Тактики террора вызвали не только необходимую для развязывания войны политическую нестабильность, сплетенную из личных трагедий – следствия жестокостей, пыток, смертей и гонений. Эти тактики привели к нестабильности в жизни людей, в их умах и сердцах. Тактика создания и использования нестабильности воздействует на каждого человека и вызывает невыносимое чувство тревоги, утрату веры в общество и в человечность, депрессию, а в вихре неконтролируемых событий – неуверенность, паранойю, невозможность овладеть своими мыслями и эмоциями. Террор возбудил недоверие к окружающим и к собственным мыслям и мотивам поступков, подозрительность по отношению к соседям, одноклассникам, друзьям и любимым. Рушились дружба, любовь, семья. Тактики террора привели к шквалу обвинений, самообвинений, сомнений и вопросов. Почему ты уехал? Почему остался? Где ты был? Что делал? Мог ли я сам сделать больше? Беспокойство о том, как выжить, о детях и престарелых родителях сопровождалось долговременной потерей сна и состоянием повышенного стресса в течение многих дней, недель, месяцев или даже лет. Горечь от потери права на нормальную жизнь усиливалась тем, что и внутри страны, и во всем мире людей постоянно характеризовали только безликими терминами этнического происхождения – «хорват», «серб» или «босниец», как будто каждый из них лишился индивидуального достоинства или ценности как личность, сосед, специалист, гражданин или просто человек.