Ван Ли хотел сказать очень многое, но решил промолчать. Он понял, что со старейшиной бессмысленно ругаться. Чжу Вон вывернет все так, что именно Ли и будет виноват. Братец Бай решил высказаться по поводу крыс и самого старейшины, но остановился, когда друг дернул его за рукав ханьфу.

– Это все равно что лаять в ответ на собаку, – прошептал Ли. – Пусть говорит, что хочет.

– Он оскорбил нас!

– Прежде всего он оскорбил звание старейшины.

– Что ты сказал? Щенок! – разъярился старейшина Чжу Вон. – Не боишься оказаться в подземелье? Или вообще лишиться силы!

– Мой брат приказал вам следить за кланом, а не указывать мне и Ван Ли, где быть и что делать. И тем более не вам решать, кого наказывать и лишать сил! – снова разозлился Бай Ян Дзя.

«Даже не знаю, как его успокоить, – вздохнул Ван Ли. – Если он так и будет продолжать, то мы не то что не сможем проследить за старейшиной Чжу, мы окажемся в заточении. Вон скольких он уже успел под себя подмять».

«Напомни ему про Каменюку», – посоветовал глава.

«Это какую?» – не понял Ли.

«Ту, которую он усыновил».

«А! Про Камешек».

– Бай! А ты видел Камешек? – обеспокоенно спросил Ван Ли, быстро оглядываясь по сторонам, будто бы в поисках черепахи.

– А что с ним? – удивился Бай, перестав обращать внимание на старейшину.

– Когда начался пожар, Ло Синь побежала его тушить и оставила лазарет открытым. А вдруг черепаха сбежала и с ней что-то случилось? – придумывал на ходу Ли.

«Ну ты лис», – восхитился глава.

Братец Бай помчался в лазарет, и Ван Ли, взяв с собой У Цяня, пошел следом.

– Мы с тобой не договорили! – закричал Чжу Вон. – У меня к тебе много вопросов!

– Напишите их на листке и отправьте ко мне гонца. Когда у меня будет свободное время, я их прочитаю, – отмахнулся Ван Ли.

«Нужно будет это записать. Буду так всегда отвечать неприятным людям», – восхитился Бай Ю Дзы.

«Обращайся. У меня много умных мыслей».

В лазарете Ван Ли застал умилительную картину: братец Бай расцеловывал черепашку и рассказывал ей, как соскучился.

– Знал бы, что ты так любишь животных, еще бы тебе и кота притащил, – усмехнулся Ли.

– Какого кота? – заинтересовался Бай, повязывая новую розовую ленточку на лапу черепахе.

– Черного, с голубыми глазами, его Сяо Фэй нашла… А тебе не кажется, что розовая лента – это слишком?

– Когда я ее увидел, она уже была на лапке, но просто развязалась.

– Она не развязалась. Это ее Камешек с себя стащила, – сказал Ли. – Она не любит розовые ленты. Она любит ту, красную.

– Красная лента – моя, – ответил Бай и положил черепаху на пол.

– Да уж… – только и смог сказать Ли. Он хотел сообщить о главе, но ему мешал У Цянь. Стоило подождать, пока все заснут.

– Пожалуй, я отнесу черепаху домой и буду следить за старейшиной, – прошептал Бай Ян Дзя, покосившись на улицу.

– А я пойду медитировать. Я что-то вымотался, нужно восстановиться, – сказал Ван Ли и не солгал, а всего лишь не договорил. Он действительно устал, но медитация исцелила бы не только тело. Он чувствовал, что не в состоянии себя контролировать и в любой момент может обернуться зверем.

– Я пойду с тобой! – сказал У Цянь.

– Естественно. А после медитации нужно будет все-таки освободить шкаф для твоих вещей и купить тебе новую циновку, а то на этой даже клопы жить брезгуют.

Мальчик рассмеялся.

– Зачем что-то покупать? Я из кладовых возьму, – ответил Бай Ян Дзя. – У Цянь теперь член нашего клана, поэтому ему полагаются одежда, еда и постель.

– Правда? – У Цянь посмотрел на него с таким умилительным смущением, что братец Бай похлопал его по голове, как поступал с Камешком.

– Эй! Это мой сын! Только я могу его гладить, – пошутил Ван Ли. Бай удивился. Он подумал, что Ли ревнует, и похлопал уже его по голове.

– Я что, похож на черепаху?

– Немного есть, – засмеялся Бай Ян Дзя и ушел.

Получив все полагающееся адепту, У Цянь сидел, довольный и гордый, обнимая циновку и мечтая о будущем. Ван Ли решил медитировать прямо в своем саду, у окна, чтобы быть рядом на случай, если старейшина решит навредить ребенку.

Сев в позу лотоса и выдохнув, Ли начал потихоньку поглощать энергию неба и земли, пропуская ее по своим меридианам. Затем завершил малый круг вращения ци, по направлению вен, пытаясь следить за своим дыханием, и внезапно почувствовал, как на его лоб села большая бабочка, которая тут же улетела. Похоже, У Цянь, заметив назойливую гостью, прогнал ее и теперь сидел рядом, пытаясь повторить за учителем.

Заклинатель услышал, как мальчик выдохнул и притих. Но нужно было сосредоточиться на себе. Ли продолжал гнать энергию по всем мышцам и костям и после множества повторов завершил большой круг вращения ци.

Стало гораздо легче. Зверь в его теле, казалось, успокоился и уснул. Ван Ли в тысячный раз пожалел о том, что прочитал этот свиток. Ему и в заклинателях приходилось несладко, а теперь он обратился неизвестно во что.

Глава сказал, что обо всем позаботится, но как скоро он вернется?

– Пап! А когда я стану небожителем? – такой, казалось бы, невинный вопрос резко выдернул Ли из медитативного состояния и лишил дара речи.

– Каким это небожителем? – закашлявшись, переспросил он мальчика.

– Бессмертным.

– Ох… – тут он совершенно не знал, что сказать. Да, если заклинатель превосходил всех в духовных практиках, то он действительно мог обрести бессмертие, но это скорее было недостижимой мечтой, чем реальностью.

– Если будешь усердно тренироваться, станешь мастером, а затем старейшиной. А потом – когда-нибудь – и бессмертным.

– А бессмертным можно стать только так?

– Людям – только так. Демоны, чтобы стать высшими, убивают тысячи низших. Фениксов все называют бессмертными, но они тоже умирают, чтобы возродиться. Поэтому я считаю это кругом перерождений. Драконы умирают, как и заклинатели, просто их век гораздо длиннее. Демоны-лисы, говорят, получают вечную жизнь, когда обретают девять хвостов…

– А духи?

– А духи и так бессмертны.

У Цянь задумался, глядя на небо. Там уже ярко сияли звезды. Ван Ли думал, что разговор окончен, но У Цянь сказал:

– Тогда я хочу быть духом!

Мальчик сладко потянулся и пошел в дом. Заклинатель не нашелся с ответом. Он пошел следом и увидел, что У Цянь уселся на циновку и ест печенье.

– Я тут подумал… лучше зови меня «учитель»! Мне будет приятно.

– Хорошо, учитель, – довольно улыбнулся мальчик. – А на каком я сейчас уровне?

– Ты возводишь основание.

У Цянь расстроенно прикусил губу.

– Так ты едва начал практиковаться. Невозможно получить все сразу, – усмехнулся Ван Ли и тут же вспомнил себя. Он-то как раз и потребовал у свитка всю силу одним махом. Может быть, поэтому его ци так исказилась и он обратился зверем? Хотя при медитации он не почувствовал особых изменений, и это было странно.

– А потом я стану великим заклинателем?

– Потом будет стадия формирования ядра.

– Я спать, – огорченный мальчик лег и закрыл глаза.

Поздно ночью в дом прокрался Бай Ян Дзя. Он хотел, чтобы никто не знал о его приходе. Оказалось, он выяснил, что старейшина Чжу Вон передал какую-то бумагу неизвестному приглашенному заклинателю, и тот сейчас прячется в городе. Братец Бай отправил туда солдат, которые подчиняются напрямую роду Бай и которым можно доверять. Те следят за каждым шагом заклинателя. Старейшина тем временем ведет себя странно. Он уже несколько раз перерыл все уцелевшие книги. Похоже, он все же что-то украл из библиотеки, но не нашел того, что хотел.

– Он ищет дневники твоих предков, – ответил Ван Ли.

– Откуда ты знаешь?

– Они у меня. Он из-за них и устроил этот пожар.

– Ты просто чудо! – обрадовался братец Бай, с облегчением выдохнув.

– Я знаю, – хмыкнул Ван Ли.

– Придержи их пока у себя, хорошо?

– Бай Ю Дзы мне сказал то же самое, – признался Ван Ли.

– Брат?! – удивился шисюн. – Вы с ним разговаривали?!

– Он и сейчас тебя слышит.

– Что?! Но как?!

Ван Ли, покосившись на спящего мальчика, рассказал все, что знал и что произошло.

– Вот как… – задумался Бай Ян Дзя. – Пока брат отдувается за этого гада, можно сказать, в темнице, этот старик здесь раскомандовался. Да я бы его!..

– Тише ты! – шикнул на него Ли. – Пусть Чжу Воном займется сам император. Тогда и обвинения с главы будут сняты. А для этого мы должны достать улики, которые сможем предоставить его величеству. Поэтому сидим, молчим и терпим.

– Ненавижу сидеть и молчать!

– Я тоже, но что поделаешь.

– Я спать! – резко встал братец Бай и удалился. Только тогда Ван Ли вспомнил, что забыл предупредить о том, что из-за свитка начал превращаться в зверя, но шисюн был уже далеко.

«Завтра скажешь, – успокоил его глава. – А сейчас спи! Ты мне нужен отдохнувший и с ясной головой».

«Слушаюсь». – И Ван Ли действительно лег спать.

Солнце неуверенно выглянуло из-за горизонта и осторожно дотронулось чуть теплыми лучами до горы заклинателей, когда по всему поселению разнесся дикий вопль:

– Крыса! Крыса! Меня укусила жирная крыса! – кричал старейшина Чжу Вон.

Клан Айсан встретил новый день.

У Цянь сонно посмотрел на зевающего Ван Ли, который спросонок даже не понял, что происходит.

– Что случилось? – спросил мальчик, потирая глаза.

– Обычное утро в клане, – зевнул Ван Ли и, повернувшись на другой бок, решил спать дальше.

– А кто это кричит?

– Похоже, Чжу Вона укусила крыса.

– Это хорошо, – улыбнулся мальчик и уснул.

Сердце Ван Ли преисполнилось радости и умиления. Если бы У Цянь не был к этому времени признан его сыном, он бы только за эти слова его усыновил. Немного послушав крики за окном, заклинатель снова заснул.

Семейство Ван проснулось, когда солнце уже поднялось высоко, а в клане вовсю бурлила жизнь. Первым делом Ван Ли со своим новообретенным учеником пошли к братцу Баю, который, как оказалось, почему-то медитировал перед лазаретом, и там же заметили мастера Чжана. Тот поздравил Ли с первым учеником.

– Откуда вы узнали? – удивился заклинатель.

– Я многое знаю, – довольно пригладил усы мастер. – Не зря я согласился тебя обучать. Прошло совсем мало времени, а ты уже обрел великую силу и обзавелся учеником.

– Ну… – Ван Ли не знал, что сказать. Великую силу он обрел по глупости. А насчет ученика… Все же лучше, если У Цянь будет звать его своим учителем, а не отцом. А то ему от такого было не по себе.

– Жизнь так прекрасна в своих неожиданных поворотах, – довольно отхлебнул чай старик.

– Мастер Чжан хочет сказать, что старейшина Чжу Вон пострадал, – пояснила Сяо Фэй, выходя из лазарета.

– Да. Мы слышали его крики.

– Мы еле поймали Камешек, когда он начал кричать, – сказала Сяо Фэй. – Черепашка так испугалась, что почти побежала прочь.

– Камешек не испугался! – не согласился с ней Бай Ян Дзя. – Он побежал смотреть, что там происходит.

– Камешек испугалась, и вообще-то это девочка!

– Камешек ничего не боится, и это мальчик!

– Это девочка!

– Это тебе розовая лента сказала? Так какая разница, какого цвета одежда? – не выдержал брат Бай. – Камешек – мужчина! У него взгляд мужественный.

– Учитель! – Мальчик подергал Ван Ли за рукав, пытаясь привлечь внимание. – А Камешек девочка или мальчик?

– Неважно, какого пола создание. Главное – его сила духа и взгляд в будущее, – попытался выкрутиться заклинатель.

– Ли! Скажи же им, что я права! – пристала к нему Фэй. – Камешек – это кто?!

– Рептилия.

Потрясенное молчание прервали рыдания супруги Чжу Вона. Та вышла на улицу и, плача, опустилась на скамейку.

– За что?! За что нам все это?! – причитала она. – Мой любимый муж не сделал ничего плохого! Так за что его карают небеса?!

Во двор выглянула Ло Синь и с подозрением покосилась на заклинателей. Те сразу же поспешили к ней.

– Что случилось?

– Я сказала Чжу Вону, что он, скорее всего, умрет.

– Это правда? – удивилась Сяо Фэй.

– Нет, конечно, – отмахнулась целительница. – Но он меня замучил. Я понимаю, что должна помогать страждущим, но, когда я его вижу, мне хочется все бросить, уйти в какую-нибудь деревеньку и выращивать рис, а не мучиться с этим старым…

Ло Синь решила не ругаться при детях.

– Он тебя оскорбил? – догадался Ван Ли.

– Хуже, – брезгливо поморщилась целительница. – Он меня лапать полез.

– Фу-у, – все выдохнули с отвращением, даже мудрец Чжан и подбежавшая к ним Булочка.

– А как же его жена? – удивился У Цянь.

– Похоже, ее наличие ему нисколько не мешает.

– Но он выживет и узнает, что ты его обманула, – нахмурила брови Сяо Фэй.

– Так я сказала, что ему нужно принять лекарство от бешенства, очень горькое, и сделала несколько уколов вдоль меридиан. Он еще долго не сможет как следует сидеть, а значит, и распускать руки не полезет.

– Но почему тогда его жена рыдает, будто он уже умер?

– Похоже, он слишком напугался и решил, что даже мое лекарство его не вылечит.

– Может, хоть на некоторое время он успокоится, – задумался Бай Ян Дзя. – А я пока наведу порядок в клане.

– Хорошо бы, – согласилась с ним Ло Синь. – А то я уже несколько раз напоминала ему, что необходимо собрать на зиму целебных трав, но тщетно. А что я буду делать зимой, если на клан вдруг нападет какая зараза?!

– А сколько нужно выделить заклинателей на сбор?

– Да половины моих хватит. Только старик им не дает разрешения уйти.

– Я разрешаю, – кивнул братец Бай. – Это первоочередная задача для клана.

Целительница довольно улыбнулась.

– Тогда я объявляю сбор?

– Конечно. И еще я отправлю с вами кого-нибудь для защиты.

«Мой маленький птенчик внезапно вырос в прекрасного феникса», – умилился глава.

Ван Ли от неожиданности вздрогнул. Он уже и забыл, что между ним и главой неразрывная связь. К счастью, никто этого не заметил.

– А что еще нужно сделать? – Бай Ян Дзя посмотрел на Ван Ли.

Казалось, он спрашивает у шиди, но на самом деле обратился к брату.

– Еще нужно объявить всеобщий совет и проверить все амулеты и артефакты в клане. Осмотреть кладовые и докупить необходимые припасы. Списки есть у тех, кто этим заведует. Собрать и доставить созревшие томаты. Если император не получит их к своему столу, у клана будут огромные неприятности. Собрать все отчеты: по добыче металлов, по выполненным заданиям. Подсчитать доходы и убытки. Вычислить лазутчиков и дезертиров… Пока этого хватит, – выпалил Ван Ли, с трудом поспевая за главой.

Все с ужасом уставились на него.

– Ван Ли! Ты такой умный! – восхитилась Сяо Фэй.

У Цянь смотрел на него восхищенными глазами – точно так же, как смотрел на дядю Джи, но Ли не было приятно – ведь он всего лишь повторил слова главы, и это восхищение предназначалось не ему.

«Ты тоже умный», – сказал глава, и Ван Ли едва сдержался, чтобы за ним не повторить.

«Ты и сейчас так считаешь? – усмехнулся своей глупости Ли. – Я только что чуть нас не выдал».

«Даже если бы ты за мной повторил, мальчик бы решил, что эти слова предназначены ему, а значит, ничего бы не случилось».

Ван Ли посмотрел на Бай Ян Дзя. Тот походил на кота, застрявшего головой в кувшине. Вроде бы и молоко рядом, но кто захочет такого молока.

– Сейчас ты соберешь всех, а я выберу, кто именно будет заниматься поручениями. – Ван Ли понял растерянность своего шисюна.

– Хорошо, – выдохнул с облегчением братец Бай.

– Интересно, – недоверчиво прищурилась Ло Синь. – И когда это ты вдруг начал разбираться в делах клана?

– Просто он способный ученик, – подмигнул ему мастер Чжан, и Ван Ли вдруг показалось, что тот обо всем знает.