Наэль всегда представлял себе торговлю душами как варварский акт. А извлечение жизненной эссенции считал величайшей потерей человека, вслед за которой приходят пустота, боль и паника. Как же еще мог себя чувствовать человек, когда его душу вырывали из тела?

Однако, когда эссенция жизни покидала его, он не испытал ни одной из темных эмоций. Чувствовал лишь тепло и легкое покалывание, свет и свободу – и уверенность, что спас Кари и Изуми.

Краешком сознания он охватил картинку боя: суматоху, крики боевиков-скарабеев, против которых Сайка направила свою магию. Но суете больше не было места в его существовании, и тревогу и волнение он погасил. Не хотел думать об этом. А вместо этого вспомнил ночь, когда Зора, Кари и он вместе пили шампанское на крыше многоэтажки и чувствовали себя свободными, и то, что было потом, под неусыпным взглядом теневых кошек и звезд. Это было яркое воспоминание, и оно заставило его внутренне улыбнуться – в последний раз перед тем, как его дух угас, а тело превратилось в пустую оболочку.