В селении было шумно. Многие обсуждали тревожную новость: разведчики ничего не нашли, будто разбойники из-под земли появились.

– Где-то же должен быть их лагерь! Они должны были подняться на гору, перед тем как напасть! – кипятился Чжу Вон.

– Лагерь был под старой сосной, – ответил подошедший У Цянь. Он решил, что если его и убьют, то пусть это сделают сразу, а не через какое-то время, когда он расслабится.

– А ты откуда знаешь?! – окинул его брезгливым взглядом старейшина, пытаясь понять, видел он мальчишку раньше или нет.

– Я один из них.

– Что?!

Воцарилась оглушительная тишина. Все сверлили взглядами сжавшегося от страха мальчика. Ван Ли от изумления потерял дар речи. Ему даже в страшном сне не могла бы привидеться такая ситуация. Да что с этим мальчишкой?! Он с ума сошел?! Так прямо прийти в селение после нападения и заявить: здрасьте, я разбойник – да-да, тот самый, что вас пытался ограбить.

– Ван Ли! – взревел Чжу Вон. – Кого ты сюда притащил?! Кто это, я тебя спрашиваю?!

– Мой сын, – брякнул заклинатель.

Сказать, что все были потрясены, – это не сказать ничего. Даже Ван Ли был совершенно ошеломлен. Он сам не ожидал от себя такого.

«Пожалуйста, можно я возьму свои слова обратно?!» – взмолился Ван Ли.

– К-как сын? Когда эт-то? – выдавила Сяо Фэй и, заливаясь слезами, убежала домой. Но никто даже не обратил внимания на ее горе. Снова повисла тишина. Все смотрели на Ван Ли.

«Да сколько можно?! Ну ляпнул глупость, с кем не бывает, – мысленно упрашивал он. – Почему бы вам всем не разойтись и не сделать вид, что ничего не было?»

Но члены клана не расходились и молча буравили Ван Ли взглядом.

– Глава будет потрясен, – наконец сказал кто-то.

Чжу Вон походил на сову, которую коварно разбудили посреди бела дня и которая теперь не понимает, что происходит и где она находится. После необычно долгого молчания старейшина, с трудом взяв себя в руки, откашлялся и посмотрел на опешившего паренька, потом на остальных и, наконец, снова на Ван Ли.

– Значит, твой сын – разбойник? Я всегда ожидал чего-то подобного, но все же надеялся, что этого не произойдет.

Ван Ли разозлился. Что значит – ожидал подобного? Его сын будет благородным заклинателем! А У Цянь – это У Цянь, самый бестолковый мальчишка в мире!

– Я даже не мечтал, – всхлипнул У Цянь. – Когда я тер эту волшебную статуэтку, я загадал желание, чтобы у меня все было хорошо. Но я не думал, что настолько…

Ван Ли посмотрел на мальчика, который из последних сил старался не заплакать, и совсем растерялся.

– И чего хнычешь? – прошептал он.

– У меня есть семья! Самая настоящая семья!

Паренек, не выдержав, вытер слезы рукавом.

– Видишь? Даже ему стыдно иметь такого отца, – брезгливо сморщился Чжу Вон.

– Он самый хороший! Он лучше всех! – ответил паренек.

Ло Синь подошла к Ван Ли и посмотрела на него пронзительным взглядом. Он не мог понять, о чем она сейчас думает, но ему не хотелось, чтобы она озвучила свои мысли. Однако, похоже, его желанию не суждено было сбыться. После долгой паузы целительница заговорила:

– Я не знаю, как тебе удалось скрыть наличие такого взрослого сына, но спокойно жить в тепле и уюте, пока твой ребенок занимается разбоем… Я была о тебе лучшего мнения…

– Он не такой! Он меня спас! – встал между ним и женщиной мальчишка.

– Как же, спас! Бросил на произвол судьбы и только сейчас снизошел.

– Хватит! Он хороший! Он намного лучше всех вас! На самом деле он… – У Цянь хотел рассказать правду, чтобы они не обижали этого благородного человека, тем более после всех добрых дел, что он совершил, но Ван Ли его остановил.

– Хватит! – прошептал он. – Молчи! А не то я обижусь!

У Цянь не хотел задеть заклинателя и замолчал.

– А вы что думаете, мастер Чжан? – поинтересовался старейшина у молчавшего все это время старика.

– Я многое повидал в этом мире и понял одно… Чужая жизнь – это темный лес. Мы не знаем, что в действительности происходит с другим, и не имеем права лезть в его душу. Пусть все личное – плохое и хорошее – остается скрытым. Мне до этого дела нет.

Чжу Вон был совершенно недоволен таким ответом, но ничего не мог поделать.

– Твой сын – разбойник! И вчера ночью он проник в селение клана с целью грабежа, – окинув Ван Ли презрительным взглядом, заявил старейшина. – У меня нет права решать, что с вами делать. Мы подождем возвращения главы. А пока возьмем вас под стражу.

Ло Синь недовольно посмотрела на Чжу Вона. Конечно, он был прав. Нападение на клан нельзя оставлять безнаказанным. Но ведь с первого взгляда видно, что мальчишка попал под дурное влияние и достаточно провести с ним воспитательную беседу. Кроме того, его состояние здоровья оставляет желать лучшего, а заключение его добьет.

– Старейшина Чжу! Мы давно знаем Ван Ли. Он вырос на наших глазах, – вступилась целительница. – И я ручаюсь, что он не сделал ничего плохого, так как, по сути, он добрый человек. А если что-то и натворил, то по глупости.

– И его клан должен сидеть и ждать очередную глупость?!

– Я хочу сказать, что Ван Ли не имеет никакого отношения к разбойникам, а значит, его не за что наказывать.

– А где доказательства?! Где ты был во время нападения?!

– Дома, – не солгал заклинатель. Если рассуждать логически, поселение клана и его окрестности – это и есть дом Ван Ли.

– Дома, – передразнил его старейшина. – Так говорят все преступники.

– Старейшина Чжу Вон! – поклонился ему один из дозорных. – Ван Ли не мог быть заодно с разбойниками. Именно он вчера бегал и кричал о нападении. А мы ему не поверили.

– И именно он начал с ними битву возле дома главы, – поддержал второй. – Когда прогремело темное заклинание, я видел, как он побежал в дом.

– Вот, – довольно улыбнулась Ло Синь. Она чувствовала, что здесь что-то не так, и не хотела, чтобы пострадал невиновный.

– Хорошо, – кивнул старейшина, однако его взгляд не предвещал ничего хорошего. Он продолжил допрашивать Ван Ли: – Если ты там был, значит, встретил и таинственного заклинателя. И как он выглядел?

– Обычный человек в черных одеждах, скрывавший лицо, – ответил тот.

– Да уж, подробное описание!

– Но у него была странная способность…

– Мы и без тебя это знаем! – перебил старейшина. Он хотел скорее взять Ван Ли под стражу.

– Какая способность? – заинтересовались дозорные.

– Он может отражать любую магию, направленную на него.

Все замолчали.

– Поистине странный заклинатель, – наконец заговорил мастер Чжан.

– И что в нем странного? – повернулся к нему старейшина.

– Проник в клан вместе с разбойниками. Уничтожил купол и все охранные заклинания. Отбил все атаки, а в конце использовал темное заклинание, которое выдало разбойников.

– Действительно очень странно, – согласились дозорные.

– Именно, – кивнул Чжу Вон. – Но меня интересует, почему Ван Ли скрылся после битвы?

– Потому что он ранен! – разозлился У Цянь.

– Как это ранен?! – охнула Ло Синь. – Почему не сказал?!

– Как-то не до этого было, – ответил Ван Ли.

Целительница подбежала к нему.

– Я все равно сообщу главе! – сказал старейшина.

– Да сообщай, кто тебе не дает, – отмахнулась Ло Синь, осматривая плечо Ван Ли. Рана была неглубокая. Нападавший либо пощадил противника, либо просто промахнулся. Женщина склонялась ко второму варианту. Какой же разбойник проявит жалость?

– А откуда он знал про нападение? – спросил кто-то.

– Так у него же сын – один из них, – ответили ему.

– А почему он его не забрал, а оставил с ними? А вдруг бы его убили?

– Сейчас вот решил забрать.

– А почему только сейчас?

Вопросы сыпались градом, и каждый новый был болезненнее предыдущего. Если бы У Цянь действительно был сыном Ван Ли, после таких слов тот умер бы от стыда и сожаления. Он посмотрел на мальчика. Тот стоял, до боли сжав кулаки, и был похож на маленького измученного щенка, которого собралась растерзать стая шакалов. Ван Ли положил ему руку на плечо и прошептал, что все в порядке.

– Да уж. В порядке, – закончила осмотр Ло Синь. – Пошли в лазарет, несчастный отец. Надеюсь, этот парень – единственный твой брошенный ребенок.

– Вот именно, – поддакнул старейшина. – Еще одного разбойника я не перенесу.

– Может, не стоит так нападать на молодого человека? – не выдержал мастер Чжан. – Уверен, что он не подозревал о сыне, и узнал его в разбойнике только тогда, когда тот напал на клан.

– Так и было.

– Вот видите, – довольно улыбнулся старик. Он давно понял, что Ван Ли – добрый человек и просто не мог бросить своего ребенка.

– И все равно – это полное безобразие! – не мог успокоиться Чжу Вон.

– А вы задумывались о том, что у вас, может быть, тоже есть дети, о которых вы не знаете, господин старейшина? – поинтересовался мастер Чжан и, не ожидая ответа, направился в лазарет, чтобы узнать о состоянии ученика.

Посмотрев на Ван Ли, великий мастер согласился со словами главы Бай Ю Дзы о том, что у этого заклинателя великое будущее, и решил обучать его. А что до его сына – так даже лучше. Может, мальчик растопит ледяное сердце Ли и тот захочет стать на стезю учителя.

Ван Ли сидел в лазарете и ждал, когда ему сделают перевязку. Среди членов клана он так и не увидел Бай Ян Дзя, а спросив о нем, узнал, что его никто не встречал еще со вчерашнего вечера.

К счастью, никто не подозревал Бай Ян Дзя в сговоре с разбойниками. Пусть кланом управлял управлял его старший брат, в Дзя не было ни жажды власти, ни способностей к ней. Оратор из братца Бая тоже был никудышный, если не сказать ужасающий.

– Можно как-нибудь побыстрее? – заерзал Ван Ли, устав от тщательного осмотра. Оказалось, что было задето не только плечо, но и затылок. И теперь целительница наносила на него вонючую мазь, от которой щипало в носу.

– Куда-то торопишься?

– Камешек покормить.

– Ван Ли! Ты забыл, где находишься? – грозным голосом пригвоздила его к месту госпожа Ло Синь. – Ты у меня сейчас дошутишься!

– Я не шучу… Камешек – это черепаха Бай Ян Дзя. Его нет со вчерашнего вечера. Она может умереть с голоду.

– Что?! Черепашка заперта в доме одна, без еды?! – Ло Синь вскочила и подбежала к своей миске с салатом. – Почему ты сразу не сказал?! А вдруг она уже умерла?!

Ло Синь очень любила животных и всегда мечтала завести зверушку, но из-за работы не могла себе этого позволить.

– Надеюсь, что с ней все в порядке, – забеспокоился Ван Ли. Он желал Камешек лучшей черепашьей жизни и именно поэтому спихнул ее Бай Ян Дзя. «Я уверен, что с ним что-то случилось, – волновался Ван Ли. – После того как я покормлю черепаху, отправлюсь на его поиски».

– Люблю черепашек, – сказал У Цянь. – У меня когда-то жила коричневая с круглыми глазками.

– А что с ней случилось? – заинтересовалась целительница.

– Сбежала… Я всегда носил ее за пазухой. А потом мы сделали привал возле капустного поля. Я отвлекся и обнаружил, что она улизнула.

– Я ее понимаю, – улыбнулся старик. – Целое поле капусты. Ни одна черепаха не устояла бы.

Дойдя до дома Бай Ян Дзя, Ван Ли увидел открытое окно, и его сердце радостно забилось. Может быть, друг уже вернулся и сейчас кормит черепаху? Но оказалось, что Бай Ян Дзя просто забыл закрыть створки.

Камешек лежала в большом выстланном сеном ящике, в углу которого стояла уже порожняя миска для воды. Неизвестно, как долго она пустовала, но, к счастью, с черепахой все было в порядке, и сейчас она с интересом рассматривала прибывших.

Ван Ли налил ей воды, а целительница пересыпала в другую миску салат.

– И где же сейчас твой хозяин? – задумчиво посмотрел на черепаху Ван Ли.

– Насколько я помню, Бай Ян Дзя – это тот заклинатель, что остался на берегу Лунного озера? – подал голос мастер Чжан.

– Да… Он так и не вернулся.

– Вот беда-то какая… – заволновался старик. – Вот я старый дурень! Если бы не заартачился и полетел с вами на мечах, то с ним бы все было в порядке. Если бы я знал…

– Вы-то тут при чем? К сожалению, мало кто может видеть будущее, да и те, кто видит, часто ошибаются.

– А если его схватили разбойники? – предположил старик.

– Но ведь их уже нет, – возразила Ло Синь.

– У нас был небольшой отряд, только половина шайки. Остальные, вероятно, где-то затаились, – сказал У Цянь.

Из-за волнения все позабыли, что у них есть ценный свидетель, который осведомлен о планах разбойников.

– Так что же ты молчал?! – бросился к мальчику Ван Ли с распростертыми объятиями. У него появилась надежда найти братца Бая.

– Тот мерзкий старик не давал мне и слова сказать, – напомнил мальчик.

– Говори. Мы внимательно слушаем, – улыбнулся мастер Чжан.

– Мы занимались мелким грабежом, но однажды к нам пришли заклинатели и предложили хорошо заработать. Главарь заподозрил неладное. Ведь заклинатели и сами могли вторгнуться в селение Айсан. Точнее, им это сделать было гораздо легче, чем нам. Но они объяснили, что не могут попасть в селение вашего клана из-за таинственного защитного артефакта. Кроме того, рассказали, что глава и самые сильные заклинатели и старейшины отбыли разбираться с убийством банкира, дальнего родственника самого императора. И в клане почти никого не будет. А еще они дали артефакты, делающие нас бесшумными, незаметными и очень сильными. Но больше всего нашему главарю понравилось то, что нам сразу заплатили и одолжили подробную карту поселения, на которой были отмечены сокровищницы.

Остальные задумались. Что это за артефакт, не пускающий неких заклинателей в поселение? И почему здесь, в Айсан, о нем не знают?

– А откуда тогда взялся тот странный заклинатель в черном? – хмыкнул Ван Ли.

– Он пришел уже после вас, сразу предложил денег и сказал, что ему нужно узнать кое-что. И его взяли. Что именно его интересовало, главарь не спросил. Да ему было и неважно, лишь бы побольше денег получить.

– И о чем ты там разговаривал с главарем, Ван Ли? – Целительница выхватила из рассказа самые главные слова.

– Я увидел их случайно, когда искал мастера Чжана. Хотел проникнуть в шайку, чтобы помешать напасть на наш клан, но они меня раскусили, – признался Ван Ли.

У Цянь, услышав такое, обрадовался. Значит, его спаситель не злодей и не обманщик, а просто глупый человек! А старик и целительница тяжело вздохнули.

– Как можно быть таким дураком? – вздохнула Ло Синь. – Вот до чего тебя твои книжки довели. Подумать только: он решил внедриться в банду разбойников! Я удивлена, что ты жив.

– Я быстро бегаю, – смутился Ван Ли.

– Не настолько, чтоб обогнать метательный нож, – отрезала она.

Заклинатель хотел возразить, но она кивком указала ему на забинтованное плечо, и он прикусил язык.

– Так ты не знаешь, что это за заклинатели? – спросил мастер Чжан.

– Нет.

– Может, ты встречал владельца этой ленты?

Старик вытянул из мешочка скрученную алую ленту.

Стоило Ван Ли ее увидеть, как у него все похолодело внутри. Он выхватил ее из рук старика и уставился на запекшуюся кровь.

– Ты знаешь ее хозяина?

– Это лента Бай Ян Дзя. Ею была перевязана Камешек.

– Что?! – Ло Синь побелела как снег. – Может, ты ошибся?! В провинции многие носят алые ленты. Не обязательно это та самая.

– У нее краешек пожеван. Камешек очень полюбила эту ленту и часто жевала ее уголок…