Таким образом, последовательная концепция современного западного общества требует свода правил, которые гарантируют как свободу, так и порядок в экономической, социальной и политической жизни человека. Эта концепция исходит из двойственности человеческой природы и человеческой сути, признает силу инстинктов и привязанностей, учитывает реальность уязвимости и нехватки материальных ресурсов. И особенное значение здесь имеют ограничения, которые сопутствуют проявлениям доброты, терпения, альтруизма, эмпатии, а также следуют за признанием важной роли всех этих устанавливаемых регламентов. Правила, столь нужные для обеспечения свободы и порядка, – это нравственные императивы западного индивидуализма, особенно те, что запрещают насилие, воровство и мошенничество.

На основе этих правил формируется набор прав, определяющих области свободы и соответствующих обязанностей, которые ограничивают возможности людей в поступках по отношению друг к другу. Институты, созданные для защиты этих прав и контроля выполнения этих обязанностей, создают организованную систему правосудия в рамках верховенства закона. Тогда и только тогда человеческое стремление к самореализации может сочетаться с человеческой потребностью в сотрудничестве. Построенное таким образом общество позволяет сблизить врожденную склонность к автономии с врожденной склонностью к взаимодействию.

И данная концепция, подтвержденная историческими данными об экспериментах в области социального устройства, отражает гениальность первоначального американского эксперимента по созданию либертарианского общества. В ней, среди прочего, указывается, что человек наделен как определенными правами на свободу, так и, соответственно, определенными обязанностями; что все эти права и вытекающие из них правовые нормы должны реализовываться и исполняться равным путем; что все законы, как и все правила, предусматривают компромиссы, которые включают в себя стимулирующие меры, административные и распределительные издержки, а также неизбежные непредвиденные, но допустимые последствия; и что всегда найдется место таким противоречивым случаям, когда любая система правосудия проявит свою несостоятельность.