– Я уже достаточно давно сижу без дела в городе Крепостная Стена. Моему терпению настал конец! Мы вместе пойдем в квартал клана Скарабеев, причем сегодня же, – объявила Кари на следующее утро.

Они проснулись вместе в бывшей комнате Наэля. После поцелуя Кари внезапно оставила его одного на крыше, и Наэль испытал одновременно разочарование и облегчение, что на этом все и закончилось. Когда он немного погодя зашел в свою комнату, Кари и след простыл. Вероятно, бродила по коридорам, чтобы проветрить голову, и Наэль знал, что должен оставить ее в покое. Он бы с удовольствием послушал, что там творится у нее в голове, даже если бы рассказанное ему совсем не понравилось. Когда именно она вернулась в его комнату, он и не заметил, потому что быстро отключился после шампанского.

И все же эта ночь была невероятной. Интенсивной, невесомой, полной желания… и риска. С Кари он жил как на вулкане. Наэль так сильно хотел Кари, что при желании она могла бы заставить его умолять ее о близости чуть не на коленях, и она это знала. Теперь Кари предстояло решить, как использовать свое могущество против Наэля.

И вот он протер глаза и пробормотал:

– Что мы здесь делаем?

Слишком помятый со сна, чтобы сформулировать более внятный вопрос. Кари была в его майке и без джинсов, и его богатое воображение быстро дорисовало картину прошлой ночи.

Кари заговорила без тени стеснения, словно продолжая прерванный накануне разговор:

– Знаешь, я тут подумала. Безликий демон, должно быть, имеет какое-то отношение к «Люминеру»; по крайней мере, меня он подстерегал неподалеку от бара. Наверняка мы найдем там какие-то подсказки.

В ее рассуждениях была капля здравого смысла. Зачем только Кари хотела сопровождать его в этих розысках?

– Я отправлюсь туда один и привезу тебе все улики, какие обнаружу.

– Нет! Ты не знаешь квартал клана Скарабеев и «Люминер» так хорошо, как я. И конечно, не заметишь, если там что-нибудь будет не так, как обычно.

– Пусть так, но, пока бойцы-скарабеи тебя ищут, тебе нельзя показываться в квартале клана.

– Так же как и тебе. Если ты попадешь в руки Харуо или Генджи, они тебе отрежут кое-какие части тела, которые ты наверняка предпочел бы оставить при себе. Однако ты крадешься туда каждую ночь. – При этом она многозначительно посмотрела на его плавки. Хотя Наэлю и без того с трудом удавалось не думать об определенной части его тела в присутствии едва одетой Кари.

– А вот и не каждую, – возразил Наэль и заговорщицки улыбнулся. – Минувшая ночь не в счет.

Нет, этой ночью он делал куда более опасные вещи.

Кари хмыкнула.

– Дай мне сутки на разведку. Если я не найду ничего подходящего, тогда мы вместе решим, что делать дальше, – предложил он.

Но Кари решительно помотала головой:

– Мы пойдем сегодня.

– Но… – начал было Наэль, но она перебила его:

– Давай я сформулирую по-другому: я хочу, чтобы мы пошли сегодня, и ты тоже этого хочешь, потому что я тебя об этом прошу.

Наэль сглотнул:

– То, что ты не можешь больше ждать, как-то связано с тем, что произошло между нами сегодня ночью?

– Нисколько, – возразила Кари. – Ты лишь снова мне напомнил, что при желании я могу тебя заставить подчиняться. – Она усмехнулась – столько холода было в этой усмешке. – Или все-таки что-то вдруг изменилось?

– А что же такого произошло сегодня ночью? – вмешалась в ситуацию Зора, входя в комнату. Она чуть притормозила в дверном проеме, разглядела растрепанные волосы Кари и ее легкий наряд и сказала: – А, понятно. Можете не рассказывать.

Кари сделала вид, что не услышала, но Наэль подметил легкий румянец на ее щеках. С ним она казалась непривычно беззащитной и невинной.

– Хорошо, что ты здесь. Нам нужна твоя помощь. Мы с Наэлем идем сегодня в квартал клана Скарабеев и хотим попросить тебя прикрыть нас с тыла мотыльками, – затараторила Кари.

– Со своей стороны, хотел бы подчеркнуть, что половина этих «мы» считает идею дрянной, – сказал Наэль, хорошо понимая, что ему нечего противопоставить женской мощи объединившихся Кари и Зоры.

Немного погодя Кари, Наэль и Зора вышли на станции «Нефритовый рынок» на севере Пенинсулы. Наэль все утро безуспешно пытался отговорить сестру и Кари от их идеи. Единственной реакцией, которой он добился, были раздраженно закаченные глаза.

Немного не доходя до квартала клана Скарабеев, Зора отвела Наэля в сторонку и шепнула:

– Кари не нуждается в защитниках, ей нужен только равный партнер. Ты хотя бы это понимаешь?

Наэль вздохнул. Да, он был в курсе, но то, что Кари не хочет видеть рядом телохранителя, не значило, что она не нуждается в защите.

– Хорошо, – шепнула Зора. – Тогда перестань вести себя как заботливая наседка. В этом нет ни умиления, ни рыцарского благородства, это только бесит.

Вроде бы все выяснили, но у Наэля осталось недоброе предчувствие.

Они подождали на границе квартала, пока Зора послала мотыльков и собрала данные.

– Пройдите по широкой улице два поворота. Как увидите маленький храм, посвященный Ясвиндеру, сверните в переулок, где канал между домами и дорогой. – (Она открыла глаза.) – Что? – И подняла ладони, защищаясь от скептического взгляда Наэля. – Мотыльки не сообщают мне названия улиц, точнее сказать не могу.

– Да знаю я, какая там улица. Уж свой-то квартал я знаю как свои пять пальцев, – сказала Кари. – Только по улице мы не пойдем.

– А как?

– Лучше. По крышам!

Мысли Наэля перепорхнули к минувшей ночи. Вкус губ Кари, ее тугие ягодицы у него под ладонями, – и горло сжалось от желания. Черт, он должен был признаться хотя бы себе, что окончательно пропал, если одно слово «крыши» из ее уст вызывает в нем такую бурю эмоций. И хуже всего было то, что она это знает и будет стараться использовать против него.

Неужто он совершил ошибку, когда поцеловал Кари?

Да, определенно. Но слишком сладкую, чтобы в ней раскаиваться.

В отличие от острова Магнолия, на котором бесконечно высокие небоскребы боролись за ограниченное место на земле, здания в кварталах клана имели не больше двух этажей, и на крыши легко было взобраться. Наэль следовал за Кари с одной крыши на другую. Мотыльки окружали их и сканировали местность, выявляя присутствие боевиков. Наэль поддерживал связь с сестрой через наушники, а она через своих мотыльков держала в поле зрения весь квартал, чтобы вовремя предупредить брата. Но до «Люминера» они добрались беспрепятственно.

Прошло несколько минут, пока Наэль и Кари ждали сигнала Зоры, прильнув к крыше дома напротив. Но вместо сигнала последовало ругательство:

– Черт! Я ничего не вижу дальше чем на метр от здания. Кто-то закрыл бар колдовскими чарами. Могу лишь утверждать, что в переулке бойцов нет, но что ждет вас внутри, неизвестно.

– Ты думаешь, так действует магия безликого демона? – спросила Кари.

– Возможно. Или кого-то из магов клана Скарабеев.

– Кто бы это ни сделал, они защищают «Люминер» магией, а значит, там спрятано что-то ценное.

– Или готовят нам очередную ловушку, – предположил Наэль, а Кари кивнула.

Но это последнее предположение не было для нее весомым аргументом – она выпрямилась и объявила Зоре:

– Мы идем внутрь.

– Осторо… – начал Наэль, но она уже с ловкостью дикой кошки скользнула по фасаду на землю и зашагала ко входу в бар.

Наэль чертыхнулся. И услышал в наушниках смех Зоры.

– Меня забавляет, как легко она плюет на твое мнение, – сказала она.

– Ты серьезно? – Наэль закатил глаза. – Вот спасибо.

Тем временем Кари уже открывала дверь бара. Та была не заперта. Наэль посчитал это дурным предзнаменованием, в его голове раздался оглушительный вой сирен, но Кари решила не отступать, чего бы ей это ни стоило.

Когда он вошел в бар вслед за ней, с его губ сорвалось проклятие. Внутри бар был выпотрошен. Барные стулья и столы опрокинуты, бутылки, прежде выставленные позади стойки аккуратными рядами, были разбиты вдребезги, клетки сорваны с потолка и раскрыты. От дракончиков не осталось и следа.

– Ты чувствуешь? – спросила Кари.

– Что? – Он принюхался.

– Дым.

– Пахнет необычно? – Как-никак, они находились в баре, где постоянно было накурено.

– Запах у дыма другой, какой-то металлический, – сказала Кари, но потом пожала плечами. – А, не обращай внимания.

Она целеустремленно пересекла помещение и открыла дверь в заднюю часть бара. Что бы она там ни увидела, это заставило ее окаменеть.

Наэль последовал за ней, заглянул в дверь и обнаружил… бездвижные тела. И кровь.

Много крови.

В комнате, обставленной мягкой мебелью с одной кроватью лежало с полдюжины мертвых «оболочек», некоторые с неестественно вывернутыми конечностями и кровоподтеками, все в полуголом виде и с цветными париками на голове. Наэлю стало дурно при виде этой картины. Обычно у «оболочек» не бывает синяков, и кровь из них почти не течет. Чтобы нанести такие раны, кто-то должен был орудовать ножом не только безжалостно, но и обстоятельно.

– Это игровая комната леди Винн, – монотонно, без выражения сказала Кари. – Для людей с набитыми деньгами карманами, – она сглотнула, – и с особенными желаниями. Я всегда знала, что здесь существует комната, но чтоб такое…

Она осеклась. До недавнего времени ей не приходило в голову, что «оболочки» некогда были настоящими людьми. Наэль справился с дурнотой и сказал:

– Кари, мне очень жаль. Я…

Но она уже отстранилась, напустив на себя хо́лода, который был знаком Наэлю по Стене, это был тончайший слой льда, прозрачный, но непроницаемый. Кари пожала плечами и сказала:

– У леди Винн во всех помещениях бара установлены видеокамеры. Мы можем посмотреть по записям, что здесь произошло.

Наэль понял: Не задавай вопросов. Ничего не говори. Я не хочу это обсуждать. Я не могу.

Он оставил Кари, отправился на поиски записей. Кабинет леди Винн был заперт, но замок легко поддался. Компьютеры и мониторы наблюдения внутри помещения были отключены. Но Наэль мог скачать их содержание на свой кристалл памяти. Когда он почти управился с этим, услышал грохот, и воздух прорезал пронзительный крик.

Кари? Он беззвучно бросился наружу. Но кричала не Кари, а леди Винн, стоя перед Кари на коленях, выпученными глазами таращась на дуло устремленного в ее голову пистолета. Наэль пожалел о том, что вручил Кари свое служебное оружие. Он-то рассчитывал, что она сможет им защититься, но ведь должен был понимать, что Кари не из тех, кто выбирает оборону.

– Пожалуйста, только не стреляй, – умоляла леди Винн.

Владелица бара выглядела ужасно. Наэль помнил ее элегантной, хорошо одетой дамой, но сейчас ее одежда была рваная и в пятнах, волосы свалялись и свисали на лицо, правый глаз был подбит и заплыл.

– Кто это сделал? – спросил он.

– Если я скажу, тогда они… они меня…

– Мы знаем, что это были люди Дайширо, – заявила Кари. Невозмутимо и холодно. С ледяным спокойствием, будто ее сердце давно сковало ледяным саваном. – Тебе ничего не остается, кроме как отвечать на наши вопросы. Если будешь говорить правду, у тебя, по крайней мере, появится шанс выжить. Может быть.

Тяжело было смотреть, как она смотрит на леди Винн сверху вниз, будто раздумывая, не раздавить ли это мерзкое насекомое подошвой. Не растоптать ли? Или лучше расплющить? Или пристрелить? Неужели хладнокровная убийца была той прежней Кари, которую Наэль не помнил?

– Д-д-да… да, это были они, – подтвердила леди Винн, дрожа.

– Почему?

– Они… они…

– Ну же, шевели языком шустрее, – я жду ответа, а не икоты. Почему?

– Они искали…

– Они искали тебя, – ответил мужской голос.

Наэль обернулся, еще в движении выхватывая оружие. И как Харуо смог проскользнуть сюда незаметно? Наэль с самого начала догадывался, что это была ловушка, и все-таки угодил в нее. Теневой ассасин выхватил нож и метнул.

Клинок разрезал воздух. Не успел Наэль нажать на курок, как нож попал в цель – и это была не Кари. Рот леди Винн раскрылся, из него вырвался хрип и тут же смолк, когда она замертво упала на пол. Один нож торчал у нее в груди, а второй вонзился в правый глаз. Наэль даже не заметил, что Харуо метнул два ножа. Проклятье, все знали, что бойцы-скарабеи были очень опасны и что некоторые из них, заслуживающие титула ассасинов, теневых убийц, были еще практически непобедимы – но чтобы такое?!

Наэль снял свое оружие с предохранителя, и Кари тоже направила пистолет в лоб Харуо.

– Только двинешься – будешь убит! – пригрозила она.

– Я вам не враг, – сказал Харуо, поднимая руки. – Но вам надо уходить отсюда. Леди Винн успела шепнуть кому надо, и с минуты на минуту здесь будет отряд скарабеев. Генджи и его люди уже в пути.

– Не надо дурить мне голову! У Генджи нет никаких людей.

– Тут многое изменилось с тех пор, как ты сбежала.

– Вот как? И почему мы должны тебе верить? – прошипела Кари.

Она словно прочитала мысли Наэля. Харуо был опасен. Тень, убивающая так молниеносно, что само время не успевает заметить бросок. С чего бы он вдруг стал им помогать? Разве Харуо не был первым, кто сдал бы ее дону?

– У вас нет другого выхода. Или вы доверитесь мне, или вы попадете в руки Генджи, – ответил он. – Выходите через черный ход. Там есть пожарная лестница. Никто вас не задержит.

И снова ловушка. Очередной трюк мафии!

Но в ту же секунду в наушниках Наэля раздался крик Зоры:

– Бегите немедленно! Как минимум десяток скарабеев следуют в бар!

Черт! Проклятье, проклятье, проклятье… Что же делать? Они не могли доверять Харуо. Оставаться здесь тоже был не вариант, а сражаться с ним? Он только что доказал, что легко может устранить и Наэля, и Кари еще до того, как его коснется их пуля.

– Я могу тебе все объяснить, Кари. Давай встретимся послезавтра в полночь на променаде «Магнолия», – попросил Харуо.

В ответ она плюнула на пол.

– Нам нужно поговорить. – Взгляд ассасина молил красноречивее слов.

– Поговорить, – выдавила Кари сквозь зубы. Раз, два, три… Вдох – выдох… Она пыталась успокоить дыхание. Но ее буквально затрясло от гнева. – Ты не имеешь права выставлять мне требования, – буркнула она.

Ее слова смешались с криком Зоры в наушниках Наэля:

– Черт, Наэль! Бегите же! Немедленно!

– Кари! Бежим! – торопил он.

Ее взгляд метался от Харуо к Наэлю и обратно. Потом она кивнула:

– Хорошо.

Она опустила пистолет и выстрелила. Пуля просвистела в воздухе. Харуо со стоном упал, схватившись за бок. То было всего лишь касательное ранение, чтобы на время вывести его из строя. Маги дона Немеа без проблем вылечат эту рану. Всего лишь подстраховка, чтобы ассасин не напал на Наэля и Кари, но вместе с тем и угроза.

– Ты нас отпустил, я оставляю тебя в живых. Мы квиты, – холодно сказала Кари.

– Приходи на променад «Магнолия», я все объясню…

Но она шагнула мимо Харуо.

– Идем, – кивнула она Наэлю. – Нельзя терять ни минуты.

Времени у них действительно больше не было. Они помчались к черному ходу и вскарабкались по пожарной лестнице, как им подсказал Харуо. Действительно, им никто не встретился на пути, не задержал. Сердце Наэля колотилось, он все еще ожидал подставы – но никто их не схватил, когда они с Кари, спрятавшись за скатом крыши, наблюдали, как отряд бойцов-скарабеев ворвался в бар. Среди них был Генджи, тот среброволосый безумец, который когда-то позволил Наэлю проскользнуть на виллу Немеа и там вырезал смайлик на теле «оболочки». Никто не заметил, как они по крышам покинули квартал клана Скарабеев.