Белая луна, бледная как лепесток. Две фигуры, ярко подсвеченные серебром. Они наклоняются друг к другу, тянутся, чтобы коснуться лиц друг друга. Они вздыхают и покачиваются. Юноша прячет лицо; она что-то бормочет, вдыхая его запах. Он гладит ее по щеке, потом впивается в нее ногтями. Тянет, словно выполняя фокус, и ее кожа отходит серебряными полосами, растягиваясь по направлению к луне, которая превращается в Воронку.

Девушка поднимает голову, и у нее не лицо Силь-вии, а мое собственное. Она становится ярче, потом серебристый взрыв – и она становится ничем.

* * *

Я просыпаюсь с дрожью. Лежу на полу, запутавшись в пододеяльнике. Никак не могу выкинуть сон из головы. В этот раз это не был сон Сильвии, а мой собственный. Мой первый сон с тех пор, как я покинула ее тело.

Раздается стук в дверь.

На пороге стоит Финч, держа в руках две кружки с чаем. Я задаюсь вопросом, не продолжаю ли я спать.

– Это все правда, ведь так?

Я смотрю на него. Судя по синякам под глазами, он тоже не очень хорошо спал. Я впускаю его к себе, и он закрывает за собой дверь.

– То, что я увидел вчера, мне ведь не приснилось? Ты и Нат. Твои силы.

Я трясу головой:

– Нет, тебе не приснилось.

При этом мой мозг с трудом улавливает, что он говорит. Он сделал мне чай. Он хочет узнать. Он пытается понять.

– Все, что ты мне рассказала о своих людях, об их намерениях, – это все тоже правда?

– Да, – подтверждаю я. – Целиком и полностью.

– То есть на самом деле ты не… не…

– Нет, – говорю я. – Я не человек.

– Но теперь ты выглядишь как человек. Ощущаешься, как человек. – Он отворачивается, щеки красные. – При этом, когда я тебя увидел прошлой ночью, ты изменилась, была другой. А Нат… она просто… исчезла.

– Мы обладаем способностью, которая позволяет нам вселяться в живые организмы.

– В смысле, захватывать тела? Черт побери, Сильвер!

Между нами повисает долгая пауза.

– И чье тело ты сейчас используешь?

– Ничье. Точнее, уже ничье. Поначалу я захватила тело одной девушки, но потом я ее освободила. – Я медлю. – И один раз я вселилась в Стеллу. Но только на один вечер.

Финч шипит себе под нос.

Я сглатываю.

– Именно тогда я и узнала о твоем отце.

– Ты должна мне пообещать, что ты никогда так больше не будешь делать. Захват тел… это же так… так…

– Омерзительно. Это мне известно. – Я опускаю голову. – Я больше не такая.

Какое-то время мы молчим.

– Почему ты тогда выглядишь как человек? – наконец спрашивает он.

– Я… У меня особенная кожа, и у нее есть определенные свойства. Мы способны менять форму. – Я вздыхаю. – Я приняла форму моей изначальной хозяйки, Сильвии.

– Сильвия? Так ты у нее и имя украла?

– Нет. – Мой голос тверд. – Меня зовут Сильвер.

Финч опускает голову в ладони:

– Как это вообще работает? Твоя кожа, эти силы?

– В какой-то степени наша кожа – это техническое достижение, созданное с помощью биопластин. В то же время она – часть нас, мы нарождаемся с ней.

– Нарождаетесь?

– Да, в ростовых капсулах. Она делает нас сильными. Защищает нас.

– Словно карапакс?[31]

– Да. – Я медлю. – У нее есть и другие свойства. Мы можем становиться вещественными, а можем развеществляться. Изменять свою форму, принимая другую. Мы называем этот процесс метаморфозами.

– Это то, что ты сейчас с собой сделала?

Я опускаю голову.

– Метаморфозы, технологически усиленная кожа. Звучит, как список идей какого-нибудь техномиллиардера из Силиконовой долины.

– Нет, такое пришло в голову нашим Основателям. Они говорили нам, что мы должны регулярно обновлять Защиту нашей кожи, чтобы она не истощалась, но на самом деле они таким образом просто считывают нашу информацию.

– То есть твоя кожа еще и сканирует информацию? – Финч поворачивается ко мне. – Что еще мне следует знать?

Повисает тишина, тяжелая, как камень.

Он прочищает горло.

– Я хочу, чтобы ты мне показала.

Мне не надо спрашивать у него, что он имеет в виду.

– Я не могу…

– Мне нужно увидеть, докажи мне. Сделай это сейчас.

Мы смотрим друг на друга. Я делаю глубокий вдох. А потом в полумраке комнаты заставляю мои глаза засеребриться. Стараюсь не идти дальше этого – он еще не готов.

Сияющая пара моих глаз отражается в его темных. Я спокойно держу его взгляд, не моргаю, вижу, как мой серебряный огонь отражается обратно ко мне.

– Видишь? – спрашиваю мягко.

Долгое время он даже не шевелится. Я жду, едва дыша, пока его взгляд не наполнится сначала страхом, потом отвращением.

Но этого не происходит. Он просто говорит:

– Это была ты, так ведь?

Я прекращаю серебрение моих глаз.

– Та девушка, которую я видел в пещере давным-давно, во время метели. Ты унесла меня с выступа в карьере, так ведь? Мне это не приснилось.

– Да, – говорю я. – Это было на самом деле.

– Я бы там умер, если бы ты не… если бы ты не…

– Я не могла этого допустить, – говорю я. Но внутри себя я знаю, что я и была той, из-за кого он вообще оказался в этой ситуации. Больше невыносимо быть так далеко от него. Я прохожу через комнату и беру его за руку.

Финч вздыхает:

– Поломка маминой машины. Включающееся и выключающееся радио. Та звезда над холмом, как они ее там назвали? Яркая звезда. Все это было с самого начала. – Он смотрит на меня с усилием, словно я трудный текст, в котором он пытается разобраться. – Я знал, что ты кажешься мне знакомой. – Он переводит взгляд обратно на наши руки. – Эти Основатели причинили тебе боль, в тот день снаружи, у галереи? Так ведь? Твои ожоги.

Я отворачиваюсь.

– О, Сильвер.

– Не забудь свой чай, – напоминаю я ему.

– Я хочу увидеть, где это случилось, где я упал. Я хочу вспомнить.

– Я все тебе покажу, – говорю я.

Мы смотрим друг на друга, попивая чай. Он на вкус как начало чего-то нового.