– А-а-а, моя голова…

Ёнсо рывком села на кровать и обхватила голову обеими руками. Видимо, прошлым вечером она выпила слишком много.

– Уже проснулись?

Она кивнула, а затем замерла. Голос показался ей уж больно знакомым. Подняв голову, Ёнсо увидела бодрого и полностью одетого Сонхуна.

– Чха Сонхун?

Она уже открыла рот, чтобы спросить, что он здесь делает, но вовремя вспомнила, что вчера вечером пила с ним, затем отказывалась идти домой, а потом оказалась в каком-то неизвестном месте.

– Это…

– Мой дом.

Дом Чха Сонхуна? Ёнсо огляделась. Небольшая уютная квартира.

– Почему я здесь?..

– Мне показалось, что идти в отель – не лучшее решение в нашем случае.

– А-а.

«Эм? Отель?»

Ёнсо кивнула, а затем вопросительно посмотрела на Сонхуна. Тот слегка нахмурился.

– Если вы будете смотреть на меня так, будто ничего не понимаете, я могу расстроиться.

– Что?

– Так вы не помните?

Только сейчас Ёнсо начала что-то смутно вспоминать. Они вошли сюда, их взгляды встретились, потом были поцелуи, много поцелуев, а затем они упали на кровать…

Что же это значит?

Ёнсо медленно опустила взгляд и обнаружила себя сидящей совершенно голой под невесомой простыней. Она по очереди озадаченно смотрела то на голую себя, то на одетого в костюм Сонхуна.

«Почему я выставила напоказ свое тело в таком непристойном виде? И почему только я?»

– Неужели мы… – На глаза Ёнсо навернулись слезы. – М-мы это сделали? – расстроенно промямлила она.

Сонхун кивнул.

– С-сделали, говорите?..

– Да.

– Но я так много выпила…

– Простите меня. Я не святой и не могу отказать девушке, которая мне нравится, в ласке, тем более, когда она сама на меня нападает, – заключил он с лицом настоящего святоши.

Чем дольше она смотрела на Сонхуна, тем больше вспоминала. Ёнсо использовала свое нетрезвое состояние как предлог, чтобы напроситься к нему домой. Они зашли в квартиру и сели пить пиво… Ёнсо посылала Сонхуну недвусмысленные намеки, а он просто смотрел на нее и ничего не делал.

Поэтому она решила взять все в свои руки и… на этом все!

– Вот… Как… Значит, мы правда переспали… – На лицо Ёнсо легла тень сожаления. – Послушайте, Сонхун. Не может ли быть… Что вы тоже были пьяны и неправильно что-то запомнили?

Сонхун ничего не ответил – лишь разочарованно взглянул на девушку.

– Ну, знаете, алкоголь… Иногда бывает, он стирает границы между фантазией и действительностью, сном и реальностью…

– Похоже, для вас это оказалось обременительно.

– Сонхун, я… Попытайтесь понять, в какой я сейчас ситуации… – Ёнсо искренне страдала от того, что не может ничего вспомнить, и, чтобы хоть как-то прийти в себя, судорожно замотала головой. – Это невероятно. Полный абсурд. Давайте считать, что ничего не было!

Сонхун нахмурился.

– Абсурд?..

– Нет, я имею в виду… – Ёнсо крепко зажмурилась, а затем широко открыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь сохранять спокойствие. – Я хочу сказать, абсурдна сама ситуация. Такого просто не должно было произойти!

– Я не прошу вас взять на себя ответственность, – начал Сонхун.

– Я не об этом…

– Но, прошу вас, никому не говорите, что просто поиграли со мной. Что ж, я ухожу, – холодно закончил он и направился к двери.

– С-Сонхун, если вы так уйдете…

– Мне пора на работу. А вы примите душ и отдохните, сколько нужно, прежде чем уйти.

Ёнсо услышала звук запирающейся снаружи двери.

– Я не это имела в виду. Не это… – Ёнсо вновь замотала головой и закричала. – Это мой первый раз, а я ничего не помню! Мы должны сделать это снова! Полный абсурд! Придется повторить еще раз!

* * *

– Ты опоздал, – равнодушно заключил Тхэму, посмотрев сначала на Сонхуна, которого встретил у лифта, а затем на часы.

Тот поклонился в качестве приветствия, а затем тоже взглянул на время.

– Президент, вы тоже опоздали.

Повисла неловкая пауза, пока Тхэму внезапно не перевел взгляд на Сонхуна.

– Выглядишь не очень довольным.

– Об этом не стоит беспокоиться.

– Снова врешь?

– Позвольте хотя бы о настроении говорить так, как мне хочется.

«Точно, он явно не в духе».

Тхэму усмехнулся, а Сонхун обиженно надул губы.

– А вы, президент, кажется, в хорошем настроении.

– Ну, не особо.

«Точно, утро у него явно выдалось удачное».

Судя по тому, что даже после корпоратива, который отнял у Тхэму уйму времени, он улыбался, произошло что-то действительно радостное.

«Син Хари что, пообещала выйти за него?»

Он не станет жениться на обманщице – конечно, если он не сумасшедший.

Сонхун с любопытством взглянул на президента, но тут двери лифта открылись. Когда они вошли в лифт и двери уже почти закрылись, издалека послышался уже знакомый обоим голос:

– П-подождите! Придержите двери!

Теперь Тхэму больше напоминал дикого зверя, который обнаружил жертву, нежели президента корпорации.

* * *

Хари медленно открыла глаза. Обычно после того, как она напивалась, весь следующий день она мучилась от ужасной мигрени, но на этот раз все было иначе. Все тело, конечно же, ломило, но голова болела не так сильно, как она думала.

– Очень странно. Почему я чувствую такую легкость?

Выбравшись из кровати, она начала собираться на работу. Хари позавтракала, накрасилась, оделась, спустилась в метро и все это время думала о том, что случилось вчера. Но, сколько бы ни думала, Хари никак не могла ответить себе на один вопрос: «Как я вчера добралась до дома?»

Возможно, дело было в том, что она начала пить как сумасшедшая, как только увидела Тхэму.

«Вообще не помню. Но если я занималась какими-то непотребствами на этом корпоративе, коллеги с радостью сообщат мне об этом».

На миг Хари показалось, что она что-то вспомнила. Было у нее в груди какое-то волнительное чувство. Словно она коснулась губами каких-то красивых губ. Чмок. А затем еще раз. Чмок. Чмок. Что-то теплое и мокрое исследовало ее рот, щекотало небо и язык, а после ловко выскользнуло обратно. Очень похоже на поцелуй.

– Поцелуй?

Теперь Хари казалось, что она близка к разгадке. Она вдруг ясно почувствовала на щеках дыхание, незнакомое, но волнующее, которое ощутила тогда, когда их губы соприкоснулись…

– Ох!

Хари ошарашенно прикрыла рот руками.

«Но с кем? С кем я это сделала?»

Как только она задалась этим вопросом, ее зрачки сузились до небольшой точки. Почему-то теперь каждый раз, когда Син Хари думала о мужчинах, в первую очередь в ее голове всплывал образ Кан Тхэму.

«Нет, нет!.. Но… Похоже, что все-таки да».

Быть не может. Уму непостижимо! Но, кажется, своими действиями Хари показала то, что не могла выразить словами.

– Ха, вот так сон! Вот это сон! Ха-ха!

Она помотала головой, пытаясь выбросить все это из головы, чем привлекла немало косых взглядов.

– П-прошу прощения. Мне приснился кошмар… – пробубнила Хари и слегка поклонилась, а затем, обуреваемая тревожными мыслями, вошла в здание компании.

Она уже подходила к лифту, когда увидела, что двери закрываются, поэтому громко закричала:

– П-подождите! Я тоже поеду!

Двери снова открылись. Хари забежала внутрь и уперлась руками в колени, пытаясь перевести дыхание. Как только она выпрямилась, то увидела перед собой Кан Тхэму собственной персоной. Хари в ужасе охнула и тут же развернулась, чтобы выскочить обратно в холл, но пути отступления были перекрыты – двери уже закрылись.

– Восьмой этаж, – заключил Тхэму и нажал кнопку вместо нее.

– С-спасибо…

Сейчас, когда настоящий Кан Тхэму стоял прямо перед Хари, все воспоминания о вчерашнем вечере показались ей абсолютно неправдивыми. Как бы сильно она ни напилась тогда, разве могла она даже приблизиться к этому божественному лицу? Поцелуй с президентом? Да это же полный абсурд! Зачем бы им было это делать?

– Вы вчера благополучно добрались до дома?

«Нет! Как я вообще туда попала, президент? Если вы что-то знаете, то, пожалуйста, скажите!» – Хари хотелось срочно выложить все это, но она лишь спокойно кивнула.

– Да-да, добралась хорошо.

– Рад слышать. Как себя чувствуете?

– Нормально, спасибо. Желудок сегодня в полном порядке – возможно, потому, что вчера ему перепало сочной говядины. Вы выбрали превосходное меню для ужина, президент.

– Надо почаще угощать вас чем-то подобным.

– А, да, буду премного благодарна.

«Конечно! Но надеюсь, что в следующий раз говядина будет, а вас не будет! Но прежде чем строить планы на будущее, надо бы вспомнить, что вообще произошло прошлым вечером! Могу ли я доверять собственным воспоминаниям? Почему я чувствую, словно все вам выложила, а потом мы каким-то волшебным образом поцеловались?» – Хари хотелось схватить его за грудки и задать все эти вопросы прямо сейчас, но она только скромно стояла в углу и нервно покусывала губы.

– Похоже, корпоративный ужин удался? – нарушил молчание Сонхун.

– Хм. Верно, – равнодушно согласился Тхэму.

– Значит, на следующей неделе забронировать то же место?

– Да.

– А дату какую выбрать?

– Пусть отдел сам решает, в какой день удобно.

– Но если вы собираетесь присутствовать, ваше расписание…

– Достаточно того, что я пришел в прошлый раз. Теперь я просто буду выделять средства на эти корпоративы.

«Чего? – Хари нахмурилась. – С чего это он пришел только к нам на корпоратив, а потом сразу решил перестать? Если уж собрался это делать, мог бы начать с другого отдела или прийти и познакомиться со всеми!»

– А, да… Понял.

И почему секретарь просто принял все это? Хари было любопытно узнать причину такого поведения, но Сонхун лишь кивнул, а затем украдкой взглянул на Хари и слегка наклонил голову в знак приветствия. Хари натянуто улыбнулась и поклонилась в ответ. Ей показалось, или Сонхун действительно смотрит на нее с жалостью? В какой-то момент Хари ощутила, как у нее резко заболел желудок и все внутри скрутило, и схватилась за живот.

Динь!

Двери лифта открылись. Хари выскочила в коридор, жадно хватая ртом воздух.

– Ну в самом деле! Что же произошло? Я ничего не могу вспомнить, и это сводит меня с ума!

Особенно Хари выводил тот факт, что из всех вчерашних событий ее сознание решило оставить себе на память только эпизод с поцелуем.

– Чего вы не помните?

– Ох!

Кажется, Хари ослабила бдительность и совершенно забыла, что после встречи с Кан Тхэму всегда нужно оглядываться.

Верть.

Обернувшись, она увидела, что позади стояли Тхэму и Сонхун. Точнее, это она стояла у них на пути.

– Вы не помните, что случилось вчера?

И вот Син Хари снова оказалась на перепутье. Сказать, что она помнит только поцелуй, или сказать, что она вообще ничего не помнит?

«Да, тот, кто любит давать непрошеные советы, предложил бы сказать, что я помню поцелуй. Но в нынешней ситуации мне не остается ничего, кроме как снова солгать – у меня просто не хватит смелости сказать правду. И пусть в меня полетят камни за то, что я в очередной раз буду дурачить одного и того же человека – мне все равно, я просто снова солгу!»

Хари неловко улыбнулась.

– Да, совсем… Ничего не помню…

Она боязливо вжала голову в плечи. И хотя отсутствие мигрени из-за вчерашней попойки не могло не радовать Хари, теперь, когда она начала нервничать, у нее разболелся желудок. Она зажмурилась и осторожно коснулась живота.

– Кажется, вам нехорошо. Может, купить вам суп от похмелья[23]?

– Н-нет. Не нужно…

– Секретарь Чха, где тут поблизости его продают?

– Есть один ресторан рядом с компанией и один через дорогу.

– Хм.

Тхэму быстро взглянул на часы.

– Хотите туда сходить? – поинтересовался секретарь Чха.

– Да, а директору Юну передай, чтобы подождал.

– Хорошо.

Сонхун поклонился и направился в кабинет исполнительного директора.

Все произошло так быстро, что Хари не успела опомниться.

– Пойдемте.

«Хоть он и президент, но неужели ему совсем плевать на мнение подчиненной?!»

Но все недовольство осталось лишь на уровне мыслей. Не в силах ничего возразить, Хари лишь натянуто улыбнулась.

– Знаете, а желудок не так уж и болит…

– Не отказывайтесь, когда вам предлагают помощь. Просто следуйте за мной.

– Но со мной правда все в порядке…

Тхэму развернулся к ней и подмигнул, как бы говоря: «Нам есть что обсудить, не так ли?», и Хари, словно под воздействием гипноза, неосознанно кивнула.

* * *

Вот как может обернуться жизнь – в один миг разделиться на до и после. Конечно, это обычно распространяется только на тех, кто помнит, что было до, и понимает, что будет после.

Глядь.

Всю дорогу до ресторана Хари и Тхэму поочередно бросали друг на друга любопытные взгляды.

– Секретарь Чха поговорил с вашим руководителем, так что можете есть спокойно.

– А, ну… Не стоило… Со мной правда все в порядке.

– Если вы напились до такой степени, что ничего не можете вспомнить, неудивительно, что вам нездоровится. Вернемся в офис, когда вы наберетесь сил, чтобы работать.

– Ладно…

Как только суп от похмелья оказался перед Хари, она, словно лишившись рассудка, добавила в него рис и начала с невероятной скоростью все это поглощать. Лишь когда, чуть насытившись в середине трапезы, девушка ощутила на себе неоднозначный взгляд Тхэму, она сбавила темп и осторожно поинтересовалась:

– Президент, а вы не будете?

– Не беспокойтесь обо мне, ешьте.

«Я сейчас не о вас беспокоюсь. Я даже не знаю, поцеловались мы по-настоящему или это лишь плод моего больного воображения, так с чего мне о вас переживать? Мне просто не нравится, что вы смотрите, как я ем».

– Послушайте, президент…

– Да?

– Возможно, я покажусь бестактной, задавая вам подобный вопрос, но…

Тхэму вопросительно изогнул бровь.

– Возможно, вчера я как-то странно себя вела?

– Странно? О чем вы?

«Например, набросилась на вас с поцелуями или что-то вроде того…»

Хари не могла сказать так, поэтому просто улыбнулась и повторила вопрос.

– Ну, знаете, нетрезвые люди могут бездумно совершать всякие поступки, – осторожно уточнила Хари, делая акцент на слове «бездумно». – Не сделала ли я чего-то подобного?

– По отношению ко мне?

– Нет, ну, в целом…

Тхэму на мгновение задумался, а затем отрицательно покачал головой.

– Нет, ошибок не было.

– А, вот как? К-какое облегчение.

«Так и знала, что поцелуй – просто шутка моего подсознания! – упрекнула себя Хари, широко улыбаясь. – Син Хари, Син Хари! Какой бы недотепой ты ни была, как можно было вообще додуматься до поцелуя с президентом компании?! Нужно скорее найти парня, а то это все уже начинает выглядеть немного жалко».

Выражения на лице Хари сменялись одно за другим. Тхэму лишь молча наблюдал за этим зрелищем с усмешкой на лице, словно знал, о чем она думает.

– Вы правда ничего не помните?

– Да. С-совсем.

Кан Тхэму лукаво прищурился, как бы намекая: «Ну, кое-что наверняка помнишь». От этого Син Хари было еще больше не по себе. Она снова солгала ему и теперь замирала от ужаса каждый раз, когда видела президента Кана.

Именно поэтому Хари вновь активно заработала ложкой, намереваясь поскорее доесть суп и ретироваться. Однако количество еды в тарелке Тхэму с момента их прихода сюда никак не изменилось.

– Президент, ваш суп остывает.

– Ничего страшного.

– Все равно попробуйте. Очень освежает. На следующий день после выпивки бычья кровь – просто подарок небес. В животе сразу наступает такое облегчение! – воскликнула Хари и снова принялась уплетать свою порцию.

Он усмехнулся.

– Я правда не хочу. Я ведь не пил.

– А, так вы не пили…

Она резко подняла голову.

– Что? Не пили?!

– Да.

«Вот те на!»

– Ни рюмочки?

– Хм.

– Значит…

– Да, я все прекрасно помню.

Хари напряженно отложила ложку. Нет, точнее сказать, та просто выпала у нее из руки.

– Знаете, как говорят: во время еды даже собаку не следует тревожить. Поэтому я решил немного подождать, прежде чем спросить вас.

«О чем?»

– Но раз уж мы заговорили об этом…

Тхэму вальяжно откинулся на спинку стула и положил ногу на ногу.

– Син Хари.

– Что?..

– Вы готовы взять на себя ответственность?

– О-ответственность? К-какую еще ответственность?

Тхэму слегка выпятил губы.

– За мои губы…

«Ты украла мой первый поцелуй».

Тхэму не сводил с Хари взгляда.

* * *

Сон превратился в реальность.

Син Хари думала, что она сама себе все придумала, но, оказывается, это случилось на самом деле. Выходит, она правда целовалась с этим мужчиной? На лице Хари застыла гримаса отчаяния.

– О… О чем вы говорите?

– Думаю, вы лучше других знаете, о чем я.

Когда Тхэму указал на губы и пристально посмотрел на Хари, она инстинктивно кивнула. Чуть погодя она, конечно, пришла в себя и замотала головой, но оказалось слишком поздно – ее ответ уже был принят.

– Н-но, президент, вы же сказали, что я не совершила никакой ошибки…

– Поцелуй – это не ошибка.

«А возможность», – ухмыльнулся он.

– А теперь давайте обсудим, как вы планируете поступить.

Не меняя позы, Тхэму скрестил руки на груди, а Хари за это время успела набить полный рот еды, затем проглотила ее, на несколько секунд замерла, будто о чем-то задумалась, и схватила счет.

– Спасибо, было очень вкусно. Я угощаю.

Хвать.

Запястье Хари, которая уже выскочила из-за стола со счетом в руках, было мастерски перехвачено Кан Тхэму.

– Собираетесь откупиться?

– Ох!

«Попалась».

Хари на секунду застыла, судорожно пытаясь хоть что-то придумать, а затем звонко рассмеялась.

– П-президент, вы что? Мы же просто столкнулись губами.

– Просто столкнулись губами?

Глядя в ледяные глаза Тхэму, Хари нервно прокашлялась.

– А, ну… Девушка, напившись, может всякой ерунды натворить. Р-разве настоящий мужчина будет тыкать ее в это носом? А?

– Син Хари, думаю, вы прекрасно знаете, что это было не мимолетное касание.

– Что? О ч-чем вы?

– Вам объяснить? Соприкоснулись не только наши губы, но и наши языки. Это был влажный и долгий поцелуй – аж дыхание перехватило в какой-то момент. М!

Не в силах больше выслушивать все эти подробности, Хари молниеносно прикрыла Тхэму рот ладонью.

– П-президент, почему вы так ведете себя в этом священном месте? Здесь ведь продают суп от похмелья!

Тхэму грубо стряхнул ее руку и продолжил:

– Это я хочу у вас спросить! Сначала поцеловали, а теперь пытаетесь отвертеться. Разве так взрослые поступают?

На это ей нечего было ответить. Но и брать ответственность за случившееся Хари тоже не спешила. В конце концов, она даже в собственных фантазиях с ним пересекаться не хотела!

– Вот именно! Поэтому я, как взрослый, ответственный человек, оплачу похмельный суп, – важно заключила Хари, крепко зажмурившись. Было видно, что бóльшую ответственность она понести не могла.

Тхэму нахмурился и перевел на Хари недовольный взгляд.

– Восемнадцать тысяч вон[24]? Вы серьезно?

«Что? Целых девять тысяч вон за тарелку супа?! То-то в нем так много мяса было».

Это был явно неподходящий момент для таких мыслей, но Хари была обычной представительницей среднего класса, поэтому она не могла не думать о деньгах. Она тихо вздохнула и печально посмотрела на Тхэму.

– Тогда сколько?..

«Надо было расплатиться натурой».

Пронеслось у нее в голове, пока президент Кан что-то говорил.

* * *

Ёнсо бродила вокруг здания «Сонун». Она видела, как Тхэму и Хари вместе сели в машину, но, казалось, это ее абсолютно не волновало.

Мужчины, который всегда стоял позади Тхэму, Чха Сонхуна, не было.

– И трубку не берет. Он что, уже ушел?

После того дня Сонхун перестал отвечать на ее звонки. Тогда Ёнсо не понимала, что значит его «нести ответственность не нужно». Но сейчас осознала. Так он попрощался с ней, чтобы затем бесследно исчезнуть.

Получилось, что люди, которым посчастливилось так быстро сблизиться, точно так же быстро и отдалились друг от друга. А ведь, если подумать, у Ёнсо даже не было шанса объясниться.

– Эм, госпожа.

К Ёнсо подошел мужчина средних лет, который уже некоторое время ходил рядом с ней. Это был водитель Пак, шофер семьи Джин.

– Что вы здесь делаете? – удивилась девушка.

– Вас ищет председатель.

– Зачем?

– Подробностей я не знаю.

Ёнсо прищурилась.

– Вы же не первый день у нас работаете. Я знаю, что вам все известно. В чем дело?

– Председатель скажет вам лично.

– Тогда дайте хотя бы подсказку. Иначе я с места не сдвинусь.

Когда водитель Пак понял, что выбора у него нет, он осторожно начал:

– Говорят, Чо Юджон из «Тхэрюн» ходила на свидание вслепую.

Ёнсо нахмурилась.

– И что с того?

– Председатель приказал подготовить и вас.

Ёнсо крепко зажмурилась и шумно вздохнула. Похоже, в отце снова проснулся дух соперничества.

– Я сейчас на работе. Отец обещал, что на работе меня никто не будет трогать.

– Но здесь же не ваше рабочее место?

– Я здесь по важному делу! Очень важному… – прошептала Ёнсо в конце, а после увидела, как из здания выходит Сонхун. Он говорил с кем-то по телефону и направился в сторону парка.

– Извините, я ненадолго…

– Госпожа.

– Я быстро!

Ёнсо последовала за секретарем Чха. У него был широкий шаг, и сначала девушка просто пыталась идти быстро, чтобы нагнать его, но постепенно перешла на бег.

– И-извините, С-Сонхун…

Он остановился, и Ёнсо собралась было его позвать, но застыла на месте, не успев сказать ни слова. Сонхун подошел к какой-то женщине, сидящей на скамейке, и поздоровался. Фигура у нее была неплохая.

– Кто же это?.. – прошептала Ёнсо и попыталась подкрасться поближе. – Неужели… Чо Юджон?

Этот голос она не могла спутать ни с каким другим.

– С вами довольно трудно встретиться, Чха Сонхун.

Ёнсо словно вылили на голову ушат ледяной воды.

– Как вы поживаете?

– А вы как думаете?! В любом случае рада, что смогла связаться с вами, пусть и так поздно.

«Связаться? Она с ним связалась? А на мои звонки он, значит, не отвечает?»

Какое-то неприятное чувство болью отозвалось в груди Ёнсо, и она с горечью закусила нижнюю губу.

– Мне бы хотелось продолжить то, на чем мы остановились тогда.

Юджон подошла к Сонхуну ближе. Черты ее лица были кукольными и изящными, а взгляд – полным уверенности. Ёнсо с трепетом наблюдала за происходящим. Что значит «продолжить»? На чем они остановились?!

– Вы подумали над моим предложением?

«Что?»

Ёнсо шокированно смотрела то на Сонхуна, то на Юджон.

Что она ему предложила? Сонхун точно сказал, что между ними ничего не было. Неужели он солгал?

– Поверьте, отношения со мной вам придутся по вкусу.

Уверенный голос Юджон, которым та произнесла последнюю фразу, отправил Ёнсо в нокаут. Она не могла оправиться от этого удара и медленно, на дрожащих ногах, попятилась назад.

«На мои звонки он не отвечает, а на звонки Чо Юджон – да!»

Ёнсо почувствовала, что, если задержится здесь еще хотя бы на минуту, ее сердце разобьется вдребезги. Она развернулась и без оглядки побежала в сторону офиса, пока не услышала звук клаксона – это сигналил водитель Пак, который все это время следовал за ней на машине.

– В-водитель Пак…

Ёнсо тут же села в машину и захлопнула дверь.

– Отправляемся?

– Да. Едем. К папе.

Больше Ёнсо не проронила ни слова – только смотрела на сменяющийся пейзаж за окном, периодически вытирая подступающие слезы.

* * *

– VIP-сет стоит двести тысяч вон[25]…

Меню в руках Хари немного подрагивало. Нужно было идти в знакомое место – где дешево, можно бесконечно добавлять еду и купить VIP-сет за 100 000 вон…

– Два VIP-сета.

Пока Тхэму небрежно заказывал тунца, Хари думала, будто ее сердце сейчас разорвется на части. Значит, такова цена необдуманных поступков? Ей хотелось закричать, что лучше бы этот чертов Кан Тхэму оставил ее спать на улице в тот вечер.

«И как мне вообще в голову пришло его домогаться?»

Да и сам процесс Хари, сколько бы ни пыталась, вспомнить не могла: в памяти запечатлелось только лицо президента в непозволительной близости от ее губ.

Пусть ей долгое время было холодно и одиноко, пусть парень, который ей нравится, не обращает на нее никакого внимания, но как можно было поцеловать собственного начальника? И почему вкус того поцелуя Хари запомнила так отчетливо?

Она неосознанно облизнула губы.

– У вас уже слюнки текут?

– Что?

– Похоже, вы довольно голодны.

– Ну, есть немного…

«Можете называть это голодом по мужской ласке».

– Вы определенно останетесь довольны. Здесь очень вкусно.

– А, да-да.

Конечно, раз тут такие цены, невкусно просто не может быть. Но почему счет оплачивать должна она?

Разве только она участвовала в том поцелуе? У Кан Тхэму тоже рыльце в пушку, вообще-то!

В этом ведь заключается вся суть поцелуя – участвуют всегда двое, так почему ответственность упала на хрупкие плечи Син Хари?

Она искоса взглянула на Тхэму – тот спокойно сидел напротив нее, подперев подбородок рукой, и даже не подозревал, какой серьезный мыслительный процесс сейчас кипит в голове у Хари.

Для человека, который терпеть не может тратить время зря, Тхэму выглядит уж слишком расслабленным. Хари надула губы.

– Похоже, в последнее время у вас появилось много свободных окошек в графике…

– Это не так.

– Тогда зачем вы так просто решили потратить на меня свое ценное время сегодня вечером?

– Как бы я ни был занят, я всегда готов выделить время на то, чтобы получить свое по праву. Плату за свои губы, например, – заключил Тхэму, нарочно произнеся последнюю фразу на тон ниже.

Хари нервно улыбнулась.

– Конечно. Важно всегда помнить о своих долгах и о том, что должны нам.

– Верно.

– Однако… Я хочу сказать, – осторожно начала Хари.

Тхэму озадаченно взглянул на нее.

– Ну, я имею в виду, что тот по…

– Поцелуй.

– Да, именно.

Их взгляды встретились, и щеки Хари тут же залились густым румянцем. Она не могла поверить, что поцеловала мужчину, до зубов вооруженного сексуальностью и красотой. Как она вообще осмелилась на этот дерзкий шаг?!

– И что с ним?

– А, ну… Это… Мы ведь сделали это вместе, не так ли? Это как… Аплодисменты… Да, аплодисменты.

Она хлопнула в ладоши, издав тихий звук, – Тхэму нахмурился, пытаясь понять, что она вытворяет.

– Для аплодисментов нужны две ладошки, так почему за поцелуй плачу только я…

Хари робко опустила руки.

– Спрашиваете, почему вы должны нести за него ответственность?

– О! Бинго! – радостно воскликнула Хари. Чутью президента можно только позавидовать.

– В таком случае могу ли я тоже взять на себя ответственность?

– Что?

– Я готов взять ответственность за вас, Син Хари, – уверенно заключил Тхэму с улыбкой на лице.

Радость в глазах Хари вдруг сменилась напряжением. Ее сердце перестало биться, а разум на мгновение опустел. В какой-то момент где-то глубоко внутри незрелое «я» Син Хари заликовало: «Верно! Кажется, это и называют “судьбой”!» Стоило Хари услышать от Тхэму нечто подобное, как некогда забытый страх замужества окутал ее с новой силой.

«Давайте поженимся».

«Опять эта чертова свадьба!»

Не дожидаясь продолжения, Хари тут же замахала руками.

– Нет! Ответственность понесу только я. Вам необязательно. В отличие от ваших благородных губ, мои простые каждый день целуются – с ложками, палочками для еды, зубной щеткой и кружками.

Все это время Тхэму пристально смотрел на Хари, а затем мягко улыбнулся и протер руки влажным полотенцем.

– Я собирался заплатить за вашего тунца, Син Хари. – Он аккуратно сложил полотенце и оставил его перед собой. – А вы говорите, что не нужно? Что ж, хорошо.

– Что?..

«Он не о свадьбе сейчас?!»

«Ну, конечно».

Некоторое время Хари сидела безмолвно, а после будто очнулась от долгого сна. Теперь до нее наконец дошло. Тхэму разговаривал не с Ким Син, с которой ходил на свидание вслепую, а с сотрудницей Син Хари. Так что у него не было причин поднимать тему свадьбы.

Это означает…

– Что ж, Син Хари. Спасибо за угощение! – Тхэму взял палочки для еды и широко улыбнулся. – Вы тоже ешьте, не стесняйтесь. Чтобы не было жаль потраченных денег.

…что платить за все придется ей!

Вот же идиотка! Не надо было лезть – пусть взял бы он на себя эту чертову ответственность. Как ей вообще в голову пришло принижать собственные драгоценные губы, подаренные ей богом и родителями?

– Да, приятного аппетита…

Вы когда-нибудь ели тунца, приправленного слезами? Попробуйте – это очень вкусно.

Тем временем Хари, которая не могла упустить ни капли вкуса тунца, ела его как в последний раз (а может, и правда в последний), а потом отошла в уборную, чтобы поправить макияж. Быстро посчитав, сколько денег на жизнь у нее останется после оплаты тунца, она не смогла сдержать слез. Видимо, на какое-то время придется взять полную аскезу.

– Сбежать… Может, просто сбежать?

Это вырвалось само собой, но после того, как Хари это сказала, ей действительно очень захотелось смыться отсюда поскорее. В отчаянных попытках найти другой выход она позвонила Ёнсо, но та не ответила.

«Почему я никак не могу с ней связаться? Неужели на работе завал?»

«Даже посоветоваться не с кем».

Хари медленно закрыла за собой дверь уборной и направилась к кассе, словно шла на смертную казнь. Ей уже было абсолютно все равно, как сотрудница ресторана будет на нее смотреть. Дрожащими руками Хари медленно достала из сумочки кошелек и нехотя протянула карточку. Но сотрудница лишь вопросительно посмотрела на нее.

– Госпожа, счет уже оплачен.

– Что?..

– Мужчина, который был с вами, уже заплатил.

– Что-о?

Нет, ну и зачем он это сделал?!

Хари как ошпаренная выбежала наружу.

– Садитесь.

Тхэму стоял, прислонившись к своей машине, словно модель с обложки какого-нибудь глянцевого журнала. Руки его были в карманах, и на одной из них висел брендовый пиджак.

«К-какой великолепный!»

И вот сердце Хари вновь пустилось в пляс. Возможно, кто-то скажет, что ее очаровал оплаченный тунец. Что ж, доля правды в этом есть. В конце концов, все мы – рабы капитализма. Но нельзя отрицать и то, что Тхэму с самого начала был красавчиком. Внешность у него отпад!

– Президент, – робко начала Хари, когда они сели в машину. – Я собиралась заплатить за тунца, но на кассе мне сказали, что это сделали вы…

Подозревает ли она, что радость под напускным огорчением у нее получается скрывать из рук вон плохо?

– Думал, вы сбежали.

– Что-о? Да как вы могли подумать обо мне так?

Кан Тхэму усмехнулся, словно говоря: «Значит, я был прав».

– Я просто была в уборной.

– И сильно там задержались.

– Я тщательно мою руки.

– То есть дело не в том, что вы планировали побег?

– Эй, я правда совсем не такая.

– Ладно, проехали.

«Потому что я здесь, чтобы поймать тебя и больше никогда не отпускать».

Он коварно усмехнулся собственным мыслям.

– Это я доставила вам неприятности, президент. Так что заплатить следовало мне.

– Если вам неловко, может, мне вернуться и отменить платеж?

– Нет! – крикнула Хари, а затем смущенно рассмеялась. Ей показалось, что это даже больше напоминало вопль, а не крик. – В этом нет необходимости. Вы ведь уже заплатили…

– Хм…

– Тогда, выходит, теперь платить всегда…

– Раз я заплатил за тунца, за поцелуй получу что-то другое…

– Что?

«Опять пойдем куда-то?»

Хари побледнела, а Тхэму равнодушно посмотрел на часы и сказал:

– Сегодня я занят, так что не выйдет. Какую кухню вы любите?

– Что? Я? Я… Мне ттокпокки нравятся!

И хотя в этот раз Хари выбрала самое дешевое блюдо, мысль о том, что ей снова придется увидеться с Тхэму, причиняла ей гораздо больше боли, чем оплата ужина. Ну в самом деле, сколько уже можно встречаться?

– Давайте просто вернемся, отменим оплату, а затем я…

«Вот же дура! Нужно всего лишь еще раз встретиться, чтобы сохранить баланс на карте. Тогда прощай, аскеза! Сможешь и одежду покупать, и обувь! Это же так круто!» – пронеслось в голове у Хари. Видимо, одна из слабых духом личностей решила вмешаться снова.

Но затем внутри Хари заговорило более солидное «я»: «Если будешь думать все время только о деньгах, разрушишь свою жизнь. Разве ты здесь сейчас не потому, что согласилась за деньги сходить на свидание вслепую вместо подруги?»

Все верно, так и есть. Поэтому надо отменить…

«Нет, идиотина! Просто встреться с ним еще раз – и сэкономишь четыреста тысяч вон[26]! Зачем отказываться?»

Хари послушно кивнула собственным мыслям, затем отрицательно покачала головой. А после снова кивнула.

Тхэму остановил машину и принялся внимательно рассматривать свою подчиненную. Он уже привык к шоу одной актрисы Син Хари, но из-за того, что выражения лиц каждый раз были новые, он всегда смотрел на нее с нескрываемым любопытством.

– Что вы делаете?

– А? Н-ничего.

– Мы на месте.

– А… У-уже?

Неожиданно для самой Хари время, проведенное с президентом, пролетело быстрее, чем она думала. Или, быть может, дело в монологе, который разворачивался у нее в голове последние минут пятнадцать?

– Так быстро…

– Что вы сказали?

– А! Ничего.

Тхэму вопросительно смотрел на Хари – она мягко улыбнулась.

– Тунец был действительно вкусным. Так и таял во рту.

– Я иногда хожу в это заведение.

– Спасибо, что подарили мне возможность побывать там.

– Не за что. В следующий раз будем есть ттокпокки, – как ни в чем не бывало ответил Тхэму.

– В следующий… раз?

– Я ведь должен наконец получить свою компенсацию.

– А, конечно.

– Выходить не собираетесь?

– А, да… В-выхожу.

Хари начала медленно расстегивать ремень безопасности, пристально глядя на Тхэму.

– Но президент…

– Да?

– Нельзя ли заплатить в рассрочку?

– В смысле?

– Я могу просто каждый месяц отдавать вам фиксированную сумму за тунца. Вы совсем не сочетаетесь с ресторанчиком ттокпокки.

– Можем поесть что-то другое.

– Нет, просто позвольте заплатить в рассрочку…

Тхэму подозрительно прищурился, словно спрашивая: «Не хочешь снова со мной встречаться?»

– И по сколько же собираетесь платить?

– Где-то по двадцать тысяч вон[27]?

– А не слишком ли долго получится?

«Да!»

Хари уверенно кивнула.

– Еще и без процентов?

– Тогда поднимем взнос? – предложила она.

– Насколько?

– Ну… До пятидесяти тысяч вон[28]?

– Рассрочка на восемь месяцев…

– Не получится?

– Ну, неплохо, конечно.

– Договорились! Тогда давайте больше не будем встречаться вне компании! – бросила Хари, в спешке пытаясь выбраться из машины. Но не успела она открыть дверь, как Тхэму схватил ее за запястье и притянул к себе.

– Ох, п-президент, что вы…

– Вовсе не обязательно платить деньгами.

– Что?

– Есть и другой способ.

– И какой же?

– Мы ведь говорим о поцелуе. Я готов принять плату тем же способом.

– Что-о?!

Хари ощутила горячее дыхание президента на своих губах, и ее сердце вновь пропустило удар.

* * *

Если бы кто-то спросил у двадцатисемилетней Син Хари, которая никогда ни с кем не встречалась, что она выберет: поцелуй или еду – она без промедлений выбрала бы последнее. Но речь шла о Кан Тхэму, и это серьезно влияло на ее решение. Да, она определенно не хотела есть с ним еще раз, но и целоваться с ним – это уже слишком. Неужели нет варианта, чтобы вообще с ним не связываться?

Поэтому Хари решила выбрать меньшее из зол – с силой оттолкнула Тхэму и согласилась поесть ттокпокки! И хотя этот выбор должен был облегчить ей жизнь, Хари не покидало странное ощущение, будто их связь с президентом стала лишь крепче. Она словно угодила в болото – чем больше она борется, тем сильнее увязает.

Казалось, личные границы Син Хари стираются все сильнее. Потому что теперь ей предстоит увидеться с Тхэму в свой законный выходной. Сначала в будни, а теперь и в выходные она встречается с начальником в попытках загладить свою вину перед ним!

«У меня голова кругом! Что вообще происходит?»

Конечно, она была благодарна судьбе за то, что не придется платить за тунца и они пойдут туда, где подешевле. Но после того как Тхэму заплатил за ужин, Хари не могла отделаться от одной мысли: «Какой он великолепный!»

Как только она сформировалась, то прочно засела у Хари в голове, а сердце теперь реагировало на Кан Тхэму всегда одинаково – бешено колотилось.

«Ха-а-а, и что я здесь делаю с этим мужчиной?»

Хари украдкой взглянула на Тхэму – тот смотрел на нее с улыбкой. Хари и представить не могла, что момент, больше похожий на прыжок с парашютом, когда все внутри сжимается, сердце стучит как бешеное, а лицо начинает пылать, можно назвать свиданием.

«Почему-то у меня плохое предчувствие».

Хари вздохнула.

– А ведь можно было пойти более простым путем, – равнодушно заметил Тхэму, глядя на нее.

«Погодите-ка, он и правда думает, что поцелуй с ним это “более простой путь”? Черта с два. После этого все только усложнилось бы, но никак не упростилось».

– А что может быть проще, чем поесть вместе ттокпокки?

– Но вы выглядите так, будто вам приходится проходить полосу препятствий.

«Мог бы пожалеть, раз сам все знаешь!»

– И все же это лучший вариант.

«В сотню, нет, в тысячу раз лучше, чем поцелуй!»

Кан Тхэму нахмурился.

– Ну, сейчас проверим, что лучше: мои губы или ваши ттокпокки. Если окажется невкусно…

«И что тогда? Что, если окажется невкусно?» – в широко раскрытых глазах Хари застыл вопрос.

«Ты разве сама не знаешь?» – усмехнулся Тхэму, будто прочитав ее мысли, и она испуганно вздрогнула.

– М-мы приехали. Вот тут.

Хари указала на ресторан, похожий на полуразрушенный старый сарай с жестяной крышей и трещинами в бетоне. Тхэму оценивающе осмотрел здание.

– Они точно работают? – спросил он, разглядывая старую вывеску, на которой из-за стершейся краски едва можно было разобрать слово «ттокпокки».

– Да, выглядит место не очень, но, поверьте, еда здесь потрясающая. Я еще с начальной школы сюда хожу.

Тхэму еще раз внимательно осмотрел ресторанчик. Возможно, дело было в его статусе, но есть в подобном месте мужчина совершенно не хотел.

– Если вам не нравится, можем пойти куда-нибудь еще.

«Конечно, желательно остаться в той же ценовой категории».

– Все в порядке, – бросил Тхэму и быстро вошел внутрь.

Высокий привлекательный мужчина в костюме за пару миллионов вон выглядел в тесном ресторанчике ттокпокки чужеродно.

«Мда, это место совсем ему не подходит».

Хари привела его сюда, потому что дешевле места вспомнить не могла, но почему-то у нее на душе было очень тревожно – а вдруг жир со стен заляпает брендовую одежду Тхэму?

– Садитесь сюда, президент.

Хари подвела президента Кана к маленькому стульчику с привязанной к нему подушкой – самому почетному месту в заведении. Тхэму только покачал головой.

– Син Хари, садитесь вы. Мне без разницы, какой будет стул.

Кан Тхэму выдвинул невысокий деревянный стул напротив и без лишних слов устроился на нем. Пока шокированная Хари наблюдала за происходящим, он поднял голову и взглянул на нее.

– Вы не садитесь?

Она молча села напротив, и Тхэму с опаской взглянул на пластиковый стаканчик на столе, а затем мягко улыбнулся.

– Это действительно старое место.

– Да, ему уже больше двадцати лет.

Кан Тхэму снова покосился на стаканчик, словно спрашивая: «Но ему-то, надеюсь, не двадцать?»

– Может, пойдем в другое место? – осторожно поинтересовалась Хари.

– Почему?

– Мне кажется, вам здесь некомфортно.

Точнее, он настолько не подходил этому месту, что прохожие с любопытством заглядывали внутрь ресторанчика, даже когда просто проходили мимо.

– Разве вы не сказали, что здесь вкусно?

– Ну, для меня – да, я ведь еще со школы ем здесь ттокпокки.

– Любопытно.

– О чем вы?

– Я про ваши школьные годы.

– А?..

– Например, какие ттокпокки были тогда.

Улыбка Тхэму показалась Хари такой мягкой и уютной. На мгновение она даже подумала, что ему любопытно узнать о ее школьных годах. И хотя головой Хари все понимала, лицо ее все равно густо покраснело.

– Вам какие нравятся? Я плачу, так что заказывайте все, что душе угодно.

– Закажите вы. Самые вкусные, сколько захотите.

Даже если наесться вдоволь, вряд ли цена будет больше 20 000 вон.

От одной только этой мысли Хари заметно повеселела и, заказав от души ттокпокки, кимбап, сундэ[29] и омук[30], широко заулыбалась.

– Не слишком ли много?

– Эй! За кого вы меня принимаете? Пока я плачу, не могу позволить, чтобы вы ушли домой с пустым желудком. Больше бабушкиных ттокпокки!

Где-то в углу кухни старушка медленно катала заказанный Хари кимбап. Такими темпами они с Тхэму еще не скоро расстанутся, поэтому Хари решила взять все в свои руки.

– Ттокпокки я сама принесу.

– Здесь самообслуживание?

– Нет. Просто я сюда часто заглядываю.

Хари бодро поднялась и вышла из-за стола.

– Сидите. Я скоро вернусь.

Немного поболтав со старушкой у стойки, Хари быстренько набрала ттокпокки и вернулась обратно. Еда здесь была недорогой, встреча с Кан Тхэму оказалась последней, а в груди Хари продолжало разливаться неведомое ей доселе приятное чувство – все это заставляло девушку трепетать от счастья. Погрузившись в свои переживания, Хари перестала замечать все вокруг.

– А? А!

На обратном пути она запнулась за выступ между кухней и столом. Миска с горячими и сочными ттокпокки вылетела из рук куда-то в сторону.

Не страшно, будь это липкая, покрытая жиром стена – ее можно было бы отчистить…

Но, к сожалению, это оказался костюм за миллионы вон, который придется отнести в химчистку… И стоить это будет…

Хари сразу подумала об этом злополучном тунце. Сейчас, когда она прикинула, какой будет примерный счет за чистку, ей показалось, что разумнее было заплатить за тот ужин. И вот наконец ее солидное «я» вышло из глубин подсознания, чтобы позлорадствовать.

«Ты зациклилась на деньгах, и посмотри, что с тобой стало. Ха-ха-ха!»

Тхэму уныло смотрел на красную жидкость, медленно стекающую по его плечам.

– П-президент… Я с-совершила… смертный грех…

Но беда ведь никогда не приходит одна, верно?

– Син Хари? – донеслось откуда-то из-за спины.

Голос был очень похож на Мину.