армянская церковь обещала компенсировать расходы, кроме спиртного, – вспомнил Артем заверения дьякона Ованеса и улыбнулся его доброй шутке. – Не первым ли чудом Иисуса является обращение воды в вино, если верить Евангелию? Так что придется бизнес-класс включить в стоимость командировки, благо не надо отчитываться, сколько ты тут выпил».

Приближение к Парижу ознаменовалось хорошей погодой, Артем подлетел к «городу влюбленных» без тряски, в полном умиротворении, какое случается в такой опасной ситуации, как полет, когда от тебя ничего не зависит, а тебя еще накормили и напоили. Моменты умиротворения обычно сопровождаются философскими мыслями, которые Артем часто фиксировал в заметках смартфона; но сегодня, из-за его отсутствия, просто улыбался, гуляя взглядом по экранам мониторов с фильмами у пассажиров вокруг. Это как наблюдать с разных ракурсов срез общественных интересов: два поцелуя, падающая в речку машина, один мультфильм и просто информация о полете.

Процедуры прибытия в аэропорту не идут ни в какое сравнение с волнением вылета, если ты, конечно, не контрабандист. Незаметно для психики пройдя формальности, под впечатлением от перепада давления и действия алкоголя Артем вышел из аэропорта «Шарль де Голль», отстоял небольшую очередь на стандартное такси, пошутил над водителем насчет сходства его «Рено» с известным авто из фильма Люка Бессона и мгновенно уснул на заднем сидении. Он выбрал дорогу прямиком в Альфортвиль, так что час здорового сна был гарантирован. Артем был уверен, что в городке, где из достопримечательностей главными являются армянский храм, английский мост и четырехзвездочный отель с китайскими пагодами, в это время года номер для одинокого путника найдется. Полусонным согласился на люкс в 74 квадратных метра и видом на реку, вняв аргументам девушки на рецепции отеля Huatian Chinagorа, что «за такие деньги в центре Парижа можно снять конуру, а ехать до Эйфелевой башни отсюда всего-то 40 минут по живописной набережной».

Борясь с захромавшим чемоданом, где-то по пути подвернувшим ногу-колесо, краем глаза увидел девушку в баре, в профиль напомнившую пропавшую Гоар.

«Ничего удивительного, – подумал Артем, входя в свои роскошные апартаменты. – Гоар – армянка, а это почти армянский городок, раз тут есть церковь. Даже у нас в Берлине нет. А здесь есть».