На следующее утро мама собирается на работу. Она педиатр и полдня принимает пациентов, пока Конни в школе, а Якоб в саду. На каникулах она старается брать отгул – например, как вчера. Но это не всегда получается.

– Такие длинные каникулы бывают только у школьников. У нас, взрослых, всё иначе, – объясняет мама.

Конни остаётся присматривать за Якобом. Они играют в Рождество. Конни надела красный халат, старую шапку-ушанку и смастерила бороду из ваты. Якоб усердно запихивает в пластиковый пакет игрушки. Конни будет таскать этот пакет и раздавать подарки плюшевым зверятам.

– Белка получает машинку! – кричит Якоб. – А мишка – ничего!

– Прости, мишка, но для тебя у меня, к сожалению, ничего, – бормочет Конни-Дед-Мороз.

– А-а-а-а, – воет Якоб-мишка. Так жалостливо, что Дед Мороз ещё раз заглядывает в мешок:

– Может быть, я просто не заметил!

О-па! Конни машет в воздухе треснутой игрушечной кастрюлей.

– Нет, нет! Мишка ничего не получает! – кричит Якоб.

– Почему нет?

– Не получает – и всё! – упрямится Якоб, выпятив нижнюю губу.

– Это же глупо! Давай дадим мишке какой-нибудь подарок! – возражает Конни.

– Нет! – ревёт Якоб.

Конни вздыхает. Якоб просто невыносим. Всё утро одно и то же.

– Тогда я больше не играю! – говорит она.

– Нет, играешь! – Якоб вцепляется в свитер Конни.

– Отпусти! – Конни пытается его стряхнуть.

Не так, ох не так представляла она себе рождественские каникулы.

– Мы играем дальше! – орёт Якоб, как будто от этого зависит его жизнь. Вдобавок ко всему он начинает плакать.

– Что здесь происходит? – В комнату входит мама. Как назло, именно в этот момент!

– Конни не хочет со мной играть, – воет Якоб.

– Я играла с тобой всё время! И лишь раз отказалась делать то, что тебе хочется! – возмущённо кричит Конни.

Мама вздыхает и уходит на кухню.

– Послушай, Конни, – говорит мама после обеда. – Мне придётся вернуться на работу.

– Но ты же днём не работаешь, – удивляется Конни.

– К сожалению, вирусам график не ведом. – Мама беспомощно разводит руками. – Пациентов много, и доктор Шмидт в одиночку не справится.

– И мне снова придётся присматривать за Якобом?

Мама кивает:

– Я бы вызвала бабушку. Но они уже уехали.

– Только не это!

– Что ты предлагаешь? Чтобы мы отправляли больных детишек обратно домой?

Конни вздыхает. Завтра двадцать третье число.

– Завтра у нас генеральная репетиция! Мне нужно готовиться!

– Мы вместе подготовимся чуть позже, – обещает мама.

– И когда мне мастерить подарки?

– Мне не обязательно что-то дарить. Для меня лучший подарок на Рождество – если ты сегодня посидишь с Якобом!

– М-м, – мычит Конни. Что это за подарок, который нельзя упаковать?

– Знаешь что? – Мама достаёт из сумочки кошелёк. – А сходите-ка вы с Якобом на рождественскую ярмарку. Покатайтесь на карусели, поешьте жареного миндаля. Ну, что скажешь?

– Ладно! Я схожу с Якобом на рождественскую ярмарку, – выпаливает Конни, пока мама не передумала. Ведь она ещё ни разу не отпускала их на ярмарку одних.

Мама протягивает Конни деньги и билеты на автобус.

– Вам нужно проехать на автобусе всего одну остановку. И не спускай глаз с Якоба.

– Хорошо, будет сделано, – обещает Конни.

– И, пожалуйста, вернитесь домой до наступления темноты. – Мама ещё раз целует детей и уходит.

– Пойдём прямо сейчас! – торопит её Якоб. Он обожает кататься на карусели.

Один миг – и он уже снял тапочки и надел зимние сапоги.

– Вот молодец! Значит, можешь, когда хочешь! – удивляется Конни.

Рождественская ярмарка творит чудеса: утром, собираясь в детский сад, Якоб никогда не обувается сам.

Да и в остальном всё идёт как по маслу. Якоб послушно берёт Конни за руку. Едва они оказываются на остановке, как тут же подходит автобус. И, ещё не доехав до рыночной площади, они вдыхают аромат жареного миндаля, пряников и яблок в карамельной глазури.