Как непосредственное наблюдение, так и косвенные свидетельства человеческих трудностей, страданий и нужды служат создателям либеральной программы мощными стимулами не оставлять попыток по созданию коллективистского общества, основанного на идее всеобщей обеспеченности. Но не менее эффективного воздействия в этом деле можно добиться, если планомерно преподносить большинство житейских трудностей (а не только некоторые) в свете несправедливости и угнетения, а не в качестве неизбежной части любого человеческого опыта. По сути, мнение о том, что все или почти все испытания несправедливы, является оборотной стороной аргумента либералов в пользу позитивных прав:

если человеку дано право на еду, одежду, дом, работу, образование, медицинское обслуживание, уход за детьми, аборты, чистую и безопасную окружающую среду, адекватный социальный статус, свободное время или любые другие товары, услуги или условия и права эти считаются осуществимыми, то к лицам, их не имеющим, проявлены пренебрежение и дискриминация, и потому их следует считать жертвами несправедливого отношения.

При такой трактовке положения человека в обществе обладатели либерального сознания считают политику минимального либертарианского государства абсолютно предвзятой. Ведь она ревностно защищает лишь основные права, необходимые для жизни, свободы и стремления к счастью в мирной и регулируемой среде, и отказывается беспрекословно обеспечивать всех и каждого теми товарами и услугами, что предоставляются лишь отдельными людьми или их объединениями по собственной инициативе. Однако на самом деле именно коллективистское государство, выполняющее либеральную повестку, глубоко несправедливо, и как раз потому, что любая его попытка навязать свою платформу позитивных прав немедленно взламывает систему негативных прав, необходимых для регулируемой свободы. Давайте обратимся к примерам такого рода несправедливости и рассмотрим их природу.